Добавить свою статью
11 Июня 2022
«Лингвист-учёный, нарушивший мужские стереотипы о женщине» (к 70-летию З. Дербишевой)

Глядя на нашу несовершенную жизнь, порой так хочется, чтобы страной управляли самые достойные руководители, наукой занимались исключительно компетентные учёные, образование давали только толковые лекторы. То есть речь идет о таких людях, которые своим подвижническим трудом могут сделать прорыв в развитии страны, науки, образования, реально могут изменить ситуацию в лучшую сторону, искренне служа прогрессу, ради которого в состоянии отказаться от многого, а где-то и рисковать себе во вред. И еще хочется, чтобы этих людей всегда объединяли четыре необходимых слова: профессионализм, человечность, честность, интеллигентность! 

Увы, но сегодня возникает ощущение, что подобное, казалось бы, нормальное человеческое желание почти становится мечтой. И порой, действительно, кажется, что таких людей можно увидеть только в серьезном кино или прочесть о них лишь в классической литературе. Однако, как показывает наш личный опыт, не всё так безнадежно и безысходно. Все-таки есть исключения…

И к таким исключениям относится Дербишева Замира Касымбековна – доктор филологических наук, обладатель медали А. Пушкина по решению Президента Российской Федерации Д. Медведева. Отрадно отметить, что это имя, которое исключительно по воле судьбы стало для нас наставником (учителем). Поэтому интерес к ней вызван не только фактом соответствия вышеперечисленным критериям, но и тем, что именно в этом году З. Дербишевой исполняется ровно 70 лет. И наши личные знания о ней дают возможность рассказать о непростой, интересной, необычной судьбе.

З. Дербишева, вторая справа

Профессионализм

«Язык создает неповторимый и адекватный образ этноса» (автор: З. Дербишева).

Для кыргызов женщина-ученый – явление довольно редкое, поэтому она особой популярностью или известностью в обществе не пользуется, как например, актрисы или певицы. Однако, если мы гипотетически можем допустить замену ролей, когда наука неожиданно вдруг смещает искусство или другие публичные сферы деятельности, то мы абсолютно уверены в том, что звезда З. Дербишевой всегда находилась бы на сияющей высоте. И тому существует множество причин, которые позволяют ей считаться одной из самых компетентных лингвистов в современном Кыргызстане. Во-первых, З. Дербишева – полиглот (знает чешский, словацкий, польский, турецкий, английский языки и т.д.), что даёт ей возможность быть не только чутким филологом, но и тонко понимать остроту познания при актуализации любой научно-лингвистической проблемы. Особенно это касается таких дисциплин как контрастивная лингвистика, лингвистическая типология, когнитивная лингвистика, по которым специализируется сама З. Дербишева. Во-вторых, ей, выпускнице филологического факультета Воронежского госуниверситета (создан на базе Царского Юрьевского университета, один из старейших вузов России) и Московского университета им. М. Ломоносова (аспирантура) всегда оставался присущим «взгляд сверху» и «со стороны», что заметно отличало её от языковедов местного пошива. Говоря иначе, ее родина – вроде Кыргызстан, однако в интеллектуально-поведенческом контексте она выглядела как «иностранка из России», именно как субъект иной субкультуры, глубоко постигший самые лучшие прелести российской лингвистической школы. Отсюда выбор изыскиваемых тем, диссертационная часть которых посвящена сравнительной грамматике русского, чешского и польского языков (кандидатская работа) и теоретическим основам сопоставительной грамматики русского и кыргызского языков (докторская работа). Такая же научно-интеллектуальная высота характерна для её творчества и в наши дни, начиная от широких исследовательских поисков и заканчивая лингвофилософскими умозаключениями. Особенно этот контент вырисовывается в последнее время. Так, в работе «Кыргызский этнос в зеркале языка» (2012 г.) наблюдается заметный отход автора от чисто лингвистических проблем. В тексте монографии явно высвечивается уже мировоззренческий, «жизненно-философичный», национально-традиционалистский портрет кыргызского народа сквозь призму языка. Если перевести содержание работы на язык «мирян» (на ненаучный язык), то, допустим, для некыргыза данная работа является ментальной «визитной карточкой» кыргызского народа, открывающей завесу самых тонких струн его внутреннего и внешнего миров. В очень доступной и лёгкой манере автор передает через язык сведения о жизненных приоритетах и ценностях кыргыза [1. 37-40, 54-70 с.], о его этноязыковом портрете [1. 200-271 с.], эмоциях [1. 292-334 с.], традициях [1. 79-82 с.], языковом восприятии пространства и времени [1. 82-134, 134-167 с.], оптимистичной «философии жизни» [1. 40-54 с.]. Не обошла вниманием автор такие сегменты, как родственные узы [1. концепт «семья», 167-191 с.], кыргызская женщина [1. концепт «характеристика» С. 274, номинативные поля «внешность женщины» С. 283, «женщина в семье» С. 286], без которых трудно представить ментальную специфику народа. В этом смысле нельзя не согласиться с позицией автора о том, что если для европейцев семья заждется в режиме «муж, жена, дети», то для кочевых кыргызов такой институт представляет собой «целый клан», куда входит вся родственная «братия», включая детей с жёнами и чадами, старых родителей и т.п. В целом книга оставляет добротное впечатление с точки зрения семантико-когнитивного осмысления возможностей языка и народной мудрости. По идейному смыслу аналогична другая монография З. Дербишевой «Язык и этнос» (2017 г.), в которой пословицы и поговорки кыргызов, их словарный состав и лексико-фразеологический арсенал рассмотрены с лингвокогнитивных и лингвокультурных позиций. Также через язык в книге вырисовывается «вербализованный» портрет кыргызского народа с этнонациональным «видением» мироздания. В тексте также есть исторические сведения о кыргызах, об их ментальности [2. 5-18 с.]. К примеру, совершенно достоверны предположения автора о том, что этноним «кыргыз» первоначально обозначал род, затем – племенной союз, и только после этого сложилась современная кыргызская народность, которая оформилась на определенной территории «с экономической, языковой и культурной общностью» [2. 5 с.]. В своих изысканиях З. Дербишева соприкоснулась и с творчеством Ч. Айтматова. Так, в 2012 году вышла в свет книга «Вселенная Чингиза Айтматова», в которой на суд читателей был предложен сборник мудрых изречений (около 1000), интеллектуальных размышлений кыргызского классика, извлеченных из его полного (восьмитомного) собрания сочинений (2008 г.). Тем самым автор попыталась придать прозе Айтматова некую философичность, идейно-мировоззренческий тонус. Собрав мысли и размышления Ч. Айтматова, автор определила их как ментальные формулы, распределив по 22 категориям [3. 9-186 с.]. К наиболее важным категориям следует отнести такие, как человек, жизнь, душа, судьба, религия, мысль, власть, природа, истина. При этом некоторые категории одновременно являются и концептами – нравственность, дети, любовь, душа, зло, слово (подробно об этом мы беседовали с З. Дербишевой в нашей авторской интеллектуально-просветительской передаче «От Ромула до наших дней» на тему «Айтматов – задумавшийся скиф», см.: https://www.youtube.com/watch?v=O0mtjIn_HcI). Однако истинную ценность её работ мы видим в том, что наряду с позитивными формами осмысления характерна научно-критическая оценка «кыргызской тематики» в целом. Ибо известно, что в задачу учёного входит просветительская миссия через критический анализ и духовный подход (в традициях Сартра, Камю), позволяющие (пусть фрагментарно) зажечь у народа искру рассудка, исходя с позиций знаний. 

Возьмем, к примеру, вопрос веры, которая обретает в наши дни небывалое развитие в связи с резким увеличением количества верующих. Так, ссылаясь на народную мудрость, З. Дербишева приходит к выводу, что «… на превратности судьбы у кыргызов сформировалась психология фатализма. И даже в минуты тяжелых испытаний они бросаются не к богу, как это принято у многих мусульманских народов, а ищут успокоение в мыслях о предначертанности судьбы… И несмотря на давность внедрения ислама, кыргызы изначально не стали фанатичными последователями мусульманского учения. На протяжении многих столетий тенгрианские устремления сосуществуют с соблюдением мусульманских устоев. При этом в повседневном быту религиозные установки ислама среди кыргызов выполняются как внешние ритуализованные атрибуты жизни. Внутренняя свобода народа не скована жесткими религиозными канонами. Об этом свидетельствуют многочисленные примеры устного народного творчества кыргызов, в которых присутствует определенный скептицизм к некоторым устоям ислама. Он выражается в недоверии к мулле, в отношении к религиозному посту, к отправлению других обрядов» [1. 370-371 с.]. Также к наиболее значимым критическим оценкам З. Дербишевой необходимо отнести соображения о том, что «отрицательными чертами женского характера у кыргызов являются ее внутренняя распущенность, бурное проявление негативных эмоций, часто на публике, которая сопровождается ее несдержанностью в словах» [1. 386 с.]. 

Ещё одной критической частью творчества З. Дербишевой является её деятельность относительно развития кыргызского языка. Обращаясь ко всем тем, кто заинтересован развивать наш родной и любимый, замечательный и преимущественно образно-художественный кыргызский язык, приведём слова сведущего и профессионального лингвиста. Она пишет: «давайте задумаемся, как мы стали обращаться со своим языком, получив его в полное свое распоряжение. Если учесть, в каком состоянии он нам достался, то наш язык в то время был подобен ребенку с множеством проблем со здоровьем, которого надо было восстанавливать, развивать. А вместо этого мы стали заниматься прославлением языка, какими-то внешними атрибутами демонстрации языка. А также мы рьяно взялись за обучение некыргызского населения республики кыргызскому языку. А потому главные наши устремления были связаны с методикой обучения кыргызскому языку иноязычного контингента. Все это, несомненно, нужные действия. Но на тот момент они были не самыми главными. Они и на данный момент являются сопутствующими. Прежде чем обучать языку, его надо сначала «построить», нарастить его мощь, заняться формированием его внутренних ресурсов. То есть урон, нанесенный языку за время его забвения в течение 75 лет, нужно восполнять. И это прямая задача самих кыргызов, то есть нас с вами. Для того чтобы сделать язык полноценным, функционально мощным, его нужно активно заставить работать в сфере гуманитарных, естественно-научных, технических знаний. Мы должны его поднять до уровня языка постижения знаний в этих сферах интеллектуальной деятельности. Как этого можно добиться? Хочу сказать, что это будет непросто и нескоро. Подтверждением тому является то, что за время нашей независимости мы не смогли сделать государственный язык языком высшего образования (2013 год., см.: http://mnenie.akipress.org/unews/un_post:1759). Более того, оценив проблему развития родного языка, главный ключ в решении которой лежит именно в образовании, З. Дербишева предлагала механизм его рационального финансирования (финансовая поддержка авторов лучших вузовских учебников, курсов лекций на кыргызском языке, поощрение лучших лекторов по естественно-научным, техническим специальностям, ведущих занятия на кыргызском языке и т.д.). Но, судя по пассивному развитию кыргызского языка и поныне (к сожалению), эти соображения не были услышаны. И тут неизвестно, кто больше патриот?! Те, кто «с пеной у рта» сотрясают воздух, говоря о величии кыргызского языка, абсолютно ничего не делая ради этого, или те, кто говорит правду о нём, предлагая профессиональные формы его цивилизованной реализации в новое время? 

И здесь вспоминаются слова «грузинского Сократа», символа «живого» философствования Мераба Мамардашвили, произнесённые им совсем незадолго до своей смерти: «Я истину ставлю выше моей родины». И когда мы говорим о связи «творца и народа», «ученого и народа», в этих словах мыслителя из маленького грузинского городишка Гори (кстати, это также малая родина товарища Сталина) зиждется слишком много правды, если не вся! Конечно, З. Дербишева не относится к диссидентствующим учёным внутри кыргызской системы. Однако если учесть то обстоятельство, сколько же упорного труда, знаний, бессонных ночей понадобилось ей для получения огромной результативности в науке, то она по праву может именоваться как «настоящий лингвист», «подлинный ученый», «истинный профессор». В случае с З. Дербишевой это уже имя собственное,  лично ей принадлежащее, в отличие от когорты липовых ученых, которых, к прискорбию, хватает на наш век. Ибо она по тропе науки прошла (и проходит) как солнце, которое плавно и небрежно движется по небосклону своим ясным озарением, и к семидесяти годам по достоинству протащила свой «прометеев огонь» знаний во всех образовательных структурах, где ей пришлось работать.

З. Дербишева справа

Человечность. Интеллигентность. Честность.

«Да забирайте моё место в диссовете» (автор: З. Дербишева).

Эти ценности, которые в наши дни сильно опошлены и девальвированы, всегда гармонировали и адекватно сочетались в характере и поведенческой культуре Замиры Касымбековны, как её духовная, общечеловеческая и интеллектуальная ориентация. Это мы заметили сразу, когда она неожиданно появилась в нашей жизни в 1989 году. Сотни юношей и девушек сдавали документы в университет, который в то время был единственным в республике. В большом зале лабораторного корпуса университета им. 50-летия СССР мы увидели изысканно одетую женщину лет тридцати пяти со сладким голосом и безупречной русской речью. Олимпийское спокойствие, флегматическая сдержанность и абсолютная сосредоточенность на знании абитуриентов буквально исходили от неё во время собеседования. Июньское солнце ярко освещало аудиторию. С этим гармонично сочетался светлый лик этой женщины и светлое платье на ней. Только спустя множества лет мы осознали, что это и был «свет» её внутреннего мира и яркой индивидуальности, и именно поэтому весь символизм этого фрагмента остался в нашей памяти на всю сознательную жизнь. В тот момент мы не знали ни её имени, ни её регалий, ни её научных заслуг. Тогда мы даже не могли предположить, что «женщина в светлом» станет путеводной нитью нашей судьбы. Ведь именно в тот июньский знойный день мы попали в «орбиту» нашей общей ценностной стратегии, которая длится по сей день. Впоследствии нам придётся много раз убеждаться в её человеческих качествах – таких, как благородство, честность, добропорядочность, чистоплотность. Безусловно, многое, что нас связывает с ней, останется тайной, однако некоторые нюансы нам придётся всё же рассказать.

Во-первых, Замира Касымбековна была выборочна в контакте со студентами, поскольку на её уважение и внимание могли рассчитывать только те, кто хорошо занимались и полностью отдавались учёбе. Лодырей, бездельников, шалопутов и лоботрясов (таких было много), «бьющих баклуши» на факультете невест, она не любила и не уважала. Но если рассуждать по принципу «откровенность за откровенность», то существовала и обратная связь. Большинство из «студенческой братии» также её невзлюбили из-за принципиальности и честности, ведь им приходилось изрядно страдать по причине несдачи зачётов и экзаменов. Чтобы избавиться от задолженности и получить «кривую» от З. Дербишевой, им следовало знать материал хотя бы на «два с половиной». Это её принцип-минимум, и в то время было именно так, а не иначе. Отдельно следует отметить, что данное правило касалось и «золотой молодежи» или детей из элиты. На звонки «сверху» З. Дербишева реагировала крайне негативно, и желаемую отметку в зачетке «дети-мажоры» могли получить с большим трудом, а порой и не достичь искомой цели. Если данный эпизод сравнить с тем, что творится в современных вузах, то картина может действительно показаться странной, так как большинство нынешних преподавателей ничуть не гнушаются брать со студентов взятки и подарки. Более того, они этим живут без стыда и совести, не понимая, как они теряют свой высокий статус перед лицом подрастающего поколения. С З. Дербишевой нечто подобное не допускалось даже в мыслях. Поэтому в нашем сознании укоренились её невозмутимая строгость и требовательность, пунктуальность и хладнокровие во всем, которые для нас, наоборот, уживались с её отзывчивостью и утонченной природой. И в те далёкие годы юности мало кто из студентов понимал, как добра эта женщина в отношении тех, кто пришел на факультет «не случайно» и «не по блату», а по-настоящему учиться, получать знания, двигать науку вперед с полной готовностью грызть её гранит. Мы, конечно, могли исследовать в тандеме с З. Дербишевой проблемы аспектологии в лингвистике, но нас тянуло к широким обобщениям о разуме и бытие, что привело нас к философии, а не к тонкостям видов глаголов. Поэтому мы иногда искренне и серьезно говорим, что через её светлый образ филология была для нас «матерью», а философия – «мачехой», уж слишком много тяжёлых испытаний легло на нашу грешную голову из-за сделанного выбора. Во-вторых, свою принципиальность и честность, насколько нам известно, З. Дербишева демонстрировала не только в педагогической практике, но и непосредственно в научном поприще. Говоря иначе, если какие-то формы работы не подходили ей и не входили в её ценностный мир, то она способна была на весьма неожиданные поступки. Нам известно история, связанная с одним из диссертационных советов по филологии, который она возглавляла. Что греха таить, нынче во многих диссоветах царят самодовольное мещанство, невежественная обывательщина, циничное ханжество, узкокорыстное филистерство научного сообщества, устремленного к алчной наживе за счёт исследователей-соискателей (это известно всем). Во многих случаях подобный орган превращается в приманку для людей, которые намерены не столько открыть что-то новое в науке, а сколько глубже проникнуть в те тёмные уголки научного пространства, которые нуждаются в исследовательском освещении. От этого в первую очередь страдают честные и бескорыстные товарищи, поскольку стресс, близкий к инфаркту, неминуем. Однако более терпкие и стрессоустойчивые индивиды всё же выдерживают испытание, годами и десятилетиями ожидая свою защиту (без мзды), а вот невротические личности, остро реагирующие на неблагоприятные факторы своим беспокойством, и вовсе готовы отказаться от соискательства. Отсюда в современном Кыргызстане среди молодежи трудно найти ярких личностей, глубоких профессионалов, преданных науке. Большая часть по известным причинам – баловни и недоросли, фифы и пустые бамбуки, ищущие в науке своё неприкрытое тщеславие. Так вот, З. Дербишева, которой доверили играть главную скрипку на диссовете, как раз старалась выманивать тех, кто воистину рождён для науки, имел способности творить и созидать, мог посвятить свою судьбу научным познаниям. Но нашлись недоброжелатели из диссовета, которые подтягивали только «своих» (в основном у них в примате лозунг: «приводить в науку посредственность») из плутократического слоя, сливок общества, пресловутых кланов, политической верхушки, что не могло не привести к возражениям председателя. Начались закулисные и конспиративные интриги, каверзы, козни, шашни! В конечном итоге всё закончилось тем, что З. Дербишева встретилась с членами диссовета и с присущей ей прямотой заявила: «если вам нужно моё место, тогда забирайте его»! Стало быть, честность в наши дни возбраняется и осуждается?! Неужели кто-то считает, что это украшает нас?! Ведь после горького опыта З. Дербишева принципиально не участвует нынче в авантюрах, происходящих в так называемых «диссертационных советах».

Здесь на ум приходит пример, сказанный нам известным биологом, экологом и художником Э. Шукуровым, который особенно отличался своей принципиальной честностью и независимым характером, многовекторным талантом и невероятной способностью ко многим наукам. Однажды он получил «аудиенцию» у председателя диссовета по философским дисциплинам (в то время почти августейшая особа), и попросил разрешения на предмет получения допуска к защите своей докторской диссертации. Тот выразил согласие, если только Э. Шукуров напишет кляузу на одного из философов, который считался одним из самых авторитетных и толковых. Он выслушал, встал и молча ушел из кабинета, громко хлопнув дверью. К сожалению, таким вот простым способом ставится «крест» на истинных дарованиях. Хотя, если бы тогда Эмиля Жапаровича допустили к защите без всяких встречных предложений, от этого выиграла бы сама кыргызская философская наука. В этом нет сомнений, ведь в науке лучше бросить в землю одно зерно с «благодатным» сортом, которое даст обильное плодородие и богатую жатву, чем сажать много бесплодных сортов пшеницы.

Нарушение мужских стереотипов

Когда мы учились на втором курсе, нам с З. Дербишевой довелось вести на Кыргостелерадио передачу «Учимся говорить по-кыргызски», посвященную некыргызской аудитории по двадцать минут каждая (по радио). Разумеется, она готовила все выпуски. Почерк у неё – понятный и красивый, и текст соответственно читался легко и всегда был составлен грамотно, со знанием дела. Однажды после окончания очередной передачи она заторопилась, намекая на то, что ей необходимо сделать домашние дела и накормить детей. Эти слова она произносила с большой любовью, нежно и трогательно. Быть может оттого, что мы отштудировали незадолго до этого романы Ш. Бронте «Джейн Эйр» (непростая судьба женщины, преданной семье) и Ч. Диккенса «Домби и сын» (милосердный образ Флоранс) и находились под романтическим впечатлением от прекраснодушного нрава этих «аглицких» дам, но именно тогда мы в ней впервые открыли (для себя) образ добродетельной матери и жены, ответственной хозяйки семейного очага и благоверной владелицы домашнего уюта. Нам иногда приходилось (по учебным вопросам) посещать её дом, который всегда отличался чистотой, удобным интерьером, одухотворенной эстетикой и духом учёности, поскольку его заполняло большое количество книг. Нас не раз посещала мысль о том, как современная женщина, живя в патриархальном и традиционалистском обществе, каким является кыргызское, может сочетать функции матери, жены и человека науки? Осуществлялось это без всякого шаблона, трафаретного служения семье и тривиальной расхлябанности в деле, что, по правде говоря, не всегда характерно для женщины! И тут мы пришли к нескольким выводам. Во-первых, в нашей среде, где много консервативно-архаичных и патриархальных форм жизни и социокультурных иерархических устоев, для того, чтобы оставаться подлинной женщиной-учёным, недостаточно иметь только знания и компетентность. Надо обладать ещё сильным характером и неистовой волей. Без этого она не состоится как настоящий исследователь и познающий субъект. Во-вторых, общеизвестно, что науке присуще мужское доминирование, и для достойной конкуренции с сильным полом женщине приходиться гораздо труднее в психологическом и ментальном планах, поскольку основным устойчивым её архетипом в нашем обществе всё ещё остаются образы матери и домохозяйки, что сидит в голове у любого кыргыза. И чаще бывает так, что женщина выбирает природные свои функции, нежели соперничество с мужчинами относительно научных истин. И в-третьих, когда речь идёт о занятии женщиной научными проблемами, надо просто представить, что это неисполнение дешёвого пятиминутного музыкального номера «под фонеру» и не демонстрация на сцене выученного текста (таких псевдо «актрис и певиц» у нас много), а каждодневный адский труд, ежесуточная каторжная работа и ночи без сна под плачь любимого чада. Или как говорила наша соседка: человек, который занят наукой подобен искателю воды, роющему колодец одной маленькой иголкой (правда, в нашей стране это мало кто замечает). Так вот, благородство и ясный ум З. Дербишевой, её научные искания, упорная и завидная работоспособность, успешность в карьере и семье нарушают многие стереотипы в отношении невозможности сочетания женщины-учёного и хранительницы очага в одном лице. Перед её природной скромностью, честью, чувством такта, познавательным чутьём также отступают на задний план и подвергаются обструкции чисто мужские штампы, часто направленные на недооценку способностей слабого пола, сулящие и делегирующие женщине только номинальную роль в обществе. И всеобщее признание заслуг З. Дербишевой говорит само за себя. По её руководством только достойные становились кандидатами и докторами наук. Она – член Междунаро́дной ассоциа́ции преподава́телей ру́сского языка́ и литерату́ры, национальной комиссии по делам ЮНЕСКО и экспертных советов при Президенте и премьер-министре, отличник и заслуженный деятель образования Кыргызской Республики, обладатель медали «А. Пушкина» и т.д. К этому далеко неполному списку нужно добавить и поездки за рубеж, где Замира Касымбековна достойно представляла Кыргызстан и делала яркие доклады на симпозиумах и конгрессах в Австрии, Испании, Финляндии, Чехии, Китае, России (Москва, Санкт-Петербург), Казахстане.

P.S.

Учитывая 70-летие учёного-лингвиста и педагога, вспоминаются слова Людвига Фейербаха: «Любовь к науке – это любовь к правде, поэтому честность является основной добродетелью учёного». Эти слова следует адресовать именно таким редким женщинам-учёным, как З. Дербишева, чей талант удачно был в свое время брошен именно в благодатную почву кыргызско-русского и славянского языкознания. В другой ипостаси представить её также сложно, как если бы (для наглядности примера) математик С. Ковалевская была археологом или ветеринаром. Ибо роль лингвиста ей идёт во всем, начиная от знаний крупных языков до микроскопических форм фонем, морфем и аффиксов. Следовательно, судьба её удалась, поскольку наука и она идеальны друг для друга. И тут мы убеждены, что и впредь З. Дербишева будет «маяком» и «радаром» для подрастающего поколения, щедро ориентируя его не только на верный курс в науке, но и великодушно делясь огромным жизненным опытом. С юбилеем, Замира Касымбековна, и долгих лет вам жизни!

Султан Турсуналиев, доктор философских наук

Литература

Дербишева З.К. Кыргызский этнос в зеркале языка. Монография. – Бишкек, 2012. – 404 с.

Дербишева З.К. Язык и этнос. Монография. – Москва, ФЛИНТА: Наука, 2017. – 256 с.

Вселенная Чингиза Айтматова / сост. З. К. Дербишева. – Бишкек.: КТУ «Манас», 2012. – 192 с.

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции.
Как разместить свой материал во «Мнениях»? Очень просто
Добавить

Другие статьи автора

05-06-2022
Русский язык и кыргызский народ в контексте филогенеза
12365

10-06-2021
Айтматов о подрастающем поколении
4770

11-12-2020
Кинофильму А.Кончаловского «Первый учитель» — 55 лет!
8157

25-11-2020
Мифоэпическая культура кыргызов в контексте десакрализации и просвещения
5530

09-11-2020
Проблема институционального внедрения кыргызских эпических ценностей в систему образования
6391

27-01-2020
Чынгыз Айтматов: Мифический и реальный феномен прозы писателя
5384

Еще статьи

Комментарии
Комментарии будут опубликованы после проверки модератором
Для добавления комментария необходимо быть нашим подписчиком

×