Добавить свою статью
28 Декабря 2010
WikiLeaks. «Россия - бумажный тигр» / Хроника успеха и провала тайной дипломатии США на материале «киргизского досье»
«Мы бы хотели, чтобы вы нашли наилучшие пути для помощи оппозиции», - умоляла в 2009 году американское посольство Роза Отунбаева. Но в то время американские дипломаты уже сделали свою ставку, которая, как оказалось, была неверной. В апреле 2010 года в Киргизии произошли массовые беспорядки, в результате которых режим Курманбека Бакиева пал, а новым президентом стала как раз Роза Отунбаева.

Депеши американского посольства в Бишкеке и некоторые директивы Госдепартамента, которые «РР» получил от WikiLeaks, позволяют реконструировать методы и цели американской дипломатии в период с победы «тюльпановой революции» в марте 2005 года вплоть до событий, предшествующих падению режима Бакиева.

Дмитрий Великовский, Виталий Лейбин


2006. «Водка, сигареты, сотовые телефоны»

С начала 2006 года коалиция «тюльпановой революции» начала разрушаться, а Курманбек Бакиев – избавляться от союзников и вводить в администрацию своих людей. Роза Отунбаева, перешедшая в оппозицию, обвинила Бакиева, как докладывает в Госдеп американский посол в ноябре, в «полном развале правительства, создании напряжения в силовых структурах из-за наполнения их «кадрами с Юга» и провоцировании религиозного экстремизма из-за обращений к «братьям по вере», в том числе для помощи в контроле за протестующей улицей.

- У страны неправильный лидер, с марта 2005 года ничего на самом деле не изменилось. Как и при Акаеве, весь большой бизнес – водка, сигареты, сотовые телефоны - в руках Бакиева или его приближенных, - сетовала Отунбаева в разговоре с послом

Роза Отунбаева, как и все другие лидеры оппозиции, ведут на протяжении года активные консультации в американском посольстве, особенно перед протестами в мае и ноябре. Обсуждается всё, в том числе мелкие детали проведения акций, а не только их численность, время и цели.

«Посол спросил, как «За реформы» готовились к акциям протеста, и Отунбаева ответила, что они готовы к длительным акциям, купили тенты, файеры и пр.». Оппозиция, видимо, полагала, что американцы могут надавить на Бакиева, но целью посольства было удержание стабильности.

В ноябре посол резюмирует: «Критика Атанбаева, Текебаева и Отунбаевой в отношении Бакиева и его администрации ясна и детальна… Но они не могут ясно сказать, почему Бакиев, избранный только год назад, может уйти в результате протестов, и у них нет ни малейшей идеи, что именно они будут делать, если тот все-таки уйдет».

Зато в начале 2007 года уходит в отставку Феликс Кулов, и Бакиев получает полноту власти в администрации и правительстве.


2007 сентябрь. Максим Бакиев и «максимизация» бизнеса

В 2007 году посольство США в Киргизии, видимо, нащупывает хороший крючок для влияния на дела в стране. Депеша от 18 сентября поначалу выглядит как отчет о притеснении прав иностранных инвесторов. Тогдашний посол США в Киргизии Мария Йованович пишет о разговоре с 63-летним итальянским бизнесменом Жоржио Фиаккони, который 13 лет не без проблем работал в Киргизии, и вот сейчас его принудили продать Киргиз Кредит Банк сыну президента Максиму Бакиеву. Фиаккони, похоже, человек крепкий, владелец не только банка, но и ЦУМа, англоязычной газеты, ресторана, он уже сидел в тюрьме после «тюльпановой революции», но сумел выйти на свободу. Но интерес посла далеко не ограничивается этими драматическими событиями.

В поле зрения посла попадает связь латвийского бизнесмена Валерия Белоконя, и Максима Бакиева на почве бизнес-интересов в банковской сфере, в том числе и в отношении «приобретения» чужих активов. Белоконь как раз был обижен на действия Центробанка России, который отозвал лицензию Банка Ибериус по подозрению в отмывании денег. Банк работал с клиентами России, странах Балтии и Киргизии, и обеспечивал масштабные переводы в оффшоры. Именно ужесточения контроля за банковской сферой в России, по мнению посла, вынудила Белоконя сосредоточиться на киргизских активах. Проблемы в России и интересы в Киргизии сделали его особо интересной фигурой для посольства. Посол отмечает: пока старший Бакиев у власти, «политически слабому» Центральному Банку этой страны трудно противостоять финансовым интересам Белоконя под прикрытием Максима Бакиева.

Собеседник посольства Энди Льюис, комментируя «наезд» на Фиаккони, говорит: «Максим Бакиев достиг большего за три месяца, чем его предшественник за годы». Посол поясняет, что «предшественник» - это сын прошлого президента Киргизии Айдар Акаев, который тоже имел интересы в бизнесе, но все-таки не настолько обширные.

В заключение посол сообщает в Госдеп, что «Белоконь ранее пытался организовать для Максима Бакиева встречи в Вашингтоне». Встречи, как видно из дальнейшего, состоялись.


2007-2008: Досье на «идеального» премьер-министра

Курманбек Бакиев, чей клан утвердился во всех органах власти, начинает расставлять акценты внутри клана. Как сразу замечает посол, новый премьер-министр Игорь Чудинов – человек именно Максима.

«Представитель коммунистической номенклатуры и бизнесмен, Чудинов взлетел на руководящую позицию в киргизской национальной газовой компании в результате «тюльпановой революции» марта 2005 года, а впоследствии возглавил министерство промышленности, топлива и энергетики… В дополнении к бизнес-связям с семьей, Чудинов – идеальный премьер-министр для президента Бакиева. Он этнический русский, у него нет самостоятельной политической базы, и соответственно он не будет угрожать интересам семьи Бакиевых. Статус «внешнего» человека позволит ему пойти на повышение тарифов на газ и электричество, что в интересах семьи, которая планирует «приватизацию» активов в энергетическом секторе… Быстрое восхождение Чудинова породило множество спекуляций относительно его связей с семьей Бакиевых, особенно с младшим сыном президента Максимом. Имя Максима Бакиева ассоциируется с различными бизнесами в банковском и телекоммуникационном секторе Киргизии. Похоже, его интересы простираются и в киргизский энергетический сектор, который страдает от «технических потерь» и воровства.

 
Январь 2009: Русский поверенный и Татьяна Бакиева

Посол США в Киргизии описывает в депеше от 13 января интересный пример соперничества дипломатических служб. Речь идет вроде как о церковном мероприятии: благословении семи новых колоколов Церкви Рождества Богоматери в селе Ленинское, которое тем не менее имеет политическое звучание – событие масштаба страны для русского и православного населения. Главным гостем должна была стать жена президента Киргизии Татьяна Бакиева, русская по национальности. Причем посол замечает: «Появление Первой Леди было заметным, поскольку она редко выходит на публику и могла бы стать мотором для увеличения популярности правящей семьи. Событие, однако, была частично украдено русскими, которые предприняли корявые усилия для продвижения российских интересов».

Что же произошло? Эту историю посол узнает со слов русского предпринимателя Владимира Кирика, который давно работает в Киргизии и явился спонсором этого события. С одной стороны он говорит, что православная Церковь Киргизии настаивала на том, что это должно быть «простая церемония для верующих, без превращения ее в «про-бакиевское» политическое мероприятие». С этим Кирик был согласен, но в итоге получилось совсем не по плану. «Согласно Кирику, только Первая Леди должна была взойти на трибуну. Вместо этого русский поверенный в делах приехал раньше и самовольно взошел туда сам».

Это небольшой эпизод официальную атмосферу дипломатического сражения между Россией и США по поводу Киргизии и главное – американской военной базы «Манас», чье значение выросло после того, как Узбекистан попросил американских военных уйти. И это при том, что США нужен был центральноазиатский военный транзит в Афганистан, война в котором после прихода к власти Барака Обамы стала важнее Ирака.

 
Июнь 2009: «Мы получили приказ прямо от американского президента»

3 февраля Курманбек Бакиев обещает в Москве закрыть американскую базу и получает от России кредит в размере 1.7 миллиардов долларов. 19 февраля 2009 г. киргизский парламент проголосовал за закрытие базы. Но к лету становится ясно, что база остается, что Россия поняла даже не как нарушение договоренностей, а просто как криминальное «кидалово». Данная депеша относится к событиям, произошедшим за два дня до подписания американо-киргизского соглашения о «Центре транзитных перевозок» (переименованной базе «Манас»), и наглядно демонстрирует полукриминальную атмосферу, в которой принимались тогда в Киргизии политические решения.

«Политическая и бизнес-элита Кыргызстана собралась на берегу озера Иссык-Куль вечером 20 июня, чтобы отпраздновать открытие нового отеля «Витязь», принадлежащего Максиму Бакиеву, сыну президента, - пишет поверенный в делах посольства США Ли Литценбергер. - Сотрудник посольства был неожиданно включён в состав приглашённых на мероприятие среди примерно 200 других гостей после путешествия на Иссык-Куль c директором Государственного агентства по физической культуре и спорту Александром Войновым. Войнов сказал, что от него требовалось появиться на открытии отеля вместе с другими чиновниками в ранге министра, членами парламента и областными губернаторами. Войнов заявил, что ведущих бизнесменов «пригласили» купить входные билеты на мероприятие за 10-15 тысяч долларов, чтобы профинансировать открытие. Войнов прокомментировал, что «правительственные официальные лица и бизнесмены могли из принципа отказаться прийти, но тогда их работа и бизнес-интересы оказались бы в опасности».

Понятно, что посольский поверенный присматривается к всемогущему Максиму Бакиеву, который к этому времени нашел общий язык с влиятельными лицами в Вашингтоне, к чему и стремился, судя по прошлым депешам. Посольство в Бишкеке еще прямо не работало с Максимом, но уже готовится. Ли Литценбергер имеет вкус и литературный талант к описанию восточных нравов:

«Центром мероприятия был не отель, о котором почти все присутствующие говорили, что претенциозен и вульгарен, а Максим и его окружение. Максим прибыл в соседний аэропорт на частном самолёте, приехал в отель в большой автоколонне в сопровождении полиции и передвигался на вечеринке в окружении восьми телохранителей. Максим находился среди гостей со своей официальной женой Айжаной (широко известно, что у него есть любовница) с одной стороны и премьер-министром Игорем Чудиновым с другой. Ни Айжана, ни Чудинов, похоже, не были в восторге от такой роли. Многие бизнесмены, похоже, страстно желали выслужиться перед Максимом и ждали в нервном напряжении приезда человека, которого они называли «босс». Бизнесмены стояли навытяжку, когда Максим проходил рядом, но многие делали ехидные комментарии, как только он удалялся. Один бизнесмен спросил: «В какой стране мы живём, если все мы, включая беднягу Игоря (Чудинова) вынуждены вилять хвостом перед сыном только чтобы оставаться в бизнесе?»…Войнов прокомментировал, что Максиму действительно нужна усиленная охрана, учитывая то, что он отнял бизнес у многих людей в стране».

И, конечно, поверенный в делах присматривается к российскому послу и к той реакции, которая имеет союз США с Бакиевыми по поводу базы «Манас». Россия в курсе договоренностей, посол не удивлен, но очевидно зол:

«Российский посол Власов легко вписался в среду киргизской политической и бизнес-элиты, рассказывая истории, задавая вопросы, выпивая водку и танцуя под поп-музыку. Многие гости вели себя с ним как с хорошим другом. Один из членов киргизского парламента подбежал к Власову со словами: «Мы получили приказ прямо от американского президента. Все так и будет (авиабаза «Манас» останется открытой), но ты должен знать, что это всё из-за денег. Мы пока ничего не можем сделать». Власов не выглядел удивлённым, но ответил резко: «Я знаю, что дело в деньгах, но мне нужны все детали про деньги».


13 июля 2009: Окончательный поворот США к Максиму

Первая встреча представителей американского посольства с Максимом Бакиевым прошла за 10 дней до президентских выборов. 13 июля мы можем считать датой, когда США приняли окончательное решение по поводу теперь уже и официальной поддержки действующего режима. Накануне этой встречи состоялся, как отмечается в депеше, «очень успешный» визит заместителя госсекретаря США Уильяма Бернса в Бишкек – стороны окончательно договорились о режиме использования американской войной базы в Манасе.

«[Министр иностранных дел Киргизии] Сарбаев позвонил поверенному, чтобы пригласить его на ужин тем же вечером. Он дал понять, что к ним присоединится «третья сторона», и, говоря обиняками, донёс сообщение, что этой стороной будет Максим. «Мы отметим, будут сигары и виски», — добавил он».

Встреча была обставлена с такой секретностью и таинственностью, как будто встречались заговорщики или шпионы: «Перед тем, как сесть за стол, Максим и Сарбаев выключили свои мобильные телефоны (последний также вытащил аккумулятор и SIM-карту, заметив, что для него обычная практика.)»

Наблюдательный поверенный сразу понимает, кто за столом главный: «Сарбаев вёл себя с Максимом чрезвычайно почтительно, равно как и официанты. Суши на ужин были сервированы на отдельной тарелке для Максима и на общем блюде для министра и поверенного. Когда принесли тарелки, Максим выглядел недовольным и сказал: «Можно было принести одно блюдо для всех». В какой-то момент Максим предложил поверенному огня, чтобы прикурить сигару, и у Сарбаева чуть глаза на лоб не вылезли, когда он увидел, что Максим потянулся к поверенному с этим жестом».

Из этой депеши видно, что ставка на Максима была сделана в Вашингтоне, а не посольством на месте, а посольский поверенный просто начинает выполнять новый курс Госдепартамента: «После обмена любезностями поверенный поблагодарил Максима за поддержку новых договорённостей о Транзитном центре. Сарбаев быстро вмешался: «Я рассказал ему о вашей роли». Максим заявил, что через американских «друзей» в Вашингтоне он договорился об основных постулатах нового соглашения («имя сменить, операцию оставить») ещё до апрельского приезда американской переговорной команды. В какой-то момент, сказал Максим, когда американская сторона сопротивлялась предложению киргизов заменить все отсылки к «военному персоналу» термином «Отдел защитного персонала», Максим звонил «друзьям» в Вашингтоне, чтобы уладить проблему. Максим заявил, что Вашингтон проинструктировал свою переговорную команду, велев принять киргизское предложение».

Что касается самого Максима Бакиева, то он ведет себя с американцами так, как будто точно знает, что антироссийская бравада им нравится, и в этом смысле работает над созданием доверительных отношений. «Максим, явно польщённый своей ролью в том, что удалось перехитрить Москву, рассказал поверенному анекдот. Сидят Путин и Медведев. Медведев говорит: «Володя, что эти киргизы с нами сделали!» Путин отвечает: «Я знаю, Дима, я знаю, поверить невозможно! Но я об этом подумал, и у меня есть идея. Почему бы нам не назвать нашу военно-морскую базу в Севастополе аквапарком?"

Но Максим пытается создать «доверительные отношения», манипулирует собеседниками настолько грубо, что Ли Литценбергер понимает цену ему как человеку и трезво оценивает его браваду: «Максим сказал, что делал бизнес в России, но два года назад, увидев, какие русские двуличные и грубые, свернул все свои операции там». Но за этим следует комментарий поверенного: «Лидеры оппозиции утверждают, что тогдашний президент Путин пожаловался напрямую Курманбеку Бакиеву на далеко не благородные делишки Максима в России и сказал президенту, что его сыну в России больше не рады».

Однако посольство в Киргизии уже понимает генеральную линию, в том духе, что Максим – сукин сын, но зато наш сукин сын: «В последнее время у посольства не было контактов с Максимом в связи с его неофициальным статусом и широко распространёнными слухами о его сомнительных попытках получить финансовый контроль над многими секторами бизнеса. Как бы то ни было, после соглашения по новому Центру транзитных перевозок благосклонная позиция Максима относительно США может принести пользу нашим интересам».

Сын президента, монопольный владелец многих крупных бизнесов в Киргизии, нуждающийся в легитимации своих капиталов на западе, да еще и с явными бизнес-проблемами в России – идеальный объект для вербовки.


25 июля 2009: «Строить больше полей для гольфа»

23 июля 2009 года в Кыргызстане были проведены президентские выборы. Курманбек Бакиев получил около 90% голосов избирателей при явке в 80%. Такие впечатляющие результаты возможны только в ситуации полного отсутствия конкуренции и абсолютно авторитарной власти. В данном случае, вероятно, результат был продуктом фальсификаций, а не мощной поддержки авторитарного лидера, поскольку президент, имеющий якобы «всенародную» поддержку, меньше, чем через год вынужден будет бежать из страны в результате массового недовольства и беспорядков.

Через два дня после эти «демократических выборов» посол США в Киргизии Татьяна Гфеллер завтракает с «предвыборной командой», как она это называет, включающей Максима Бакиева и Кадырбека Сарбаева. Посол Гфеллер то ли не имеет столь выдающихся литературных талантов, как поверенный Ли Литценбергер, то ли чувствует, что уже не время описывать дикие нравы семьи Бакиева, и ограничивается формальной записью бесед:

«Максим сказал послу, что ЦИК получила совет не засчитывать любые сомнительные протоколы… Он сказал, что если наблюдатели не подписали протокол, или есть споры об их количестве, ЦИК отбросит такие протоколы. Однако, делает вывод Максим, «не имеет значения, получит ли [его папа] 55% или 85% голосов, президент Бакиев переизбран».

Посла не интересует, в качестве кого Максим дает советы ЦИК, не высказывает беспокойства по поводу демократических процедур, ее интересуют будущие «реформы» своих союзников. Но «реформы», как и демократия, одна из стандартных тем американской дипломатии, в данном случае получает скорее комическое развитие:

«И Максим, и министр иностранных дел интересуются китайской моделью экономических реформ, и ищут пути импорта китайских экономических условий в Кыргыстан», - пишет посол. Но дальше за этими банальными благими пожеланиями следуют и вообще «гениальные» рецепты от Максима: «Может быть, предложил он, строительство большего количества полей для гольфа привлечет больше иностранных бизнесменов». То есть в страну, где крупный бизнес постоянно «экспроприируется» в пользу правящей семьи, в том числе, как мы видели ранее, и иностранный, бизнес придет поиграть в гольф.

Несмотря на все эти несуразицы посол делает вывод: «Максим часто рассматривается как лидер вроде бы прозападного лагеря в президентской семье, и он, согласно близким источникам, находится в конкуренции за внимание отца с пророссийской, анти-реформистской партией, возглавляемой его дядей Жанышем». То есть, свой человек, и даже сторонник реформ.


27 июля 2009: Американская речь для киргизского президента


«Госдепартамент предписывает посольству доставить тезисы, описанные в параграфах 2-10 правительству Киргизской Республики во вторник 28 июля и отчитаться о доставке в тот же день», - так начинается удивительный документ, который трудно интерпретировать как либо иначе, кроме как руководство к действию и шпаргалка для публичных выступлений, написанная в Вашингтоне специально для киргизского руководства,. Повод – так называемо «дело Хатфилда», дело об убийстве гражданина Киргизии, водителя грузовика Александра Иванова на пропускном пункте авиабазы «Манас» в декабре 2006 года.

С этого дела в 2006 году и начался процесс попыток пересмотра Киргизией договора об авиабазе «Манас», удаления из договора пункта о неподсудности американских военных местным властям, об увеличении платы за аренду и, наконец, о ликвидации базы. Этот процесс был собственно и остановлен на завершающей стадии союзом США с семьей Бакиевых, вернее с той ее частью, которую возглавлял Максим.

В июле 2009 года подписан договор о продлении пребывания базы (под именем «Транзитный центр»), и только что прошли президентские выборы. Курманбек Бакиев должен был благодарен США за признание его власти, не болтать лишнего и правильно отреагировать на прекращение разбирательства против старшего пилота Захарии Хатфилда, который застрелил водителя Иванова, вроде бы из-за того, что обнаружил при нем ножик.

Дело закрыто, и теперь правительство Киргизии должно помалкивать, а в случае чего давать правильные ответы, которые расписаны в директиве Госдепа с пометками «если спросят», «если будут настаивать», «если будут настаивать дальше».

 
Октябрь 2009: «Наши усилия в поддержку оппозиции не будут иметь результата»

С начала 2009 года и особенно после президентских выборов депеши содержат натуральные мольбы со стороны оппозиции о помощи. Помощи даже не в их претензиях на участие во власти, а просто в обеспечении физической безопасности: «Роза Отунбаева, бывший министр иностранных дел, а ныне член парламента от социал-демократической партии на встрече с поверенным выступила с критикой США и ОБСЕ и других западных стран за то, что они отреагировали молчанием на фальсификацию выборов… Роза Отунбаева рассказывает, что сломлена, расколота и в целом подавлена, многие лидеры в тюрьме или под следствием. Лидер Партии зеленых Эркин Булекбаев за решеткой с апреля. Бывший министр иностранных дел Аликбек Жекшенкулов ушел из политики после того, как шесть месяцев провел в тюрьме. Лидер парламентской фракции социал-демократов Бакыт Бешимов, как многие утверждают, сбежал в США, а депутат от социал-демократов, чей иммунитет был только что снят парламентом, скрывается»

И как же на эту картину репрессий реагирует посольство США, развитие демократии и реформы для которого всегда были главной темой для разговоров? Посол прямо сообщает в депеше, что ничего сделать нельзя: «Мы продолжим обсуждать обращение с оппозицией на непубличных встречах с правительством, но маловероятно, что наши усилия будут иметь значительный эффект в среднесрочной перспективе».

Заметим, что США на этот момент имеют в руках все инструменты манипулирования режимом Бакиева, и включают их, когда действительно этого хотят, как было продемонстрировано в случае с базой или «делом Хатфилда». Но в данном случае видно, что им выгоднее укрепить связи с семьей Бакиева, а не испытывать их по «незначительным» поводам.

 
Ноябрь 2009: «Дергать российского тигра за хвост»

Наконец-то Максим Бакиев стал официальным лицом, с которым удобно общаться посольству. Он возглавил Центральное агентство по развитию инвестиций и инноваций ЦАРИИ (так сказать, «приватизационное» агентство, которое было создано специально под Максима и должно было заведовать различными «полями для гольфа»: телекомом и энергетикой). Причем отношения начинают развиваться, Максим предлагает США создать новый военный «тренировочный центр» в Баткене, что на юге страны, то есть фактически вторую военную базу: «Бакиев сделал акцент на том, что этот центр должен сохранять «интернациональный» характер, намекая на то, что соседи Киргизии, включая Узбекистан, могут выступить против создания тренировочного центра вблизи узбекской границы»

Но тут посол Татьяна Гфеллер задала отличный вопрос о том, понимает ли Максим, что «дергает российского тигра за хвост», выступая с такой инициативой. В ответ тот рассмеялся: «Может быть, этот тигр окажется бумажным в конце концов».

В это время очевидно, как далеко зашел Максим Бакиев, считая что его прикроют «американские друзья» в Вашингтоне. С поверенным посольства он даже пытается предотвратить контроль американцев за создаваемым ими же 20-миллионным Фондом экономического развития. Причем, вместо американцев Максим требует назначить менеджеров, которые за несколько месяцев до этого «освоили» часть российского кредита, полученную в обмен на закрытие базы «Манас»:

«Посольство получило 18 ноября обширные письменные комментарии от аппарата Максима Бакиева на меморандум о создании Фонда экономического развития (ФЭР). В комментариях предлагается убрать USAID (Агентство международного развития США) и его партнеров из руководства Фонда, и заместить их менеджментом Фонда развития Киргизской Республики, который был учрежден правительством доя управления российским кредитом в 300 млн долларов в начале этого года».

Предложение слишком похожее на коррупционное, так что посольство запросило встречу у Максима Бакиева, на котором он настаивал на том, чтобы решение по деньгам фонда принимали не американцы. На той же встрече с поверенным Максим рассказал о своих грандиозных планах, например, он называл себя «неолибералом» и обещал «приватизировать все». А так же Максим пытался соблазнить США тем, что однажды они смогут сохранить свой транзитный центр навсегда и даже превратить его в полноценную военную базу.

Депеша заканчивается, впрочем, не выводом о том, что Максим совсем съехал с катушек, но скорее комплиментарным комментарием: «Ясно, что Бакиев имеет влияние и доступ к многим в правительстве. Пока мы будем культивировать отношения с ним аккуратно, эти отношения, скорее всего, принесут существенные дивиденды американскому правительству».

 
Ноябрь-декабрь 2009: шпионский скандал

Дивиденды действительно были. Пример «хорошего сотрудничества» случился уже в ноябре, причем в тот же день, когда шел разговор о Фонде, и о том, кто именно будет распределять деньги. Американцев беспокоил потенциальный скандал и судьба двух киргизских работников посольства США в Бишкеке, которые были задержаны с поличным при передаче киргизских секретов сотруднику посольства США. Конечно, скандал замяли по требованию посольства – вмешательства Максима и не понадобилось. Но в какой-то момент разговора Максим поинтересовался о деле и о том, чем он может быть полезен. Поверенный в делах пишет: «Мы сказали, что дело еще не полностью разрешено, что нам нужен документ от правительства… формально утверждающий, что уголовное дело против наших сотрудников навсегда прекращено. Бакиев ясно понял наши пожелания и пообещал, что он «поработает с министром иностранных дел, чтобы помочь ему подготовить соответствующий документ».

Вообще этот шпионский эпизод показывает насколько близкими стали отношения США и Киргизии в тот момент, такие дела даже между союзниками заканчиваются подчас скандалами и симметричными высылками дипломатов. В данном случае эпизод даже не просочился в прессу. То есть одна утечка была – сайт segodnia.ru опубликовал часть подробностей (посол даже замечает, что сумел правильно назвать даже имя одного из «шпионов» «Эмиль Чодронов, бывший сотрудник МВД республики, работающий уже несколько лет в службе безопасности посольства США в Бишкеке»). Это утечка очень взволновала американских дипломатов – стало ясно, что далеко не все сотрудники службы безопасности Киргизии готовы работать под диктовку США, и что, по крайней мере, Москва знает подробности инцидента.

 
Декабрь 2009: «Отунбаева не вызывает доверия»

Посол Татьяна Гфеллер продолжает встречаться не только с Максимом Бакиевым и официальными лицами, но и с оппозицией. Правда, ее лидеры, в том числе и нынешний президент Киргизии Роза Отунбаева, в начале 2009 года выглядели в посольских депешах просто как неудачники и даже как пустословы. Причем в самой беседе поводов для такого презрения, вроде бы, и нет. Отунбаева просто и толково излагает свой взгляд на опасную консолидацию власти в руках Бакиевых и усиление Максима:

«Отунбаева считает, что реформы были движением по консолидации власти в руки президента, и уверена в том, что планируется впоследствии мягкая передача власти кому-то из семьи. Когда посол спросила, кто из семьи Бакиевых может стать преемником, Отунбаева сначала задумалась. Потом ответила, что до последнего времени и сын Максим, и брат президента Жаныш Бакиевы были кандидатами. Далее, как она пояснила, Жаныш проталкивал на должность премьера Данияра Усенова. Из того, что этого не случилось, Отунбаева выводит, что Жаныш больше не является преемником».

Точный вывод сделанный при недостатке информации полностью совпадает с картиной, которую американские дипломаты получали из первых рук. Но в качестве вывода посол пишет: «Как и большая часть политической оппозиции, Отунбаева подавлена и смотрит на события как бы со стороны. Мы в очень малой степени доверяем ее информации, и еще меньше ее анализу».

Удивительно как, казалось бы, искренне американские дипломаты делают свои выводы в полном противоречии с фактами, но зато в соответствии с «линией партии», со ставкой на Максима. Интересно, как президент Роза Отунбаева отреагирует на публикации Wikileaks сумеет ли она все простить – и циничную связь с Бакиевыми, и предательство, и презрение к ней лично.


2010: Мы сейчас уверены, что этот баланс – позитивен

В начале 2010 года посольство США взволновано не судьбой оппозиции и возможным недовольством элит и народа Бакаевыми, а продолжением и углублением тесных связей с режимом. 1 февраля 2010 посол Татьяна Гфеллер пишет рекомендации в Вашингтон: киргизам требуются знаки, которые покажут, что Америка в стране всерьез и надолго, что они не бросят Киргизию, сколько бы Барак Обама не говорил о сворачивании операций в Афганистане:

«Хотя мы и смогли развеять утверждения о том, что политика США в Афганистане означает, будто бы мы покинем эту страну после 2011 года, наши киргизские собеседники опасаются, что в следующие несколько лет Транзитный центр будет больше не нужен, и мы исчезнем. Мы уверены, что русские, потерпевшие поражение в прошлом году (сохранение американской базы, попусту потраченный кредит, президентские выборы, и американский роман с Максимом – РР), продавливают новые тезисы, призванные убедить Киргизию, что США – ненадежный партнер и скоро покинет республику».

Но несмотря на такую обеспокоенность, посол, конечно, считает, что все идет хорошо: «Наши многочисленные встречи с министром иностранных дел Кадырбеком Сарбаевым, директором Центрального агентства развития (и сыном президента Кыргызстана) Максимом Бакиевым, другими официальными лицами Киргизской Республики в последние недели оставили нас со стойким ощущением, что мы проходим «испытательный период» в Кыргызстане. Киргизы сделали важный шаг от своего ближайшего международного партнера, России, и шаг в нашу сторону, согласившись на Транзитный Центр в прошлом году. Прямо сейчас они создают баланс, включающий это решение. Мы сейчас уверены, что этот баланс – позитивен».

 
Революция

Через три месяца 7 апреля 2010 года разразился бунт. И мало кто стал защищать режим семьи Бакиевых.

— Когда утром поступила информация, что народ разоружил целый автобус со спецназом и двинулся к Белому дому, стало понятно, что дело серьезное, - рассказывал нашему корреспонденту сотрудник милиции Джанибек.

— Что же у вас за спецназ такой, что оружие отдает?

— Ну, наверное, не очень-то они за это оружие держались, — уклончиво отвечает Джанибек. — Так вот, перебросили нас в усиление, мы оцепили Белый дом: спереди выстроились те, что со щитами и в касках — они и пошли на толпу. Но их стали закидывать камнями, и было решено отступить. Мы все укрылись внутри Дома правительства. Когда толпа совсем озверела, я позвонил своим родственникам, чтобы они принесли мне пакет с гражданской одеждой. Они перекинули его через забор позади здания, я быстро переоделся и убежал живой и невредимый. Очень многие так поступили: сзади протестующих было немного — там даже машины выезжать умудрялись.

— А как же приказ?

— Ну, жизнь-то дороже. К тому же мы безоружные, у меня одна дубинка была — что бы я ей сделал?

— А тех, кто уходил, командиры остановить не пытались?

— Командиры и сами уходили… Кто-то из соображений безопасности, кто-то из-за политических взглядов.

Несмотря на сопротивление,оставшихся защитников и снайперов на крыше здания, Белый дом был взят толпой, Генпрокуратура сожжена, парламент разграблен. По официальным данным, погибли 79 человек, около полутора тысяч были ранены.


---------------------------------------------------------

Документы

2006


NUMBERS, MODESTPLANS ------------------------------------- 2. (SBU) Opposition leaders in recent days have stated publicly their intention to bring up to 45,000 demonstrators onto Bishkek's main square (Ala-Too Square) on May 27 in support of opposition demands. Although these numbers are certainly exaggerated, opposition leader and former Speaker of Parliament Omurbek Tekebayev told the Ambassador that the opposition hopes to bring out "one and half times" as many people as appeared on the square on April 29 (NOTE: According to Embassy and press estimates, between 6,000-8,000 opposition protesters demonstrated on April 29. The opposition claimed "no less than 20,000, while official Kyrgyz government estimates put the number at 15,000-17,000. END NOTE). 3. (C) Nevertheless, opposition leaders in recent days have backed away from some of their more inflammatory demands. Tekebayev told the press on May 22 that they will not demand Bakiyev's resignation, as Tekebayev had earlier vowed. Tekebayev also told the Ambassador that there will be no more demonstrations following this one until the fall, because "we can't just keep gathering and doing nothing if there are no results." Opposition leader and Parliamentarian Kubatbek Baibolov expressed the same sentiments, telling the Ambassador that he would support the demonstration only reluctantly, because the demonstrations were having no effect on President Bakiyev. Baibolov, Tekebayev and other opposition leaders have notably not made the dire predictions of bloodshed that Post heard frequently in the weeks and days leading up to April 29. 4. (C) Opposition leader Almaz Atambayev told PolOff that the opposition would not initiate any kind of violence on May 27, and would not storm the White House. Reverting back to his usual bluster, however, Atambayev said that if the government provokes a violent clash with the opposition, "we won't be able to hold our people back, and President Bakiyev won't be president anymore after May 27." BUT POTENTIAL FOR TROUBLE REMAINS --------------------------------- 5. (C) However, the government nevertheless seems intent on spoiling opposition plans. On May 22, the Defense Minister - taking a tried-and-true tactic from the Akayev playbook - announced that the Ministry of Defense would celebrate Armed Forces and Border Guards Day with a concert and ballroom dancing contest on Ala-Too Square on May 27 (despite the fact BISHKEK 00000766 002 OF 003 that Armed Forces and Border Guards Day is on May 28). The Minister claimed that the event had been in the works for months, and said the opposition would have to hold its demonstration elsewhere. 6. (SBU) On May 23, civil society leader and protest organizer Asiya Sassykbayeva told PolOff that the opposition had decided to forge ahead with its plans to demonstrate on Ala-Too Square, regardless of the government-sponsored concert. She said organizers had agreed late on May 22 (following the MOD announcement) that the protest will begin at 1100 on May 27, and if the concert is not finished by then, demonstrators "will stand by and watch the concert, then begin the protest when the concert ends." Atambayev later outlined to PolOff essentially the same plans. Sassykbayeva dismissed concerns over a potential clash between demonstrators and police forces trying to prevent them from reaching the square, claiming that the opposition and MVD "will work everything out in advance, just like we did for April 29." Head of the opposition Ar-Namys party Emil Aliyev outlined the same scenario, and said the opposition would "under no circumstances" back away from plans to hold the demonstration on Ala-Too square. However, Aliyev also said he was unconcerned over the potential for violence. 7. (C) But even before the Defense Minister announced plans to hold the concert on May 27, some in the government appeared worried about the potential for violence on May 27. The Interior Minister approached the RSO at a funeral on May 19 and asked the Embassy to approach the opposition and call for restraint on May 27. The RSO told the Minister that it was standard Embassy policy to always urge restraint on both sides. However, when the RSO called mid-level MVD contacts to inquire about plans for May 27, MVD officials were unaware of MOD plans to hold a concert on the square on May 27, despite the fact the MOD announcement was clearly meant to draw a line in the sand for the opposition. 8. (C) Nevertheless, during a chance encounter with the Ambassador on the steps of the White House on May 23, Sutalinov said he would begin talks with opposition leaders on May 24 in an effort to ensure a peaceful May 27. He said the MOD concert would end by 1100, at which time demonstrators would take to the square. Sutalinov was unconcerned about the possibility of a clash between police forces and demonstrators, but said he couldn't rule out the possibility of an extremist group such as the Islamic Movement of Uzbekistan (IMU) disrupting the demonstration in order to cause instability in the country. Sutalinov said police had recently arrested a deputy imam in Jalalabad Oblast for possession of explosives, and cited this as the basis for his concern about extremists. 9. (C) COMMENT: There is no question that tensions in Bishkek are markedly lower than during the run-up to the April 29 demonstration, with neither side making the kinds of dire predictions that we heard frequently in the weeks before April 29. Nevertheless, neither the government nor the opposition appear willing at this point to back away from their plans to be present at the square on May 27, increasing the likelihood of some kind of showdown in the days before or on May 27. It's unfortunate that the government chose this path ) the Defense Minister's claim that the Armed Forces Day celebration had been in the works for month was a lie no one in Bishkek believes. Scheduling concerts, children's events and the like at the same time as opposition events is an old Akayev trick. Fortunately, the Interior Minister and his First Deputy are trusted by the opposition, and seem genuinely interested in avoiding any kind of violence on May 27. The Interior Minister's statement that he will meet with the opposition regarding the sequence of events on May 27 is also reassuring. As they have so many times in the past, the Kyrgyz will likely salvage a peaceful conclusion from a BISHKEK 00000766 003 OF 003 potentially conflict-ridden situation, although there are likely to be some tense moments in the coming days. YOVANOVITCH


Tekebayev added that law had lost its meaning under Bakiyev. Atambayev said that merely changing presidents would not be enough; the opposition, therefore, wanted a new constitution that would protect from authoritarian rule. Planning for November 2 ----------------------- 4. (C) Atambayev said that the opposition had decided to go forward with the mass protest on November 2 because no one BISHKEK 00001517 002.2 OF 003 trusted Bakiyev's written or spoken pledges. The protest was a "last chance" for the country that would force Bakiyev either to reform or to resign. If the opposition delayed action until the spring, Atambayev feared that the government would use the time to put the opposition leaders "behind bars, one by one." 5. (C) Asked what would happen on November 2, Atambayev acknowledged that there could be bloodshed. He claimed that Bakiyev's son, Maxim, had delivered threats to MPs from the south, and that Janesh Bakiyev had opened an office in Bishkek to direct the MVD and SNB in using force against the rally. Atambayev also predicted, however, that a large number of law enforcement personnel would join the protesters in demanding that the government resign. DAS Feigenbaum registered his concerns that there be no violence at the protest, and that protest and response be conducted legally and constitutionally. 6. (C) DAS Feigenbaum asked why the opposition expected Bakiyev to resign in the face of a protest, and Atambayev replied that it was clear that Bakiyev would have to reform or resign. Atambayev said he had spoken to the President's Chief of Staff Abdyldayev, and there was still some chance of compromise. Atambayev claimed Bakiyev had said that he would agree to constitutional reform, as long as Kulov were not Prime Minister, and he added that Kulov hoped for reform without Bakiyev as President. But if Bakiyev refused to accede to the opposition's demands, then he would "have" to resign, because he had lost support throughout the country. Atambayev added that Prime Minister Kulov would also have to resign, having "missed his time," unless he took "extraordinary steps" within the week. And Then What? -------------- 7. (C) Atambayev said that once Bakiyev and Kulov were driven from power, the parliament would adopt within a few days a new constitution based on the June 2005 draft. DAS Feigenbaum asked whether there was a difference between the current impasse and the March 2005 protests that drove an elected president from office by extra-constitutional means, and Atambayev said that putting Bakiyev in power had been a mistake. Tekebayev said that, unfortunately, they would have to violate the constitution a second time to save the country, but this time they would not make the mistake of waiting to enact reforms. DAS Feigenbaum said that who runs the country and what type of constitution are matters for the Kyrgyz to decide, but we were concerned that any process be lawful, open, transparent, non-violent, and accepted by the Kyrgyz people. Otunbayeva: Nothing Has Changed -------------------------------- 8. (C) In an October 18 meeting, former Ambassador to the United States and "For Reforms" supporter Roza Otunbayeva told DAS Feigenbaum and the Ambassador that November 2 would be the "second part" of Kyrgyzstan's revolution. The country got the "wrong leader" in March 2005, and nothing changed. As with Akayev, all of the big industries -- vodka, cigarettes, cell phones -- were in Bakiyev's hands or the hands of his close associates. Bakiyev had no interest in changing the constitution, she said, because he liked "Akayev's mandate." If certain reforms were undertaken -- transferring the SNB, tax, and customs from the President to the government; calling back Bakiyev's brothers from diplomatic service; finishing the Aksy investigation; and properly sending a draft constitution to Parliament -- then there would be no need for the November 2 protest. But there was no sign of compromise from the President, just the offer of jobs to buy off the opposition's leadership. BISHKEK 00001517 003.2 OF 003 9. (C) Asked why she had decided to support "For Reforms," Otunbayeva said she realized that "there was no other way." Otunbayeva accused Bakiyev of completely mismanaging the government, creating tensions in the law enforcement agencies by filling the high jobs with the "southern cadres," and provoking religious fundamentalism by addressing "our believers" with guns. Otunbayeva added that there was a "poor design" of presidential power, as Bakiyev had poor relations with Prime Minister Kulov, State Secretary Madumarov, and Chief of Staff Abdyldayev. In any event, the opposition had to act, because the people blamed them for bringing Bakiyev to power ("It was Beknazarov's fault," she said), and she would use her constitutional right to "go to the street and protest." November 2 would be the "second stage" of the revolution. 10. (C) DAS Feigenbaum asked how broad was For Reforms' following, and Otunbayeva replied that movement included few or no ethnic Russians, and she raised concerns that southerners might resent the push to remove Bakiyev -- the first southerner to lead Kyrgyzstan. The Ambassador asked how long For Reforms was prepared to carry on the protest, and Otunbayeva said they were committed to stay, that they had bought tents, flashlights, and other supplies, and that they were working on the scenario for round-the-clock protests. Otunbayeva said that whether the event would be peaceful depended on the government, and there were troubling signs: the head of the state railroad was preparing detention facilities, and pro-government employees from the electric company were being organized. Otunbayeva also worried that some groups might use the protest to settle other scores, such as Chui Oblast residents going against "squatters" from the south. Again, DAS Feigenbaum stressed that any protest be lawful, constitutional, and non-violent. COMMENT ------- 11. (C) Atambayev, Tekebayev, and Otunbayeva were very clear as they detailed their criticisms of President Bakiyev and his administration, and as they made the case for urgent reforms. They could not explain as clearly why Bakiyev, having been elected last year, would resign in the face of the opposition's protests, and they had little idea what they would do if he did. The talk of possible violence was disturbing, and we will continue to urge government and opposition interlocutors that both sides act with restraint, and that any protest action be lawful and non-violent. END COMMENT. YOVANOVITCH


2007

C O N F I D E N T I A L SECTION 01 OF 03 BISHKEK 001155 SIPDIS SIPDIS DEPT FOR SCA/CEN (GEHRENBECK) TREASURY FOR JEFF BAKER E.O. 12958: DECL: 09/18/2017 TAGS: EFIN, PGOV, KCOR, ECON, EINV, PINR, KG SUBJECT: "MAXIMIZING" BUSINESS IN THE KYRGYZ REPUBLIC BISHKEK 00001155 001.2 OF 003 Classified By: Ambassador Marie Yovanovitch for Reasons 1.4 (b) and (d) 1. (C) Summary: A prominent ex-pat businessman, Giorgio Fiacconi, has reportedly been forced to sell his Kyrgyz Credit Bank (KCB) to a close business associate of Kyrgyz President Kurmanbek Bakiyev's son, Maxim. The associate, Latvian businessman Valery Belokon, has also acquired the failed "Insan" bank, which he has rebranded "Manas" bank, and, according to Belokon, will attract $200 million in assets during its first year of operations. Belokon's increased Kyrgyz banking profile follows the reported crackdown by Russian authorities on a Russian bank implicated in the funneling of significant sums among Latvian, Kyrgyz and other financial institutions. Given his ties, through Maxim Bakiyev, to the Kyrgyz leadership, and given the political weakness of the Kyrgyz Central Bank, Belokon's Kyrgyz activities merit special scrutiny. End Summary. Giorgio Fiacconi's Kyrgyz Portfolio ----------------------------------- 2. (SBU) Giorgio Fiacconi, a 63-year-old Italian citizen, has nurtured a significant business portfolio in Kyrgyzstan over the past 13 years. At the beginning of 2007, Fiacconi held a significant stake in a large shopping complex (Tsum), owned the Kyrgyz Credit Bank, controlled an English-language newspaper (Times of Central Asia), was proprietor of an Italian restaurant, and likely held other interests arising from his earlier work renovating what is now the Bishkek Hyatt. Given his extensive holdings, Fiacconi has long attracted (often unwanted) attention from Kyrgyz authorities. After the 2005 "revolution," Fiacconi was jailed, but eventually released following judicial actions and international pressure. Acting without Consultations ---------------------------- 3. (C) Earlier this year, Fiacconi quietly sold his stake in Tsum to Kazakh investors. Once the sale became public SIPDIS knowledge in August, Fiacconi suddenly faced tax evasion charges. In a subsequent court hearing, he suffered an angina attack and was admitted to hospital. While in the hospital, Fiacconi advised emboff that he was in "trouble" for "insulting senior people" by selling his Tsum shares "without consultations." Without uttering the name of his principal adversary, he confirmed that it was "M.B., Jr." (Note: "M.B., Jr." likely corresponds to President Bakiyev's younger son, Maxim. End note.) Fiacconi added that the tax evasion charges arose from a loan which he received from an Italian bank to finance his business activities. Kyrgyz officials, he noted, now consider the loan a "gift" subject to taxation. Fiacconi added, however, that three Kyrgyz experts called by the government to validate this interpretation disagreed and supported Fiacconi's position. Fallout ------- 4. (C) According to Fiacconi, an intermediary informed him that he could "compensate for his mistake" by doing three things: 1) paying a fine for tax evasion, 2) providing financial support to a sport club, and 3) selling his bank. Fiacconi faced an August 24 deadline to acquiesce, or, as he reported to emboff, he would suffer a damaging media broadside, the possible arrest of himself and his employees and the prospect of "physical retribution." Fiacconi said his opponents were "prepared," and he did not plan to mount a defensive media campaign, as he had done in the past. BISHKEK 00001155 002.2 OF 003 Belokon Builds a Banking Network -------------------------------- 5. (C) On August 28, Kyrgyz media reported that Valery Belokon, Maxim Bakiyev's Latvian business partner, wanted to open a commercial bank in Kyrgyzstan. (Note: The reports also added that Belokon hoped to open a Kyrgyz "banking school" and expand into mining. End note.) Fiacconi, after his release from the hospital, confirmed to emboff August 28 that he had sold his bank. When asked for details regarding the buyer, Fiacconi advised emboff to read a news summary which only contained information about Belokon's interest in a Kyrgyz bank. There has been no public reporting on the sale of Fiacconi's Kyrgyz Credit Bank. 6. (C) Despite Fiacconi's account, Kyrgyz media have instead focused on Belokon's recent purchase of the failed "Insan" bank, which will be renamed the "Manas" bank. (Note: Belokon's action to acquire Kyrgyz banks roughly coincides with a reported crackdown, by Russian authorities, on the Iberus Russian bank, which has been implicated in the alleged funneling of money between financial institutions in Latvia, Kyrgyzstan and a few other countries. End note.) Belokon announced September 14 that "Manas" bank will have charter capital of 300-500 million soms (roughly $8-13 million) and will have assets of $200 million in the first year of operation. He also revealed that he has spent 100 million euros ($138 million) to equip the bank. (Note: A Kyrgyz Central Bank advisor expressed astonishment to emboff September 13 at the large amount expended on the new bank's equipment. End note.) The Latvian prime minister attended the Bishkek ceremony announcing the launch of Belokon's Kyrgyz bank. Going for the Gold ------------------ 7. (SBU) On August 29, Kyrgyz media reported that Maxim Bakiyev had been elected president of the Kyrgyz Wrestling Federation (KWF) at an August 28 "emergency meeting" that followed the "voluntary" resignation of the previous KWF president. (Note: Bakiyev's election to this post enables him to be considered as chairman of the Kyrgyz Olympic Committee. End note.) Business Community Reaction --------------------------- 8. (C) International Business Council Chairman (and Kumtor Operating Company president) Andy Lewis told emboff August 31 that little could be done about the Fiacconi case other than ensuring that the international business community was aware of what happened. Lewis commented that "Maxim Bakiyev has accomplished more in the past three months than his predecessor did in years." (Note: By predecessor, he means former President Akayev's son Aidar, who took advantage of his father's position in business dealings, one of the reasons for the 2005 "revolution." End note.) Fiacconi's situation follows complaints by a U.S. telecommunications firm of interference by Maxim Bakiyev in GSM-compatible bandwidth licensing. Comment ------- 9. (C) The raid on Fiacconi's assets is a worrying development. While Maxim Bakiyev, in an interview earlier this year, denied allegations that he controlled any businesses in Kyrgyzstan, he admitted that he works for a Latvian capital management company and identified Belokon as BISHKEK 00001155 003.2 OF 003 a close business partner. Although Fiacconi and other Embassy interlocutors have not explicitly linked Belokon and Maxim Bakiyev jointly to recent developments, their interests would be served by these events. If Belokon's interests have been affected by recent Russian Central Bank activities, then the uptick in Maxim Bakiyev's and Belokon's activities in Kyrgyzstan makes sense. With Maxim Bakiyev's father holding the presidency, the politically weak Kyrgyz Central Bank may have difficulty exercising oversight of Belokon's banking interests. Post will continue to monitor developments. 10. (C) We also note that Belokon has attempted previously to arrange meetings, on Maxim Bakiyev's behalf, in Washington. YOVANOVITCH


2008

C O N F I D E N T I A L SECTION 01 OF 02 BISHKEK 000005 SIPDIS SIPDIS DEPT FOR SCA/CEN (GEHRENBECK) E.O. 12958: DECL: 01/04/2018 TAGS: PGOV, PREL, PINR, KG SUBJECT: A PROFILE OF NEW KYRGYZ PM IGOR CHUDINOV BISHKEK 00000005 001.2 OF 002 Classified By: Charge d'Affaires Lee Litzenberger for Reasons 1.4 (b) a nd (d) 1. (C) Summary: Kyrgyz President Bakiyev's December 24 appointment of Igor Chudinov as the new Kyrgyz prime minister marks the apex of Chudinov's rapid ascent from relative political obscurity. After years as a communist functionary and businessman, Chudinov secured the top position at the Kyrgyz national natural gas company in the aftermath of the March 2005 "Tulip Revolution" and subsequently took charge of the ministry handling industrial, fuel and energy issues before being tapped for the prime ministerial post. Chudinov's close ties to President Bakiyev's family, especially the President's son Maxim, are believed to overlap with Bakiyev family business interests - to include the Kyrgyz electricity sector. In addition to the business links, Chudinov is an ideal prime minister for President Bakiyev. As an ethnic Russian, he lacks a separate political power base, and thus does not present a challenge to Bakiyev family interests. His "outsider" status may enable him to implement natural gas and electricity tariff hikes, while benefiting Bakiyev family interests in the expected "privatization" of energy sector assets. End Summary. Taking Charge ------------- 2. (U) Kyrgyz President Bakiyev appointed Igor Chudinov, a 46 year-old ethnic Russian, prime minister on December 24. Chudinov replaced ex-PM Almazbek Atambayev, and his appointment permitted Acting PM Iskender Aidaraliyev to return to his post as first deputy prime minister. While somehow dodging the constitutional requirement for the prime minister to speak Kyrgyz, Chudinov pledged that governmental appointments should be "based on professional qualities, rather than on political views." Meanwhile, he outlined a few short-term priorities of his government: 1) securing fuel supplies; 2) addressing winter-related problems; 3) assisting farmers with the spring planting season; and 4) providing farmers with seeds and petroleum products. (Note: Kyrgyz media have since reported Kyrgyz agreement to purchase Uzbek natural gas at a price of $145 per thousand cubic meters, up from the previous $100 rate. End note.) Chudinov also outlined his intent to increase tax revenues through legalization of the "grey" economy, which he estimated accounted for up to 52% of the Kyrgyz economy. Rising to the Top ----------------- 3. (U) PM Chudinov,s rapid political ascent, which started after the March 2005 "Tulip Revolution" that ousted former President Askar Akayev, follows a relatively undistinguished career. Before 2005, Chudinov had several small business ventures, including part-ownership of a popular Bishkek restaurant (the "Admiral"). He also served as a high-level functionary within the Communist Party Youth Organization from 1986-1991. Chudinov worked briefly as an engineer following his 1983 graduation from the Kyrgyz National University with a degree in computer technology. After the March 2005 "Tulip Revolution," Chudinov assumed the top position at the national natural gas company, "Kyrgyzgaz," and subsequently became the first Minister of Industry, Energy and Fuel Resources when the ministry was created in February 2007. He held the ministerial job until his appointment as prime minister. Rumored Links to the Bakiyev Family ----------------------------------- 4. (C) Chudinov's rapid ascent has generated much speculation regarding business connections to the Bakiyev family, especially to President Bakiyev's youngest son, BISHKEK 00000005 002.2 OF 002 Maxim. Maxim Bakiyev's name has been associated with various business activities to include banking and telecommunications in the Kyrgyz Republic. Maxim Bakiyev's interests are also believed to extend to the Kyrgyz electricity sector, which suffers from substantial "technical losses" and theft. PM Chudinov, as well as his successor at the Ministry of Industry, Energy and Fuel Resources, Saparbek Balkibekov, are well-placed to protect Bakiyev family interests in the electricity and energy sectors. Given President Bakiyev's selection and endorsement of Chudinov, it is unlikely that Chudinov would interfere in any Bakiyev family business interests. Other Political Considerations ------------------------------ 5. (C) Aside from (substantial) business considerations, Chudinov's appointment as prime minister also has other benefits for the Bakiyev family. Unlike two of his recent predecessors (Felix Kulov and Almazbek Atambayev), Chudinov has no separate political following and does not present a challenge to the Bakiyevs. In a country with geographic, clan-based allegiances, an ethnic Russian "outsider" can be viewed as a "neutral actor." Chudinov's ethnicity could also benefit ties with Moscow. While previous Embassy interaction with Chudinov indicates that he is intelligent and open-minded, PM Chudinov has never publicly contradicted President Bakiyev's policies and is very circumspect in his public remarks. 6. (C) This combination of factors makes Chudinov an ideal candidate to tackle contentious issues such as hikes in natural gas and electricity tariffs, pushing through an agreement on the Canadian-run Kumtor gold mine, food price inflation and other topics. PM Chudinov will likely oversee the "privatization" of significant electricity and energy sector assets (to the potential benefit of the Bakiyev family and other connected interests), while also pursuing the completion of the multi-billion dollar Kambarata hydroelectric complex. While the longevity of recent Kyrgyz prime ministers does not provide PM Chudinov a sense of job security, unlike recent prime ministers he is truly President Bakiyev's hand-picked candidate. His longevity, though, will depend on the extent to which he can deliver on Bakyiev's pledge to bring economic growth to the Kyrgyz Republic. LITZENBERGER


2009


UNCLAS BISHKEK 000057 SENSITIVE SIPDIS DEPT FOR SCA/CEN E.O. 12958: N/A TAGS: PGOV, PREL, KPAO, KG SUBJECT: KYRGYZSTAN: AMBASSADOR ATTENDS BELL SANCTIFICATION CEREMONY AT RECONSTRUCTED ORTHODOX CHURCH REF: 2009 BISHKEK 1296 1. (SBU) SUMMARY: On January 13, the Ambassador attended a ceremony for the blessing of nine new bells at a newly reconstructed Russian Orthodox Church. The ceremony was also attended by First Lady Tatiana Bakiyeva. The appearance of the First Lady was notable as she does not make many public appearances and might have been a vehicle for increasing the profile of the Kyrgyz First Family. The event, however, was partially hijacked by a ham-handed effort by Russian diplomats to promote Russia. END SUMMARY. 2. (U) The blessing ceremony was for nine church bells donated to the newly reconstructed Russian Orthodox Church of the Nativity of the Virgin in Leninskoye Village. The bells were donated by a wealthy young Russian entrepreneur, Vladimir Kirik, who has resided for many years in Kyrgyzstan and is the head of the Sailing Federation of Kyrgyzstan. First Lady Tatyana Bakiyeva attended the ceremony, which was presided over by the Archbishop of Central Asia and Tashkent Vladimir. 3. (SBU) The First Lady, who rarely makes public appearances, arrived with only a driver and no apparent security. When she went into the crowd, most attendees did not seem to realize who she was and simply asked each other: "Who,s that lady in the red hat?" The First Lady promptly took her place on the low wooden podium between Kirik and the Russian Charge d,Affaires. On her right, Kirik bowed and crossed himself devoutly at every opportunity. By contrast, the Charge d,Affaires stood scowling and ram-rod straight. 4. (SBU) The Ambassador met Kirik at a later event and commented to him about the informal protocol of the ceremony, including lack of pomp and circumstance for the First Lady. He said that was intentional, as the Orthodox Church of Kyrgyzstan had insisted that this should be a simple ceremony for believers and not hijacked into a "pro-Bakiyev political event." However, he bemoaned loudly that the Russian Embassy had instead succeeded in hijacking the event. According to Kirik, only he and Tatyana Bakiyeva were supposed to share the podium. Instead, the Russian Charge d,Affaires arrived early and commandeered a place on it. No persuasion from event organizers could succeed in getting him to relinquish his perch. "The First Lady was a real trooper about that," concluded Kirik. "She didn,t complain and just took it in stride." 5. (U) Leninskoye Village was founded 100 years ago by Russian speaking settlers from Moldova, Ukraine and Russia, and the Church of the Nativity of the Virgin was first built around that time. The church was destroyed during Stalin,s rule and was only recently rebuilt with the help of the local government administration. The town has a population of 12,000 people, mainly of Russian ethnicity. 6. (SBU) COMMENT: The First Lady's participation in the ceremony was widely covered by the media and may be part of a strategy to raise the profile of the First Family. The government is also concerned with growing Islamic religious extremism (reftel) and this public event may have been aimed at demonstrating Kyrgyzstan,s multi-ethnic and multi-religious character. END COMMENT. GFOELLER

C O N F I D E N T I A L SECTION 01 OF 02 BISHKEK 000700 SIPDIS DEPT FOR SCA/CEN E.O. 12958: DECL: 06/30/2019 TAGS: PGOV, PREL, PINR, ECON, KG SUBJECT: KYRGYZ ELITE FAWN OVER PRESIDENT'S SON BISHKEK 00000700 001.2 OF 002 Classified By: Classified By: Charge d'Affaires Lee Litzenberger, Reaso ns 1.4 (b) and (d). 1. (C) SUMMARY: Much of Kyrgyzstan's political and business elite gathered to celebrate the opening of presidential son Maxim Bakiyev's new hotel at Lake Issyk Kul on June 20. The private event featured pop stars from Moscow and Europe, plenty of alcohol, and a raft of bodyguards. Maxim was clearly the center of atten
Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции.
Как разместить свой материал во «Мнениях»? Очень просто
Добавить

Другие статьи автора

28-12-2010
WikiLeaks. «Россия - бумажный тигр» / Хроника успеха и провала тайной дипломатии США на материале «киргизского досье». Часть 2
1780

09-12-2010
WikiLeaks: «Мы получили приказ прямо от американского президента»
974

08-12-2010
WikiLeaks: Как ужинают марионетки США
1229

Еще статьи

Комментарии
Комментарии будут опубликованы после проверки модератором
Для добавления комментария необходимо быть нашим подписчиком

×