Добавить свою статью
21 Октября 2019
Борьба за власть в 80-х. Усубалиев, Кулматов и «Дело Бостанова»
ЗАТИШЬЕ ПЕРЕД БУРЕЙ

Общественно-политическая жизнь республики в начале 1980-х годов, хотя и на поверхностный взгляд казалась очень спокойной, и даже привычно-будничной, на верхушке власти отнюдь не все было так спокойно. Эту внешне обманчиво безмятежную, но весьма напряженную изнутри тяжелую атмосферу Медетхан Шеримкулов безошибочно почувствовал, начиная почти с первых же дней своего пребывания на новой должности.

Хотя в политике и на верхушке властной структуры почти никогда не обходится без подковерной борьбы, различного рода интриг, все эти свойства зачастую носят лишь подводный характер. В определенной дозе их можно воспринимать, как один из непременных атрибутов большой политики и власти. Но иногда подобные тайные, подчас незаметные со стороны, и даже кажущиеся совершенно невинными хитросплетения переходят всякую грань дозволенного, приобретая черту ожесточенной схватки. Именно так все развивалось и на этот раз. Выше мы уже писали о том, что первый секретарь ЦК Компартии Турдакун Усубалиев, еще с начала 70-х годов начал очень ревниво относиться к растущей популярности своих более молодых, перспективных соратников. К началу 80-х годов он руководил республикой бессменно уже свыше двух десятков лет.

В кулуарах то и дело заводились неофициальные разговоры и прогнозы о возможной скорой замене первого руководителя республики. Назывались даже определенные конкретные кандидатуры, якобы реально претендующие на его место. Но все эти разговоры всегда оставались только на уровне слухов и предположений. А на верхушке власти ничего не менялось … Один из самых вероятных кандидатов на должность руководителя республики – Председатель Совета Министров Кыргызской ССР Султан Ибраимов был убит 3-декабря 1980-года при весьма странных обстоятельствах, находясь на отдыхе в 10-м корпусе санатория Совмина в городе Чолпон-Ате. Следует отметить, что к тому времени Султан Ибраимов, находящийся в цветущем возрасте, имел огромный авторитет среди народа.

Медетхан Шеримкулов наряду с высшими руководителями республики принял участие на проводах в последний путь Султана Ибраимова. Весь народ услышал, как первый секретарь ЦК Компартии республики Турдакун Усубалиев выступил с горькой прощальной речью во время прощания с покойным, с которым они проработали бок о бок около двадцати лет.

Кто же мог тогда подумать, что через некоторое время, почти сразу же после похорон среди народа распространятся слухи всякого рода, связанные с этим поистине печальным для всего народа прощанием?! У основоположника кибернетики Норберта Винера есть такое любопытное наблюдение: сообщение о вероятном подчас бывает гораздо более объемнее, чем отдельно взятый конкретный факт. Иначе говоря, по сравнению с тем, что уже было, сообщение о том, что могло быть – содержит более богатую информацию, и именно поэтому интереснее!

Можно сказать, что художественная правда именно поэтому порою оказывается намного сильнее, чем множество документально подтвержденные факты. Похоже, именно этим, крепко задело Турдакуна Усубалиева, прекрасное художественное произведение писателя Александра Иванова, хотя в этой повести не названо ни его имени, ни другие конкретные обстоятельства, имевшие место в реальной жизни!

В отличие от журналистики, работающей на конкретных фактах и цифрах, орудующей конкретными документальными материалами, методы художественной литературы бывают совершенно противоположными. Оперируя только ей свойственными великими возможностями, художественная литература иной раз достигает такой высоты, что никакие документальные факты и аргументы уже не способны ее опровергнуть!

Именно поэтому, наверное, бессмертное произведение Бориса Пильняка “Повесть непогашенной луны” до сих пор имеет своих многочисленных поклонников. Хотя и естественная смерть одного из авторитетных военачальников и вождей Великой Октябрьской Революции Михаила Васильевича Фрунзе на основе скрупулезных документальных фактов и медицинских экспертиз вроде бы давным-давно уже доказана, но среди народа до сих пор бытует широко распространенное мнение об организации этого убийства Иосифом Сталиным!

НАЧАЛО ОБОСТРЕНИЯ ОТНОШЕНИЙ

В начале 80-х годов в Кыргызстане было возбуждено уголовное дело по Токмакскому мясокомбинату. Это уголовное расследование длилось довольно долго по меркам тех лет, и стало как бы предтечей позже возбужденных в союзе уголовных дел по экономической коррупции.

Секретарь по идеологическим вопросам Центрального Комитета Компартии Кыргызской ССР Кенеш Кулматов – непосредственный начальник нашего героя Медетхана Шеримкулова, – к тому времени на этой должности проработал уже около десяти лет. Хотя он отнюдь не блистал своими особыми успехами на партийном поприще, не говоря уж о достижениях Султана Ибраимова, превратившегося к моменту своей трагической гибели среди народа почти в культовую фигуру, Кулматов с некоторых пор попал в опалу со стороны первого секретаря.

Причиной тому могли послужить несколько факторов: уже стареющий и не такой могучий, как в былые годы своего наивысшего расцвета, матерый политический волк – первый секретарь планомерно убирал своих потенциальных конкурентов, устраняя их из дальнейшей борьбы за пост руководителя республики. Допустимо и вполне прозаическое объяснение…

К тому времени сам первый секретарь тоже испытывал достаточно сложный психологический дискомфорт из-за если не изменившегося в худшую сторону, то явно похолодевшего к нему отношения Москвы.

Хотя с виду он по-прежнему оставался невозмутимым и никогда никому не повышал голоса, продолжая работать в своем прежнем стиле, в коридорах ЦэКа ходили разные разговоры и все уже знали, что совсем недавно первому секретарю было отказано в присвоении высокого звания Героя Социалистического Труда. К тому же, такое пренебрежение по отношению к нему проявилось уже не в первый раз! Все были в курсе того, что и до этого его кандидатура не раз выдвигалась на это высокое звание.

Однако, когда многие уже начали было предвкушать получение этого высокого звания лидером Кыргызстана в связи с его шестидесятилетием, первый секретарь Центрального Комитета Компартии Кыргызской ССР Турдакун Усубалиев вместо ожидаемого звания Героя Социалистического Труда – наивысшего признания в советском обществе, – был награжден всего лишь орденом Ленина. Это награждение явилось как бы неким знаком для всего общества, а для самого награжденного первого человека – тревожным сигналом, будто его окончательно поставили на место: мол, для твоего уровня вполне соответствует и этот орден!

Это был очень тяжелый удар для первого руководителя республики, каким бы стойким и сильным человеком он ни был. Тем более, учитывая, что первые секретари всех других соседних среднеазиатских республик были уже Героями. Первый секретарь ЦК Компартии Узбекской ССР Шараф Рашидов был дважды Героем Социалистического Труда. А первый секретарь ЦК Компартии Казахской ССР Динмухамед Кунаев в феврале 1981-года стал вообще трижды Героем Социалистического Труда!

Но, думается, сам Турдакун Усубалиев, да и все Кыргызстанское общество особенно тяжело и болезненно восприняли, наверное, присвоение этого высокого звания лидеру соседнего таджикского народа. Первый секретарь Таджикской ССР Джабар Расулов тоже в феврале 1981-года стал Героем Соцтруда. В итоге получилось, как это ни крути, именно так, будто лишь один Кыргызстан и его бессменный лидер Турдакун Усубалиев остались обойденными высоким вниманием Москвы…

Надо полагать, что по всем существующим тогдашним правилам игры в высших эшелонах власти, именно это юбилейное награждение Турдакуна Усубалиева вполне могло стать первопричиной последовавших за ним грандиозных политических событий у нас в республике. Как и в случае с лавиной, когда вначале происходят еле заметные сдвиги, постепенное накопление критической массы, а затем за ними последует неизбежное и сокрушительное падение, которое никто уже не в силах остановить!

То, что представленная на звание Героя Социалистического Труда кандидатура первого секретаря была отклонена, а вместо запрашиваемого высокого звания он был награжден скромным орденом, коих у него было уже аж четыре или даже пять штук, стало своеобразной новой точкой отсчета. Совсем нетрудно представить себе, как после этого в кулуарах высшего общества, да и среди простого народа с новой силой возобновились разговоры о скорой замене первого секретаря республики.

Это объяснялось еще и тем, что первый секретарь ЦК Компартии Турдакун Усубалиев уже засиделся на своем посту – он руководил республикой уже больше двадцати лет! Но в то же время, судя по вышеописанному к нему отношению Москвы, он вовсе не входил в категорию неприкасаемых руководителей союзных республик, как, скажем, старый друг советского лидера Леонида Брежнева еще со времен поднятия Казахстанской целины – казахский лидер Динмухамед Кунаев…

Но, кто же заменит непотопляемого Турдакуна Усубалиева в случае его ухода со своего поста? Этот вопрос, кажется, со всей остротой витал уже в воздухе. Естественно, люди строили разные прогнозы и догадки на сей счет, исходя из сложившейся в то время общественно-политической ситуации. Но чаще других называлось имя Султана Ибраимова. Среди потенциальных кандидатов на высокий пост числился и Кенеш Кулматов.

Естественно, после неожиданного, трагического убийства бесспорного лидера среди кандидатов, на авансцену выдвинулась фигура Кенеша Кулматова, который вот уже около десяти лет работал секретарем Центрального Комитета Компартии по идеологическим вопросам. Несмотря на то, что он был всего лишь третьим секретарем, по важности своего занимаемого положения он входил в категорию потенциальных кандидатов.

Да, к тому же, за его плечами имелся такой же весомый послужной список, как и у нынешнего руководителя республики Турдакуна Усубалиева, поскольку на свой ЦэКовский пост он пришел после своего руководства столичным Фрунзенским горкомом партии, как и Усубалиев…

МЕЖДУ ДВУХ ОГНЕЙ

Кое у кого из читателей может сложиться такое обманчивое впечатление о том, что мы здесь зря немного отвлеклись от своей главной темы и пишем уже о совсем посторонних делах, которые имеют лишь косвенное отношение к герою данной книги – Медетхану Шеримкулову.

Но вся проблема заключается в том, что без понимания тогдашней общественно-политической обстановки, без проникновения во внутренние механизмы власти невозможно понять всю остроту и сложность той политической ситуации. Тем более, то обстоятельство, как проявил себя Медетхан Шеримкулов в той сложной обстановке, тоже ярко характеризует его как человека и политика! Хотим мы этого или нет, общественно-политическая атмосфера всегда оказывает свое непосредственное влияние на судьбах многих людей. А в судьбе тех людей, входящих в высшую номенклатуру власти, как наш герой Медетхан Шеримкулов – иной раз может сыграть даже поворотную роль…

Возвращаясь к вышеописанному, можно заключить, что в начале 80-х годов заметно усилилось подводное течение на верхних эшелонах власти. А то, что по всем своим параметрам Кенеш Кулматов годился в потенциальные кандидаты, похоже, могло сыграть с ним самим злую шутку. Тем более, учитывая вышеописанное настороженное, предвзятое, необъективное отношение к потенциальным кандидатам со стороны первого руководителя.

Но были, конечно, как это часто происходит в жизни, и сопутствующие причины, которые также вполне могли спровоцировать обострение отношений между идеологическим секретарем и первым секретарем ЦК Компартии республики. Одна из тех причин была впрямь из ряда вон выходящая причина, чтобы не заметить и не оставить ее без внимания!

Дело в том, что в конце 70-х и в начале 80-х годов произошли заметные изменения на верхнем эшелоне власти КПСС. Совсем недавно переехавший из Ставропольского края в Москву новый секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев стал самым молодым членом Политбюро ЦК КПСС. Политбюро и определяло всю политику партии, решая судьбы высших руководителей. Таким образом, несмотря на то, что он курировал проблемную сельскохозяйственную отрасль, секретарь ЦК КПСС Михаил Горбачев вошел в когорту всемогущих руководителей страны. Любопытно, что, бессменно руководя свыше двадцати лет Кыргызской ССР Турдакун Усубалиев, к тому времени, в отличие от других республиканских лидеров, не стал даже кандидатом в члены Политбюро, что является еще одним показателем вышесказанного прохладного к нему отношения Москвы…

Но, самым естественным звучит такой недоуменный вопрос: каким боком все эти изменения, происходящие в Москве, отразились в судьбах высшего руководства Кыргызской ССР? Можно сказать, почти самым прямым образом. Потому, что вдобавок еще ко всем вышеперечисленным слухам и прогнозам добавился еще один очень важный штрих. Оказывается, заместитель председателя Верховного Суда Кыргызской ССР Сакен Кыдыралиева – жена Кенеша Кулматова! – в 60-х годах в Московском Государственном университете имени Ломоносова училась вместе с Михаилом Горбачевым и называет его не иначе, как «Миша Горбачев»...

Откуда могла произойти утечка такой «сверхважной информации» для власти? Ко всем этим досужим, возбуждающим пересудам могла предшествовать вполне невинная, неофициальная беседа, в ходе которой сама же Сакен Кыдыралиева в кругу своих добрых знакомых нечаянно и без всякой задней мысли обронила о том, что недавно избранный членом Политбюро «Миша Горбачев был ее близким сокурсником в студенческие годы». Человеку ведь свойственно вспоминать, хотя бы мысленно иногда возвращаться назад, к далеким прошедшим годам своей юности, детства…

Как бы то ни было, всем людям, незаметно наблюдающим со стороны, было уже ясно, что противостояние между первым секретарем республики и его идеологом приняло необратимый характер и вернуться назад – к былым ровным взаимоотношениям возврата уже нет! Во всяком случае, создалась как раз та ситуация, которую можно обрисовать вкратце,- коса нашла на камень. Кенеш Кулматов оказался человеком далеко не из пугливых и простых.

Как по своей должности, так и по своим человеческим качествам и, что намного важнее, – по своим личным связям!

Противостояние между первыми лицами республики постепенно и незаметно приближалось к своему неизбежному апогею…

Новый завотделом агитации и пропаганды Центрального Комитета Компартии Медетхан Шеримкулов продолжал работать, как ни в чем не бывало, в прежнем своем привычном ритме. Безупречно выполняя все свои обязанности по работе, он старался руководить доверенным ему участком – и, надо заметить, очень сложным участком! – на должном высоком уровне.

При этом Медетхан Шеримкулов по-прежнему поддерживал со всеми сослуживцами добрые, ровные и взаимоуважительные отношения. Следует заметить, что по законам внутри аппаратных игр достичь этого крайне сложно, так как при противостоянии двух первых лиц среди подчиненных непременно происходит внутреннее разделение на два лагеря. Кто-то, исходя из своей личной симпатии, а другие – по земляческим и другим параметрам, хотя с виду никто не показывает этого своего отношения.

Ну а Медетхан Шеримкулов сумел сохранить среди сотрудников своего отдела здоровую рабочую атмосферу, не обращая никакого внимания на всякие закулисные аппаратные игры и досужие разговоры среди народа вне стен Центрального Комитета. Тем более, работа руководимого им отдела всегда находилась под пристальным вниманием общественности.

Это объяснялось тем, что в общественно-политической жизни республики периодически возникали скандальные вопросы идеологического характера. В бытность Медетхана Шеримкулова завотделом агитации и пропаганды ЦК Компартии тоже не обошлось без скандалов. Хотя и времена политических репрессий остались далеко позади, бросалось в глаза то, что оппоненты сразу же пытались навесить друг на друга серьезные политические обвинения типа «националист», «антикоммунист», «противник социалистической системы» и так далее!

Во всех этих случаях Медетхану Шеримкулову и его сотрудникам приходилось по долгу своей служебной обязанности вмешиваться в подобные вопросы и давать им свою объективную оценку, невзирая на побочные обстоятельства и сопутствующие к скандалу элементы, которые, впрочем, могли быть самыми разными. Начиная от личных неприязненных взаимоотношений вплоть до столкновения своих непримиримых взглядов по основополагающим вопросам жизни!

ЛИТЕРАТУРА И ИДЕОЛОГИЯ

Самые актуальные вопросы идеологии всегда и во все времена находятся в тесной взаимосвязи с литературой и культурой. А коммунистическая идеология эти отрасли вообще вознесла до ранга своей неофициальной трибуны. Именно этим объяснялась относительная привилегированность общественного положения писателей и людей искусства в коммунистическую эпоху.

Поэтому вовсе неудивительно, или же, говоря объективно, даже естественно то, что время от времени те или иные произведения писателей или мастеров искусства оказывались в центре общественного внимания и порождали самые острые, дискуссионные вопросы. Порою эти вопросы носили вообще взаимоисключающий и непримиримый характер… В начале 80-х годов в центре таких серьезных идеологических скандалов оказались такие известные писатели, как Толеген Касымбеков, Муса Мураталиев, Казат Акматов, Кочкен Сактанов, Орозбек Айтымбетов и Сейит Джетимишев.

Медетхан Шеримкулов поручал все возникающие деликатные дела своим соответствующим сотрудникам, каждый из которых курировал подразделенный ему участок работы: конкретные книжные издательства, средства массовой информации, радио и телевидение. При этом он всегда настоятельно просил их не торопиться вынести решение, а внимательно изучить весь вопрос. Только так можно было добиться принятия объективного, взвешенного решения, дабы ни у кого – ни у вышестоящего начальства, ни у народа и общественности, не было никаких претензий к его отделу и к его непосредственным подчиненным.

А в очень сложных, острых случаях Медетхан Шеримкулов брал на себя решение всех вопросов, ничуть не боясь ответственности. Вот так произошло и в случае с нашумевшим, скандальным романом писателя Сейита Джетимишева «Жаны кумарчы» («Новый азартный игрок»). Медетхан Шеримкулов весьма внимательно прочел данное произведение в рукописном варианте и долго думал, прежде чем вынести окончательное решение, дабы оно устраивало всех – прежде всего, конечно, самого автора, а затем и оппонентов этого произведения.

По иронии судьбы, это антикоммунистическое по своей сути произведение было написано автором-коммунистом после его увольнения с работы в аппарате Центрального Комитета Компартии республики. Более того, он даже был одним из сотрудников отдела культуры ЦК Компартии Кыргызии. Никто и предположить не смог бы, что из-под пера правоверного коммуниста и бывшего верного идеологического работника выйдет нечто разоблачающее коммунистическую систему. Отказывая напечатать данное произведение, в различных издательствах и редакциях автору доходчиво объяснили антикоммунистическое направление сути его произведения.

Вначале, вчитываясь в этот довольно увлекательно написанный роман, вовсе невозможно даже заметить, в чем проблема? Вроде бы бытописательский, обычный роман о современной жизни. Ни своим выдающимся мастерством, ни смелостью обобщающих суждений автор произведения явно не блещет. На первый взгляд, кажется, что роман вполне можно опубликовать без всяких опасений… Но, постепенно, по мере углубления в содержание произведения, становится ясно, что автор преследует совсем иные цели, нежели чисто художественные. Дело в том, что главный герой романа – писатель Дыйканбек и его ближайшее окружение описаны автором откровенно на пасквильном уровне, именно поэтому они у читателя вызывают лишь антипатию, вместо того, чтобы вызвать очищающее душу сопереживание и побудить его к светлым размышлениям. У Медетхана Шеримкулова сложилось однозначное впечатление, будто данное произведение написано с преднамеренной целью очернить, унизить кого-то. Но кого? Кроме главного героя – писателя Дыйканбека в романе фигурировали также некий чиновник, названный автором «руководителем областного масштаба». А все остальные герои произведения служили лишь фоном для изображения всех пакостей этих двоих и их близкого окружения.

При встрече с автором произведения Медетхан Шеримкулов ему посоветовал пересмотреть свои взгляды и переработать данное свое произведение. Привел даже убедительные примеры, где героем произведения является коммунист, как Танабай в повести «Прощай, Гульсары!» Чингиза Айтматова. Герой восстал против отдельных проявлений внутри партии, заявив, что он сам и его друг Чоро только притворяются лишь коммунистами, но не являются настоящими коммунистами. Но при этом не опустился до уровня пасквиля, очерняя всю систему и всех людей!

Медетхан Шеримкулов дал понять автору, что этот роман в таком виде нельзя опубликовать. Действительно, Джетимишев опубликовал это свое произведение лишь на исходе так называемой перестройки, когда наступила гласность. За годы независимости написал второй том этого романа и опубликовал под общим названием «Эл арасында» («Среди людей»).

Гораздо сложнее пришлось с уже опубликованным романом другого писателя Казата Акматова «Мезгил» («Время земное»), который вызвал буквально шквал критики со страниц периодической печати. Самое печальное заключалось в том, что этот добротный, самобытный художественный роман рассматривался своими критиками исключительно через призму предвзятого политического обвинения. Критики упирали на то, что один из главных героев романа Красин – человек русской национальности изображен автором отрицательным персонажем, в то время, как некоторые герои кыргызской национальности, даже конь кыргызской породы описаны с большой любовью.

Медетхан Шеримкулов хорошо знал Казата Акматова как человека, поскольку он ранее работал в аппарате Центрального Комитета. Да и среди коллег он числился незаурядным писателем. К тому же, в тот момент в его личной жизни также возникли весьма непростые обстоятельства. Как говорится, беда не приходит одна. Понимая, что оппоненты писателя ухватились за вышеописанные факты только ради того, чтобы справиться с писателем, Медетхан Шеримкулов сделал все для того, чтобы ему помочь.

Посоветовал руководству Союза Писателей республики и соответствующим писателям обсудить данное произведение Казата Акматова, а также отдельные произведения таких самобытных, талантливых писателей Мусы Мураталиева и Орозбека Айтымбетова прежде всего с художественной точки зрения и дать свое заключение. В результате долгих и больших усилий, вновь со времен тех далеких 30-х годов с такой силой заполыхавшее было пламя политических обвинений, Медетхану Шеримкулову, удалось-таки перевести на естественное, творческое русло!

КУЛМАТОВ И «ДЕЛО БОСТАНОВА»

В 1982-году было инициировано громкое уголовное дело по Токмакскому мясокомбинату. Впоследствии это уголовное дело косвенным образом оказалось связанным с именем секретаря Центрального Комитета Компартии Кыргызской ССР Кенеша Кулматова.

Налицо было стремление руководства республики придать этому уголовному делу масштабный характер: в конечном итоге были осуждены 124 человека, а трое из них были приговорены к высшей мере наказания, то есть, – к расстрелу! В новейшей истории Кыргызстана это уголовное дело стало одним из самых громких после знаменитого громкого «трикотажного дела», которое в конечном итоге по задумке некоторых людей должно было опорочить имя прежнего руководителя республики Исхака Раззакова! В тот раз на скамье подсудимых оказались 76 человек, из них 21 были приговорены к расстрелу. Впоследствии семеро среди них были помилованы, как участники Великой Отечественной войны…

А ныне Кенешу Кулматову попытались инкриминировать соучастие в данном преступлении. Откуда-то отыскалась фотография, на которой главный фигурант уголовного дела Бостанов находился рядом с обвиняемым Кулматовым. Позже было установлено, что Кулматов вместе с женой, будучи на отдыхе в Кисловодске, встретились с отдыхающим на том же курорте Бостановым и вместе сфотографировались.

Вообще-то, в том, что, находясь за переделами республики, во время учебы или на отдыхе, Кыргызстанцы (и не только Кыргызстанцы!) искали своих земляков, знакомились и проводили вместе время, ничего особенного не было. Вполне в духе времени и в порядке вещей было и то, что они вместе сфотографировались на память об этом времени. Но зачем кому-то понадобилось искать в этом криминала?

В выше процитированной публикации, написанной спустя более десяти лет, тогдашний первый секретарь ЦК Компартии республики Турдакун Усубалиев оправдывается так: «Тойчубеков еще заявил, что Усубалиев погубил секретаря ЦК Кулматова. Это тоже ложь. Кулматов сам себя погубил. Напомню лишь коротко. Был разоблачен расхититель, по фамилии Бостанов. Он и его группа на Токмакском мясокомбинате расхитили 1200 тыс. рублей. 900 тыс. рублей были восстановлены за счет разворованных жуликами денег и имущества.»

Весьма забавно, что вышеприведенные нами догадки и предположения хотя бы отчасти подтверждаются отдельными фактами из этой же публикации. В частности, описывая хронику своего противостояния с Кенешем Кулматовым, Усубалиев далее пишет:

«Бостанов и его сообщник были приговорены к смертной казни. Тогда Бостанов обратился в прокуратуру и Верховный суд республики с заявлением: «Если мне сохраните жизнь, то расскажу о том, как мы воровали, сколько сумм сами присвоили, сколько сумм давали другим и где находится оставшаяся сумма расхищенных средств». Правоохранительные органы дали обещание Бостанову сохранить ему жизнь. И он рассказал все: сколько денег он сам присвоил, а сколько денег давал своему многолетнему другу Кулматову и его покровителям в Москве. Все показания Бостанова были подтверждены очными ставками со свидетелями, в том числе с Кулматовым, документами, многомесячной ревизией финансовой деятельности Токмакского мясокомбината. Показания Бостанова были подтверждены также письмом многих представителей карачаевского населения, проживающего в Кыргызстане. Этим делом много месяцев занимались следователи Союзной прокуратуры, ответственные работники КПК при ЦК КПСС. Приближался судебный процесс. В марте 1985 года скоропостижно скончался Генеральный секретарь ЦК КПСС Константин Устинович Черненко. Это человеческое горе оказалось большим «счастьем» для Кулматова и его московских покровителей. И уголовному делу Бостанова Москва сразу дала другой ход. После моего ухода с поста первого секретаря ЦК, новое руководство республики добилось того, что сразу был приведен в исполнение приговор о расстреле Бостанова. И Кулматов и его московские покровители, тесно связанные с Бостановым, «свободно вздохнули», избавились от большой опасности, был снят домоклов меч, висевший над их головами. Затем московские покровители Кулматова отправили его послом в одно из африканских государств.»

В этой пространной цитате нижеследующие строки весьма созвучны с нашей вышеизложенной версией:

«В марте 1985 года скоропостижно скончался Генеральный секретарь ЦК КПСС Константин Устинович Черненко. Это человеческое горе оказалось большим «счастьем» для Кулматова и его московских покровителей.»

Ведь общеизвестно, что вместо Черненко Генеральным секретарем ЦК КПСС стал Михаил Сергеевич Горбачев – «московский покровитель» и сокурсник Сакен Кыдыралиевой – жены Кенеша Кулматова!

Одним словом, наступило уже другое время, и власть бывшего всесильного первого секретаря Турдакуна Усубалиева доживала свои последние месяцы и дни…

СУДЬБОНОСНЫЕ ПЛЕНУМЫ КОМПАРТИИ

В июне 1984-года состоялся Пленум Центрального Комитета Компартии Кыргызской ССР. Выступивший с докладом Председатель Союза Писателей республики Тендик Аскаров подверг острой критике работу секретаря по идеологическим вопросам Кенеша Кулматова, который сидел вместе с другими руководителями ЦК за столом президиума. Участники пленума в большом зале заседаний Дома Правительства на Старой площади заметили, как лицо Кулматова, сидевшего за столом президиума, густо покраснело, а затем оно ужасно побледнело. Вот так он и просидел в течение всего Пленума с окаменевшим лицом, не проявляя никакой эмоции…

Драматизм ситуации заключался в том, что Кулматов и Аскаров были многолетними, близкими друзьями. Совсем недавно Аскаров тяжело заболел, и ему пришлось даже пережить клиническую смерть. Тогда секретарь Кенеш Кулматов проявил себя как истинный друг, выставив лучшие медицинские силы у его койки, по сути, вытащил своего друга с того света. И вот, когда взаимоотношения между Усубалиевым и Кулматовым окончательно испортились, бывшие друзья оказались на разных сторонах баррикады!

Докладчик отметил, что в республике запущена идеологическая работа, из-за чего и общество периодически сотрясают такие громкие скандалы идеологического характера. В качестве примера он назвал роман «Время земное» Казата Акматова, очерк Кочкена Сактанова, опубликованный в журнале «Ала-Тоо» «Тянь-Шань капкасынан суйлойбуз!» («Говорим из Тянь-Шанского ущелья!), а также театральные постановки, где в вопросах межнационального отношения были допущены грубые промахи.

Настоящему остракизму был подвергнут широко известный и любимый среди народа роман Толегена Касымбекова «Сломанный меч».

Это было весьма серьезное обвинение, учитывая, что политическое обвинение подобного рода вовсе не могло бы остаться без серьезных последствий. Стало окончательно ясно, что все предыдущие идеологические скандалы были не более чем артиллерийской подготовкой перед генеральным сражением. При том, тщательно и заранее коварно спланированной подготовкой. Уже было ясно, что Кенеш Кулматов распрощается со своей должностью, но куда он уйдет?

Весь вопрос заключался в том, что над его головой, как дамоклов меч висело уголовное дело Бостанова, с которым его рьяно пытались связать, но пока это никак не удавалось недругам Кенеша Кулматова по каким-то неизвестным причинам. Этот вопрос пока оставался открытым. Он еще в течение некоторого времени продолжал работать на своей должности…

Еще 9-февраля 1984-года состоялась защита им в Москве докторской диссертации и ему была присвоена искомая ученая степень доктора наук. Будучи вышколенным человеком всякого рода аппаратными играми, Кулматов загодя подготовил для себя запасной аэродром и пути для достойного отступления назад. Но затем неожиданно для всех отбыл на учебу в Москву – слушателем в Дипломатическую академию. Для третьего секретаря Центрального Комитета Компартии республики, только вчера котировавшегося в первого руководителя республики, этот переход, конечно, был существенным и трудно объяснимым понижением. Но, раз уж так сложились обстоятельства, следовательно, надо полагать, что для Кенеша Кулматова иного пути для отхода назад уже и не было…

Перед отъездом Кулматов у себя в кабинете рассказал Шеримкулову о своем готовящемся переходе и спросил у него, что он думает на этот счет? На что Медетхан Шеримкулов с присущей ему мудростью ответил: в таких делах давать совет со стороны неуместно, каждый должен решить сам, исходя из своих внутренних убеждений, дабы потом не сожалеть всю жизнь.

В конечном итоге, для Кенеша Кулматова этот маневр в своей служебной карьере вылился в довольно успешный проект. После окончания этой престижной академии он долгие годы работал послом СССР в Шри-Ланке и в ряде других зарубежных странах. Даже успешная защита докторской диссертации в Москве Кенешем Кулматовым не осталась вне внимания местных его недоброжелателей. Может быть, сама тема диссертации Кенеша Кулматова на соискание ученой степени доктора исторических наук: «Деятельность Компартии Кыргызии по совершенствованию идеологической работы на этапе развитого социализма» – подтолкнула его оппонентов с новой силой обрушиться на него.

В адрес Ученого совета, где защитил свою диссертацию Кенеш Кулматов, а также в ЦК КПСС посыпались разоблачительные письма, подписанные первыми лицами республики, а также некоторыми учеными. Кулматова на этот раз обвиняли в плагиате, в недобросовестном использовании готовых материалов ЦК Компартии Кыргызии.

Но и тут не все сходилось у его оппонентов. Кулматову ставили в вину то, что его книга «Деятельность парторганизаций Кыргызии по повышению качества и эффективности идеологической работы», изданная во Фрунзе еще в 1981-году, по большей части содержания совпадает с его же диссертационной работой. Общеизвестно, что в творчестве, тем более в научной деятельности авторы часто возвращаются к своим ранее опубликованным работам, но уже дорабатывая их с учетом изменившихся обстоятельств и по мере накопления новых материалов по данной теме.

То есть, было налицо стремление руководства республики «достать» Кулматова даже в Москве. Похоже, кому-то очень хотелось, чтобы «улизнувший враг», все равно, хотя бы иным образом был наказан!

ПОДДЕРЖКА ВЕЛИКОГО ПИСАТЕЛЯ

В один из этих дней к Медетхану Шеримкулову пришел знаменитый писатель Толеген Касымбеков. Рассказывая о своих проблемах, он чуть было не заплакал. Действительно, положение его оказалось очень тяжелым. Он был изгнан с работы, а произведения его все издательства и редакции напрочь отказывались печатать. А писатель, как известно, по-другому и не умеет зарабатывать на свой хлеб. Писатель к тому времени, чтобы прокормить свою семью и хоть как-то выжить, уже распродавал свою старую мебель, книги из своей домашней библиотеки.

Видя изможденное, жалкое состояние писателя, Медетхан Шеримкулов попросил его оставить свое произведение для просмотра, пообещав помочь писателю в публикации его произведения, если серьезного препятствия для этого после прочтения он не увидит. Медетхан Шеримкулов, прощаясь с надломленным писателем, сказал Толегену Касымбекову ободряющие слова типа, мол, не переживайте, мы не оставим в беде автора великого романа «Сломанный меч», придумаем что-нибудь!

И в самом деле, Медетхан Шеримкулов, заядлый книгочей и истинный ценитель хорошей литературы, очень любил этот исторический роман. А после прочтения нового романа писателя в рукописи он был возмущен до предела: почему издатели не хотят опубликовать это прекрасное историческое произведение, когда в несметном количестве издается довольно серой, посредственной, даже откровенно халтурной литературы?!

Роман Толегена Касымбекова «Келкел» (русский перевод позже вышел в издательстве «Советский писатель» под названием – «За тучей белеет гора») оказался в какой-то мере тематическим продолжением очень популярного среди читателей романа «Сломанный меч» этого же автора. К тому времени он уже множество раз переиздавался на кыргызском и русском языках, переводился на другие иностранные языки…

Когда Толеген Касымбеков пришел к нему за ответом, Медетхан Шеримкулов высказал ему свои замечания. И предупредил, что только после внесения этих поправок роман можно опубликовать. Писатель был несказанно рад такому отзыву высокопоставленного руководителя и, выражая свою благодарность, удивленно заметил, что примерно те же замечания сделала ему и московская знаменитая литературовед Зоя Кедрина. Выяснилось, что отчаявшись опубликовать свое произведение у себя дома – в Кыргызстане, писатель предпринял попытку сразу же издать его на русском языке, для чего за свой же счет, влезая в долги, подготовил подстрочный перевод романа и отнес рукопись в московское издательство.

Прощаясь с писателем Касымбековым, Медетхан Шеримкулов уже не просто подбодрил его, как в тот раз, когда он находился в отчаянном положении, а по душам поговорили, как старые знакомцы, которые доверяют друг другу. Со слов писателя Медетхан Шеримкулов узнал, что из-за гонений, которые устроили ему его влиятельные недоброжелатели, он уже много лет находится без работы, об издании его книг речи даже нет, не говоря уж о том, что не был отмечен его юбилей – 50-летие, которое прошло несколько лет назад.

Толеген Касымбеков сказал, что он как-то перебивается, прочитывая рукописи и давая им внутренние рецензии для издательств, и даже эти грошовые подработки удается получать с очень большим трудом, так как редакторы издательств, с которыми у него сложились хорошие отношения, очень боятся, думая, что из-за него могут подставить под удар самих себя!

Медетхан Шеримкулов, услышав эту грустную историю, вновь вынужден был высказать писателю подбадривающие слова: Толеген Касымбекович, берегите себя и свое здоровье ради кыргызской литературы. Даст бог, все будет в порядке. Я лично зайду к первому секретарю Турдакуну Усубалиеву и походатайствую за вас. Будем живы-здоровы, даст бог, ваше 60-летие мы вместе отметим на должном уровне!

Хотя это обещание, высказанное в духе доброго пожелания, в тот момент носило туманный характер, лишь как пожелание, кто мог тогда знать, что это действительно вот так и произойдет?! Видать, издревле кыргызы не зря говорят «Жакшы тилек – жарым ырыс», то есть, доброе пожелание – это уже половина счастья… Но до этого – до 1991-года еще было далеко. На дворе все еще стояло жаркое лето 1984-года.

После беседы с Т.Касымбековым Медетхан Шеримкулов зашел к Т.Усубалиеву с рукописью этого романа и подробно изложил суть этой книги, пытаясь убедить первого руководителя в целесообразности издания данного произведения. Усубалиев внимательно выслушал Шеримкулова и, не сказал ничего кроме двух слов: «Ладно, посмотрим». Только в этот момент дошло до Медетхана Шеримкулова то, что он совершил роковую ошибку: шеф свое негативное отношение к Т.Касымбекову так и не изменил, а стремление Шеримкулова поддержать опального писателя, было им воспринято крайне отрицательно! Усубалиев такое не прощал и не забывал никогда. Тем более, учитывая былую близость Шеримкулова к Кулматову!

А в декабре 1985-года в кабинете Медетхана Шеримкулова раздался телефонный звонок. За это время Шеримкулов успел уйти со своей работы в ЦК, поработать десять месяцев ректором Физкультурного института, а затем вновь вернуться в ЦК Компартии Кыргызии – уже в новом качестве. Таким долгим и трудным был процесс издания книги в те времена!

Звонил Тилектеш Ишемкулов – начальник Главного управления по охране государственных тайн в печати, именуемое в просторечии «Главлит». Без окончательного одобрения этой важной идеологической организации в то время не печаталась ни одна печатная продукция, начиная от республиканских газет до районных газет, не говоря уж о книгах.

Он сообщил, что у него в кабинете сидит писатель Касымбеков и рассказал ему о том, что он получил предварительное одобрение самого председателя партийной комиссии при ЦК Компартии Шеримкулова, давшего добро на публикацию этого своего нового произведения, мол, так ли это? По голосу чувствовалось, что ему никак не верится словам сидевшего перед собой писателя Толегена Касымбекова. Медетхан Шеримкулов подтвердил ранее сказанные писателю свои слова и дал указание позвонившему ему Ишемкулову, чтобы он не задерживал публикацию этого романа. Вскоре роман был издан – в самом начале перестройки!

Впоследствии с этим великим писателем и прекрасным человеком у Медетхана Шеримкулова сложились весьма добрые, по-человечески близкие взаимоотношения. И вообще, в последующие годы перестройки он по роду своей деятельности очень тесно сотрудничал со всеми писателями. В том числе и с Толегеном Касымбековым.

…ДУШИ ПРЕКРАСНЫЕ ПОРЫВЫ!

В середине 80-х годов в облике столицы также происходили грандиозные, почти неузнаваемые перемены. Следует отдать должное первому секретарю Турдакуну Усубалиеву, который всегда лично внимательно следил за ходом строительства ряда крупных объектов. Нынешний сверкающий в мраморном блеске облик вокруг центральной площади во многом стал плодом этих стараний. Именно в те годы были построены многие здания, которые стали гордостью и лицом нашей столицы.

Весь район в окружности так называемого зеленого овощного рынка, да и прилегающие к нынешней центральной столичной площади территории были заполнены маленькими, неприглядного вида старыми, частными домами, построенными еще в 20-е и 30-е годы прошлого века. Среди них высились, выделяясь на общем фоне, несколько многоэтажных домов.

Когда начали сносить все эти дома, не соответствующие ни архитектурным, ни эстетическим требованиям, среди жителей этих домов возникло бурное недовольство. Многие из них вообще не хотели переехать с обжитого, привычного района в отдаленные новые микрорайоны. Видя, что на их роптание власть никак не реагирует, отдельные из них начали писать свои жалобы в московские газеты.

Суть этих многочисленных заявлений заключалась в этом: мол, в городе итак имеется своя большая площадь, зачем в таком случае ради какой-то затеянной новой площади выгонять людей из обжитого места и сносить многоквартирные дома, ведь на строительство новых домов потребуется немало средств?..

Медетхан Шеримкулов тесно сотрудничал с местными собственными корреспондентами таких очень влиятельных в то время московских газет, как «Правда», «Известия», «Труд» и с их слов хорошо знал, что эти редакции уже завалены письмами подобного рода. Об этом он своевременно проинформировал первого секретаря Турдакуна Усубалиева. Первый секретарь немного подумал об этой новой головной боли, и посоветовал поступить так: пусть Медетхан Шеримкулов попросит у них все эти письма якобы для изучения, с тем, чтобы дать возможность всем соответствующим службам ответить на все озвученные в них просьбы и замечания. «А пока будут изучать эти письма, мы за это время успеем закончить все намеченные нами строительства!» – заключил первый секретарь, хитро прищурившись...

Действительно, в те времена строительство велось космическими темпами. Вскоре закончилось строительство здания Исторического Музея, здания библиотеки имени В.И.Ленина и арочного здания Агропрома, весь этот архитектурный ансамбль изменил до неузнаваемости облик новой вычищенной центральной площади. Чуть в отдалении от них были построены новое здание КГБ, здание новой республиканской библиотеки, ресторан «Нарын» с мемориальной площадью – Площадь Победы.

Не стоит забывать, что в советские времена даты такого рода, а также 7-ноября – День Великой Октябрьской революции были любимым, самым масштабным праздником всех слоев общества. На центральной площади проводились многотысячные митинги-шествия, торжественные парады с участием множества разного рода трудовых коллективов, которые как бы отчитываясь, рапортовали о своих успехах за этот год. Многочисленные красочные транспаранты и лозунги, воздушные шары были неизменным атрибутом подобных традиционных торжеств. Высшие руководители республики, стоя на трибуне, приветствовали тружеников, проходящих по площади, как бы на словах и на деле подтверждая единство партии и народа.

Но на этот раз открытие новой площади и всех этих сверкающих, облицованных мрамором новых зданий намечалось приурочить по старой доброй коммунистической традиции к 14-октябрю – ко Дню 60-летия образования Кыргызской ССР. Готовя в обычном, привычном режиме праздничное выступление первого секретаря Центрального Комитета Компартии Кыргызской ССР Турдакуна Усубалиева, заведующий отделом агитации и пропаганды Медетхан Шеримкулов вообще не смог бы предположить, что докладчик на этот раз впервые неожиданно выйдет за рамки написанного на бумаге текста и позволит себе чисто импровизационный ход!

Процедура подготовки выступления первого секретаря требовала тщательнейшего подхода, не допускающего ни малейшего отклонения от общепринятых норм и правил. Каждая цифра, каждый факт, которые будут озвучены в выступлении, предварительно многократно проверялись и согласовывались с соответствующими отделами и организациями.

Вся эта большая предварительная работа в ходе подготовки координировалась, а в окончательном виде оформлялась в отделе агитации и пропаганды уже в законченном виде, как готовый доклад для выступления. Затем наступал второй этап – сам первый секретарь предварительно знакомился со своим выступлением и заносил туда необходимые дополнения и правки, а в некоторых случаях просил в обязательном порядке внести в него кое-какие новые положения.

Сама подготовка выступления первого лица республики отнимала у сотрудников Медетхана Шеримкулова и его отдела немало сил и времени. Ну вот, наконец, вся эта предварительная кропотливая работа была уже позади. Наконец, наступил и долгожданный праздничный день. Вокруг мелькают привычные, уже ставшие традиционными атрибуты. Хотя все это происходило уже на Новой площади.

Вот, наконец, наступил долгожданный праздничный день. Был заранее объявлен трехдневный праздник – 12-13-е и 14-октября. На новой площади, при стечении огромной ликующей толпы, выступая перед народом, Турдакун Усубалиев неожиданно на мгновение поднял голову от бумаги, и, глядя на виднеющиеся издали белоснежные вершины гор, неожиданно экспромтом сказал: «Пусть эта прекрасная площадь, раскинувшаяся на фоне прекрасных гор Ала-Тоо, отныне будет носить название «Площадь Ала-Тоо»!»

Услышав из уст первого секретаря эти неожиданные слова, Медетхан Шеримкулов тихо ахнул от этой неожиданной импровизации. Потому, что в тексте выступления, подготовленного ими, было написано о том, что новая площадь будет называться «Площадью имени В.И.Ленина», как это в ту пору было заведено везде и во всех союзных республиках.

К тому же, на главной площади уже вовсю высился новый памятник Ленину, который был заменен памятником Манасу лишь в годы независимости. Для Медетхана Шеримкулова так и осталась загадкой, что подтолкнуло тогда твердокаменного коммуниста Турдакуна Усубалиева пойти на такой довольно смелый по тем временам, неординарный шаг. Можно предположить, что этот кажущийся спонтанным экспромт, наверняка все же был всплеском внутренних эмоций Турдакуна Усубалиева. Ведь этот незаурядный и умный по-своему человек в глубине души не мог не понимать, что время никак не остановишь, а его эпоха уже уходит… Может быть, наблюдая за быстро меняющейся вокруг политической атмосферой, он даже ясно предчувствовал то, что время его ухода со своего поста неминуемо приближается, как бы он ни сопротивлялся к этому. Ведь к тому времени он уже почти четверть века просидел на своей должности первого секретаря ЦК Компартии республики… Как тут не вспомнить бессмертные строки классика: «Мой друг, отчизне посвятим, души прекрасные порывы!»

Коли так, то огорчает лишь то, что такое осознание пришло к первому лицу, мягко говоря, немного запоздало, если не сказать – слишком поздно! Ведь многие оппоненты Турдакуна Усубалиева не любили и критиковали его именно за то, что он свою политику всегда выстраивал с вечной, зачастую ненужной оглядкой на Москву, что в нем не было присущей к некоторым другим лидерам республики смелости и самостоятельности!

РЕКТОР ФИЗКУЛЬТУРНОГО ИНСТИТУТА

Как известно, в любой политической борьбе в конечном итоге бывают свои победители и побежденные. Любая тайная и явная борьба на политическом олимпе оставляет за собой в той или иной мере свои следы. В таких случаях бывают, как выигравшие от этой борьбы, так и пострадавшие, хотя они вовсе и не имеют прямого отношения к этой борьбе. Это можно назвать эффектом взрывной волны, когда бомба падает только на определенную точку, но от взрывной волны пострадают и некоторые находившиеся рядом со взрывом в этот момент люди…

И на этот раз были люди, на судьбах которых так или иначе отразилась эта борьба первого секретаря ЦК Компартии со своим секретарем по идеологическим вопросам. На освободившееся место третьего секретаря вместо Кенеша Кулматова был назначен Аманбек Карыпкулов – заведующий отделом науки и учебных заведений ЦК КП Кыргызии. Заведующий отделом агитации и пропаганды Центрального Комитета Медетхан Шеримкулов был отправлен на добровольно-принудительную «ссылку» – ректором Кыргызского государственного физкультурного института. Это перемещение по службе, по негласно существующей номенклатурной шкале, было существенным понижением по сравнению с прежней его должностью.

Нетрудно догадаться, что по правилам аппаратных игр, при смене бывшего начальника все, кто был на хорошем счету у прежнего руководителя, автоматически причисляются к «приближенным к нему людям». И так называемая «чистка», как правило, начинается именно с этих сотрудников. Очевидно, Медетхан Шеримкулов в данном случае пострадал из-за доброго к нему отношения бывшего секретаря Кенеша Кулматова, который очень высоко ценил деловые и человеческие качества своего заведующего отделом агитации и пропаганды. Может быть, не раз прилюдно высказывался о таком своем отношении. А этого вполне было бы достаточно для того, чтобы оказаться в опале в период смены руководства.

Во время беседы с первым секретарем Турдакуном Усубалиевым Медетхан Шеримкулов выразил полную готовность вернуться на свою прежнюю преподавательскую деятельность в Кыргызский государственный университет, но не в Физкультурный институт! Но это пожелание потонуло в увещаниях, мол, надо помочь отсталому институту и поднять там уровень преподавания и воспитания. Физкультурный институт действительно был одним из самых отсталых вузов страны на тот момент. Общее количество высших учебных заведений, по всей республике не превышал даже десяти…

Если взглянуть на эту проблему с этой точки зрения, то перевод Медетхана Шеримкулова в самом начале 1985-года ректором Кыргызского государственного физкультурного института можно даже рассматривать как своего рода доверие и повышение по служебной лестнице. Как никак – ректор самостоятельное лицо и руководит большим коллективом, чем виртуальное руководство агитацией и пропагандой всей республики, несмотря на то, что его отдел считался одним из самых важных и больших во всем аппарате Центрального Комитета Компартии!

Нельзя забывать и о существовавших в то время жестких правилах среди коммунистов-руководителей. Любое новое назначение предъявлялось, как проявление воли партии и высокое доверие с ее стороны. Поэтому, при назначениях не принято было отказывать занять ту или иную должность … Лишь в единичных, исключительных моментах учитывалось личное пожелание самого назначаемого человека.

К примеру, совсем незадолго до этого Турдакун Усубалиев предложил тому же Медетхану Шеримкулову занять пост первого заместителя председателя Комитета Государственной Безопасности республики, с присвоением ему звания полковника, обещая при этом уже через несколько лет присвоить звание генерала. Но тот вовсе уперся, ссылаясь на то, что эта сфера далека от него, поэтому не может и не хочет такого служебного повышения. Столкнувшись с таким упорным нежеланием, Усубалиев начал даже настойчиво уговаривать Шеримкулова, делая весьма прозрачные намеки, мол, «нам надо готовить свои национальные кадры!» Учитывая, что в то время председателем КГБ работал Ломов Николай Петрович – посланец Москвы, вполне можно допустить, что первый секретарь наверняка хотел найти подходящую замену на него.

После отказа Шеримкулова вскоре отыскалась такая замена в лице Таштемира Айтбаева, бывшего первого секретаря комитета ленинского комсомола республики. Впрочем, далеко не сразу – поскольку человек, получивший такое предложение после Шеримкулова, сразу согласился и даже уже успел получить добро на новое назначение.

Но после того, как стало известно о том, что он сразу же после собеседования начал обмывать будущую новую должность, пригласив к себе всех друзей, это решение отменили. У любого государственного органа существуют свои внутренние правила и порядки! А у закрытого органа, связанного с безопасностью страны, тем более, имеются строгие критерии отбора и приема на работу…

То ли личное нежелание Медетхана Шеримкулова все-таки сыграло свою какую-то мистическую роль, то ли по другим неведомым причинам – ему совсем недолго пришлось руководить физкультурным институтом. И через десять месяцев он вновь вернулся в Центральный Комитет Компартии Кыргызии, только в другом, новом качестве – заняв пост еще выше, чем своя бывшая должность завотделом, – он стал Председателем комиссии партийного контроля при ЦК КП Кыргызии. То есть, стал руководителем, надзирающим за всеми, как бы надпартийно – сверху!

ПАРТИЙНЫЙ КОНТРОЛЬ И ПАРТИЙНАЯ СОВЕСТЬ

Будучи ректором Физкультурного института Медетхан Шеримкулов все еще оставался членом Центрального Комитета, которые избирались, подобно народным депутатам, на строго определенный действующий срок – от съезда партии до следующего съезда партии. Поэтому по существующим в то время партийным правилам, он был заранее ознакомлен с докладом первого секретаря Центрального Комитета Компартии Кыргызии Турдакуна Усубалиева, который должен был прозвучать на очередном Пленуме.

В большом докладе, посвященном проблемам перестройки и гласности, значительное место было отведено персоне бывшего секретаря по идеологическим вопросам Кенеша Кулматова. Он подвергался к уничтожающей критике по всем параметрам. Там все повторялось вновь: начиная от его связей с Бостановым, до защиты им в Москве докторской диссертации. Но с новой, еще большей ненавистью и ожесточенностью.

Медетхан Шеримкулов, ознакомившись с текстом доклада до пленума ЦК, поставил свою подпись о том, что он был ознакомлен с докладом. А на оборотной стороне листа доклада написал свое особое мнение о том, что Кулматов давно уже не работает в Центральном Комитете, а все сказанное здесь в докладе – хорошо известно всему народу, так как напечатано в средствах массовой информации. Поэтому не следовало бы критиковать за глаза своего товарища, ушедшего в отставку …Конечно, когда писал эти строки, Медетхан Шеримкулов все хорошо понимал. Хорошо зная упрямый, мстительный характер первого секретаря, заранее был готов даже к тому, что такое особое мнение, идущее вразрез с озвучиваемой в докладе критикой, очень даже не понравится Усубалиеву.

Хотя по большому счету, Кенеш Кулматов уже вовсе не нуждался в чьей-либо защите, поскольку, будучи в Москве, он давно уже был абсолютно недосягаемым для местного руководства… Но не написать то, что он думал, – Медетхан Шеримкулов просто не смог бы. Для убежденного коммуниста-идеолога Медетхана Шеримкулова это было делом принципа и чести!

Впрочем, очередное усиление атаки, направленной в адрес Кулматова тоже объяснялось очень просто: к тому времени уже Генеральным секретарем ЦК КПСС был Михаил Горбачев, начавший перестройку в задыхающемся от отсутствия гласности советском обществе. Как и с чего начиналось преследование первым секретарем Усубалиевым Кулматова, надеюсь, читатели хорошо помнят!

Следовательно, кое у кого наверху власти сработал инстинкт самосохранения, хотя и уже поздновато, он понял, что допустил досадную оплошность, не справившись до конца со своим политическим оппонентом, которого все же следовало добить, а вовсе не ограничиться простым отстранением и отдалением от высшей власти. Теперь возникла новая угроза, опираясь на своих «московских покровителей», как это было написано чуть позже у Турдакуна Усубалиева, его заклятый политический враг мог вновь вернуться в республику – но уже триумфально! Так, что доклад Турдакуна Усубалиева на июньском Пленуме ЦК Компартии Кыргызии, с содержанием которого выразил свое категорическое несогласие Медетхан Шеримкулов, стал запоздалой, отчаянной попыткой если не уничтожить, то хотя бы выбить из седла своего соперника, который мог оправиться, окончательно прийти в себя после устроенных против него гонений, и вновь подняться наверх!

Октябрь 2019-года, Бишкек.

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции.
Как разместить свой материал во «Мнениях»? Очень просто
Добавить

Другие статьи автора

02-10-2019
Медетхан Шеримкулов и начало 90-х. Избрание Акаева, ГКЧП, гибель Исанова...
4285

03-04-2019
О малоизвестных нюансах «Бишкекского протокола». Штрихи к политическому портрету Медеткана Шеримкулова
2246

26-12-2018
Новый поворот в судьбе сказителя
2772

27-07-2018
Новый взгляд на жизнь и творчество Саякбая Каралаева
2569

10-05-2018
Переплетение судеб: Мухтар Ауэзов, Саякбай Каралаев и Чингиз Айтматов
1816

23-12-2016
Перед итогом года или размышления, навеянные между прошлым и будущим
2677

03-10-2016
Начать все с чистого листа. Штрихи к политическому портрету А.Атамбаева
6687

06-05-2015
Патриарх Национальной поэзии Сооронбай Жусуев
2471

17-03-2014
Лишь имеющий душу способен судить себя по законам совести и добра...
3998

31-05-2013
Неразрывность судеб: Нация и лидер нации
2661

Еще статьи

Комментарии
Комментарии будут опубликованы после проверки модератором
Для добавления комментария необходимо быть нашим подписчиком

×