Добавить статью
12:53 17 Августа 2017
В зазеркалье кыргызских традиций

Жакшынын шарапаты, жамандын кесепети.

Женская пассивность и взаимная недоброжелательность

Весной приезжаю в загородный дом с намерением начать сезон огородных работ после длительного осенне-зимнего перерыва. Соседка – пожилая байбиче, лет на 10-15 старше меня, встречает неодобрительно и «Ии-и, келдинби жанын тынбай!» говорит вместо приветствия. Да, отвечаю виновато, надо начинать весенние работы, «Жаз жарыш, куз курош», как перезимовали, эжеке? Общаемся через огороженную железную сетку. При каждом удобном случае старается показать, что она лучше меня: балуешь своего мужа, я никогда в жизни с лопатой на огороде не возилась, мало того, что каждый день работаешь в своей академии, на выходные приезжаешь сюда, когда будешь отдыхать и т.д.

Я не единственный случай среди соседей. Жена пьющего, с проблемным позвоночником, еле ходящего инвалида, пришла ко мне за саженцами малины, жаловалась на свое окружение, заставь работать мужа, выводи его за руку, малина здесь не растет и прочие ценные указания получала она от старших соседок. Словом, стараются дальше унизить и без того обиженную судьбой молодую женщину, вместо поддержки - зависть. Как могу, подбадриваю ее, не обращай внимание на то, кто как посмотрел, кто что сказал, сажай что хочешь, все у нас хорошо растет. Видишь, как у меня все замечательно вырастает, у моего мужа аллергия и проблема с кожей, я его не заставляю выходить на огород. Ты как мужа заставишь, он - инвалид, еле ходит, старайся, карабкайся сама. Хотя братья казахи говорят, «бай караганды бак карайт», что делать, безвыходной ситуации не бывает.

В молодости я тоже была мнения, что огород – дело мужское, отец сам знал, когда копать, что сажать и собирать. Делал это с большим удовольствием, экспериментировал, одним из первых в Ат-Баши посадил яблони и получал неплохой урожай, выращивал огурцы, помидоры, посаженной им смородиной мама до сих пор полностью обеспечивает детей и внуков, живущих в селе. Огородные дела в семье шли под его творческим началом. Любовь к земле от него передалась и нам, сестрам. Папа был настоящий мужик, заботливый семьянин, мы переняли его практические навыки по уходу за землей и много другой житейской мудрости. Сестры иногда смеются - мы в некоторых вопросах, требующих мужской смекалки, разбираемся лучше отдельных представителей сильного пола, которые в основном выросли в женском окружении и пожизненно не выходят из женского образа мышления, теряясь в мелочах жизни. Как эти соседки апашки, доказывая собственное превосходство на словах, а не на деле. Вообще у нас, кыргызов, один из главных жизненных принципов — стараться выглядеть лучше, чем есть, оставляя проблемы нерешенными, как шутили в студенческой группе, «на нас смотрят, улыбайся», проще ныне популярная и обсуждаемая тема – «эл эмне дейт». И при этом, начиная с самого первичного уровня общества - соседей до самых верхних эшелонов государственной власти постоянно отмечать «я лучше тебя» без признания чужих заслуг, в доказательство чего можно привести множественность кандидатов на предстоящих выборах президента страны. Ныне многие хотят попробовать себя на этой должности. История, не выдержавших испытания властью двух беглых президентов, не стала для нас уроком.

Заряд позитива на всю жизнь

Получив загородный дачный участок за Манасом, пассивно наблюдала, как муж строит дом, выравнивает огородный участок, словом, тогда на даче лидировал он. Приехав однажды со своими малышами туда, была удивлена, старшие по возрасту уважаемые интеллигентные красивые замужние высококвалифицированные в основном русские коллеги, по институту (НИИ) в купальниках с удовольствием работали сами без мужчин на своих четырех сотках дачных участков. Пока мы с мужем только раскачивались, они уже собирали щедрый урожай малины и клубники. Участки были выданы одновременно на новой земле. Их отношение к огородной работе стало для меня образцом для подражания, их позитивный пример отношения к любой работе и доброжелательность для меня остается примером на всю жизнь. В советское время институт часто привлекали на сельхозработы, в 7.30 – 8.00 утра уже были на поле, не разгибаясь, без отдыха на совесть работали до обеда и выполняли дневную норму. В обед работа заканчивалась, автобус увозил нас в город домой, на следующий день то же самое, любая работа для галочки исключалась, организация работы была отработана коллективом до совершенства.

Позже, будучи сотрудником коммерческого банка, была шокирована поведением руководителей среднего звена, которые отчитывали уборщицу за то, что она не вытирает пыль с их столов, демонстрируя свой уровень. В институте все без исключения, включая руководство, авторитетных кандидатов и докторов сами перед началом работы вытирали свои столы влажной тряпкой. Эта привычка сопровождает меня всю жизнь, начиная занятия в студенческой аудитории, делаю то же самое, меня повторяют студенты. Обязательной ежедневной утренней процедурой для каждого было и вытирание влажной тряпкой до блеска обуви, институт располагался в одном из самых по тем временам фешенебельных офисов на Дзержинке. Ходить в грязной обуви по офису было как-то немыслимо, и тем более длинный коридор на этаже, где сидело руководство, куда часто ходили по долгу службы, был весь застелен кремлевской ковровой дорожкой.

На институтских дачных участках у нас никогда ничего не пропадало, старались поддерживать друг друга и морально и материально. С открытого неогороженного дачного участка наша еще совсем молодая семья собирала по 20 ведер черной клубники «Виктория» и много другого. Почти никто ничего у нас не воровал, несмотря на то, что бывали там только днем, т.к. дом у нас только строился, негде было ночевать. Сейчас с высоты своего 60-летнего возраста понимаю, что была защищена ненавязчивым вниманием старших по возрасту соседей, которые летом почти постоянно проживали там.

Угощение - ооз тийгизуу, нысапсызга кашык сал десен беш ууртайт

В институте старшие подавали нам пример во всем. Собирались отмечать какой-то праздник, отдел из 10 человек накрывал праздничный стол. Ко мне пришла сестренка и срочно в роли старшей надо было вести ее куда-то т.е. уходить без праздничного обеда. Старшие были обеспокоены моим уходом и отрезали большой кусок домашнего торта «Наполеон», попробуйте вдвоем, сказала хозяйка выпечки, складывая в пакетик. Первый раз, пробуя такой шедевр кулинарного искусства, мы толком не поняли – что это за чудо, тающее во рту. Тогда, в начале восьмидесятых, почти во всех магазинах столицы продавали в основном только 2 вида стандартных тортов, песочный «Назик» и бисквитный «Алмагуль». Они даже близко не походили на торт моей коллеги.

Я, тогда простая сельская девочка, была самым молодым членом нашего маленького коллектива, моим мнением они – авторитетные ученые вполне могли не посчитаться. Но оказанное мне внимание всегда возвышает их человеческие качества. Профком выделил мне комнату в семейном общежитии, когда была на последнем месяце беременности. «У нее в городе нет родственников, где она будет купать своего малыша», - так они озвучили мое сложное положение, которое по молодости сама не осознавала. Кандидатур на освободившуюся комнату было много, включая кандидатов наук и представителей руководства. Сравниваю, вспоминаю. Мне идет шестой десяток, жизнь особенно на работе сталкивает с разными людьми по возрасту и уровню воспитанности. Один случай, попросили заменить коллегу, провести занятия в вузе для студентов. От внезапных поворотов судьбы никто не застрахован, при возможности преподаватели не отказываются заменять друг друга, и спешат выручить. Молодая успешная коллега просит записать проведенные занятия на себя, ладно, соглашаюсь я. По возвращении она приносит на кафедру большой пакет традиционных боорсоков, устуканов (мяса) и прочих сопутствующих продуктов. Сижу рядом на перемене. Раскладывает принесенное в мелкие пакетики и уносит, наверно нужным и уважаемым людям, «уяттуу адамдарга», как у нас говорят. Возвращается, приходите в обед пить чай, говорит мне и убирает подальше пакет с угощениями. У меня занятия заканчиваются далеко до обеда, не буду же из-за нескольких боорсоков и кусочка мяса терять время, могла бы сказать оозтийиниз (попробуйте), как говорится «бир создон конул алат, бир создон конул калат», почему-то данный случай запомнился, как не из приятных. Потому что у кыргызов существует обычай ооз тийгизуу (дословно прикоснуться губами, жидкое пригубить) в данном случае девушка должна была мне предложить угоститься, я, соблюдая приличия деликатного тона, должна была взять 1-2 боорсока, хозяйка должна отрезать крохотный кусочек мяса и все, в этом суть данной традиции. Из прекрасного далекого детства по этому обычаю запомнилось еще «шорпо ичуу», встречая гостей, мясо варили в больших казанах, маленький из которых объемом в 20 литров, на костре на печке «очок», который строился в углу сарайчика, называемого «склад». Бабушка и дед приглашали близких соседей, и проходящих мимо знакомых, пить шорпо (бульон), пока мясо еще варилось, и уже было почти готово. Пили все у костра с казаном, сидя обычно, кто на корточках, кто на дровах, угощались совсем маленьким кусочком мяса и быстро уходили, выпив 2-3 пиалки свежего и прозрачного шорпо, так как хозяева были заняты приемом основных гостей. Такая была традиция, приглашать на шорпо соседей, но теперь зачастую после приема гостей бульон в котором варилось много мяса выливают. После приема гостей, следуя этому примеру, стараюсь раздать в тот же день свежий бульон давним соседям по подъезду, в нем кто пельмени варит, кто борщ, вполне состоятельные люди, не задирают нос – «я лучше тебя», по этому поводу существует хорошая пословица – «Жетпей журуп, жеткенден корк». «Туногон шорпону ичпейт», говорила бабушка, тогда и холодильников то не было, варили летом целого барашка. Зимой без проблем в Нарыне морозы доходят до 40 градусаов, мясо на зиму – «согум», само замораживается на полу в отдельной комнате до самой весны.

Суктаба

В детстве, как и у любой кыргызской сельской семьи у нас всегда была собака, в народе считается, что собака мечтает, чтобы в доме было много детей, которые делились бы своей едой. Кошки наоборот мечтают, чтобы детей в семье не было и хозяева ласкали только ее. Считается нежелательной кошка в семьях с младенцами т.к. может лечь им на лицо.

В селе боорсоки обычно жарят на улице, в детстве их горячими ели на улице, собаки виляли хвостом, хныкали, уставившись на душистые боорсоки, глаза блестели, слюни текли. Старшие говорили итти суктаба - не дразни едой, заболеешь. Суктоо - сильно возбуждать аппетит, демонстрируя еду или демонстративно кушать не угощая. Иногда на последнюю пару студенты приносят в аудиторию самсы, возбуждая аппетит остальных. Вспоминаю бабушкино правило «про суктаба», нам запрещали есть перед одной только собакой, а тут одновременно 30 человек в аудитории захотели самсы, поясняю, почему кушать самсы надо в столовой – или угощайте всех, или ешьте в столовой.

В раннем детстве 5-6 девочек играли на топчане, соседская девчонка лет на 5 старше нас принесла кисть из двух черешен и стала пританцовывая виртуозно демонстрировать ее, мы терялись в догадках о вкусе и произрастании этой загадочной ягоды, так хотелось попробовать ее, но она не давала. В Ат-Баши такая ягода не росла и в столицу народ тогда редко ездил, машин было совсем мало видимо не привозили ее из-за не транспортабельности, росла рябина (четин) в горах, но ее запрещали есть, как и облепиху, тогда считали несъедобной. Сестра привезла черешню из Чолпон-Аты, где после четвертого класса отдыхала в пионерском лагере. Сейчас удивляюсь ее смекалке, как она умудрилась привезти, не повредив нанизанные на проволоку кисти черешни, хотя тогда она мне казалась совсем взрослой, так как заботилась о нас по-взрослому.

У детей, наверно, желание попробовать съедобное сильнее, чем у взрослых. Учитель – молодой парень хаккас объясняя дроби, показывал нашему классу очень красивые яблоки, на перемене нас оставили двоих за дежурных, мой одноклассник Вовка решил попробовать яблоко, достав из коробки поговаривая, «он когда нас нет один кушает наверно эти яблоки, энендрайн» попытался откусить, а яблоко оказалось пластмассовым.

Нысапсызга кашык сал десен беш ууртайт

В детстве я приболела, бабушка варила рисовую кашу на дне крохотной алюминиевой литровой кастрюли в печке буржуйке, она туда умудрялась поместить и чайник и печь хлеб. Когда накладывала кашу, зашла непутевая молодуха- соседка, которой тоже положила в пиалу. Удивляюсь ее человечности, могла бы вообще не угощать ее, возможно, положила по принципу «суктаба, заболеешь». Она съев, попросила еще, видишь же для ребенка, успокоила она ее. Бедная, мало того что каждый раз от очередного мужа возвращается, не знает правила приличия «нысапсызга кашык сал десен беш ууртайт» огорчилась бабушка, когда она ушла. В голодные военные годы, случайно зашедший гость угощался обычно одной большой деревянной ложкой еды, больше считалось не приличным, т.к еды было мало, все голодали, пояснила бабушка.

По тому как человек кушает можно судить о степени его воспитанности, заметила судебный заседатель, напарница – пожилая интеллигентная женщина, после того как наш уважаемый и любимый судья закончивший МГУ с красным дипломом как-то не совсем красиво и поспешно поел нашу обеденную голову барана.

Неуважение к чужому труду – национальная черта.

В эпоху постсоциалистической перестройки большинство дачных соседей уехали на свою историческую родину, наши дачи постепенно превратились в кыргызские села из приезжающей с регионов безработной молодежи. Приехав весной на участок, обнаружили, что молодые деревья, начавшие плодоносить выкорчеваны и украдены, на участке стал пастись скот. За каких-то 2-3 года цветущий сад превратился в пустырь. Новые соседи пошли дальше, вырубили 2 большие яблони сорта «Превосходный» и большую калированную черешню, которая давала урожай на 5-6 больших ведер. Сперва, подобные дела у нас вызывали шок, было больно, но все же не смертельно, позже стали смотреть на это с иронией и перестали ездить на дачу, кроме всего еще проезд сильно подорожал. Так грустно закончилась наша дачная эпопея и мы купили участок в одной из столичных новостроек, начали возделывать огород, выращивать сад. Участок огородили со всех сторон высокими стенами из пескоблока, однако через эти стены стали залезать соседские ребятишки и съедать еще зелеными завязи абрикосов и персиков, спокойно собирали клубнику. Молодая соседка утром ушла на работу, вернулась домой - на большом дереве, за которым старательно ухаживала столько лет, не осталось ни одной калированной вишни. Родители сильно обижаются на замечания, не одни мои внуки ели, абрикосы и у нас растут обижается пожилая женщина. У детей, как у взрослых нет уважения к чужому труду. С детства привыкают к халяве. Знакомый сантехник с новостройки говорит, ворованные ягоды и фрукты дети приносят иногда домой, некоторые родители радуются, говорят, учитесь кормить сами себя.

Любовь к халяве наша традиционная черта

Прикованная болезнью к постели пожилая знакомая рассказывала историю почти 40-летней давности, а то и больше. В один день к нам во фрунзенскую квартиру одновременно разные родственники и знакомые из Ат-Баши, откуда они с мужем родом, привезли 7 фляг кумыса, тогдашние алюминиевые фляги каждая вмещали по 4 ведра т.е. 40 литров получается и мясо семи баранов. Так раньше приезжали сельские родственники, привозили летом поступать в вузы детей, в городе знакомых было мало, остановиться на время поступления в основном приезжали. С пустыми руками в гости у нас не принято было приезжать, поэтому видимо говорят «канча бут кирсе ошончо кут кирет».

Не знала куда девать, продукты очень востребованные, дорогие, но скоропортящиеся, тогда холодильники были маленькими, продавать не умела, на улице жара 40 градусов, а то и больше. Вынесла во двор и всем соседям, возвращавшимся с работы, разливала бесплатно кумыс в трехлитровые банки, мясо тоже разделила и раздала им бесплатно. Что поучительного в этой истории. Позже русские старались чем-то отблагодарить, приносили кто ягоды, варенье, а кто конфеты детям и т.д. Кто что мог, у меня тоже пятеро малышей было. Но, а наши кыргызы в основном восприняли как должную халяву, не сочли себя обязанными чем-то отблагодарить. Это моя грустная статистика о нашей традиционной неблагодарности. Конечно, раздавала я без всякой корысти, но это что заметила, рассказывала она мне, вороша память о прожитом.

Охотники за чужим счастьем или продолжение халявы в традиционном варианте

У подруги скоропостижно от рака умерла мама, ушла в баню так и не застала живой ее, вернувшись. Как поставили диагноз, сразу отпуск с работы взяла, чтобы все время быть рядом и ухаживать за ней, но и это ей не удалось, она была очень заботливой дочерью. Через год умер младший брат в возрасте 30 с лишним, оставив 2-х маленьких детей, еще через год они отца похоронили. Через 5-6 лет умер старший брат, оставив четырех мальчишек, двоих от первого брака, их мама тоже умерла, и двоих мальчишек от второго брака. Так подруга рано оказалась в роли старшего попечителя в семье по отцовской линии. Старается помогать, становящимся на ноги племянникам, устраивает на работу, написала завещание в их пользу на свою квартиру, помогает, как может. В этой жизненной суете, от похорон до похорон не уследила как родной дядя, младший брат отца – авторитетный человек, кандидат наук, бывший успешный госслужащий, переоформил дом ее родного отца в селе недалеко от столицы на себя, и не собирается возвращать. Она говорит, на своего родного дядю подавать в суд не удобно, но кощунство, которое творится им, никак не вмещается, ни в какие рамки приличия. Я стараюсь помочь оставшимся пятерым мальчишкам, из которых двое круглые сироты, встать на ноги, а дядя – уважаемый аксакал которого знает почти полстраны решается на такую гнустную халяву. Какие же наши кыргызы любители халявы, и мясо на тоях тоже он воровал, выполняя у нас роль старшего, как не пригласишь родного брата отца, сокрушается она.

Другая схема халявы в семейном варианте по старшинству

Сейчас в прессе много информации о семейных разводах, как передавали в СМИ, одна треть заключенных браков распадается. Семья это хрупкая ячейка, которая строится в основном лишь на доверии и уважении двоих супругов друг к другу. Не редки случаи, когда старшие лезут с ценными указаниями в семейную жизнь младших, нередко превращая их в ад. Младшие должны и в семейной жизни преследовать их указаниям. Как правило, для некоторых воля и пожелания старших ставятся выше семейных интересов. Как то обсуждаем со старыми соседками эту сторону нашей городской жизни. Одна смешит, обычно на «бул ким» по звонку муж тихо отвечает «мен», а после встречи с родней из села его агрессивный настрой чувствуется еще за дверью, смеется ставшая уже дважды бабушкой соседка, на «бул ким» он отвечает «бул ким болмок эле, мен, ач эшикти», грозно говорит еще за дверью, это предвещает большую бурную семейную разборку, зачастую сопровождаемую слезами и нередко рукоприкладством, заключает она.

Старший брат мужа с женой часто отдельно от меня приглашают моего супруга в гости, бывает красивая и богатая жене из села просит кайни сопровождать ее в гости с сопутствующими расходами, на что он всегда радостно соглашается, грустно продолжает соседка.

Он всегда рад встрече с ними, живущими на широкую ногу, их роскошная жизнь всегда тянет его как магнит, может он и остался бы с ними, если это было возможно, хотя телом с нами, душой всегда с ними. Скажешь слово против них, готов даже на рукоприкладство, до того он их обожает, продолжает она.

Они в гостях мило обсуждают житейские вопросы, где отсутствующая келинка с родней зачастую не исключение, как правило, в негативном плане, иногда кажется, они ради этого и встречаются. Ее муж, хотя сам еле концы с концами сводит, и ни разу родных детей тортом на новый год не порадовал, от частых кошумча в пользу брата и своей родни никогда не отказывается. Желание выглядеть успешным и понравиться выше интересов семьи, для которой ни человеческих, ни финансовых ресурсов у него не остается. Ставки кошумча для старшего брата ниже 10 тысяч сом бывает редко. Вернувшись далеко за полночь домой подвыпивший кайни часто устраивает разборку с женой, которой пол седьмого утра надо идти на работу. Келинка не железная, тоже человек со слабостями рассказала про выходки своего мужа своей родственнице. Еще в юности ваша жене славилась тем что, заползала змеюшкой в чужую постель, знатных и богатых и жила в счет этого, так она и сейчас не бросила свое старое ремесло ищет выгоду, вселяя разлад между мужем и женой, удивляется она. Она с мужем и второго кайни в свое время хотела развести, не получилось, тот предпочел свое семейное счастье, чем счастье с родней, и перестал общаться с ними.

Частые визиты к своей родне и посещение бесконечных аш-тоев знакомых в одиночку, и бесконечные кошумча в пользу старших и коллег по работе, с сопровождающимися бесконечными интригами сделали кайни чужим в его своей собственной семье. Он теперь не пользуется уважением ни родных детей, ни жены, ни ее родни.

Кыргызская женщина придерживается принципа «Ункур да болсо уйум бар, аю да болсо куйоом бар». Статус замужней обеспечивает определенную защищенность в материальном и моральном плане, поэтому кыргызская женщина всегда предпочитает замужнюю жизнь и старается любой ценой сохранять семью. Однако нередко замужество для женщины оборачивается тяжелым жизненным испытанием, ни всем всегда сладко. Перед женщиной ставятся высокие требования за судьбу мужа – «акылдуу аял жаман эркекти жакшы кылат».

В эпоху перестройки основными челночниками были женщины. Жена ездила в Россию, а я ее ругал, говорит однокурсник, бывший партийный работник, позже сотрудник банка. Все время боялся потерять работу, ругал ее, эл эмне дейт, «жена успешного госслужащего челночит». Когда банк продали, наш филиал закрыли, остался совсем без работы, думал, умру. Стал помогать жене, она торговала на Дордое, постепенно мне понравилось, сейчас удивляюсь зачем всю жизнь переживал, боялся потерять работу и зарабатывал, оказывается какие-то гроши. По моему примеру, друг тоже уволился из банковского филиала, которым руководил и ушел помогать жене по швейному цеху. Надо было давно их послушаться, сейчас ездим на самых крутых машинах, детей обустроили, внуки растут, радуется он. Без привычного пиджака и галстука в прошлом, всегда грузный и грустный, теперь в джинсах и футболке похудевший и помолодевший, он мой однокурсник и бывший коллега по банку, излучал счастье, я кричал звал тебя , а ты не оборачивалась говорил он бегом догнав меня. В банке, стажировавшаяся в Америке коллега говорила, что в США люди с возрастом легко меняют профессии и этот пример подтверждал правильность сказанного.

Живя под одной крышей, муж и жена, как правило, желают друг другу только добра. Однако клин недоверия вбиваемый родственниками и знакомыми разъедает семейное счастье.

Одногруппница рассказывает, ее кайнага - в прошлом успешный госслужащий, поработавший на должности министра, мэра и даже премьера . Какое – то время он находился в опале у власти, люди года два приезжали из регионов, выходили на митинги в его защиту, а вечером митингующие из Таласа приходили на ночлежку к ним в 3-х комнатную квартиру. Уход за гостями приходилось совмещать с уходом за тремя малолетними детьми. Жили у нас разные люди, каждый день по 5-6 человек, все подаренные мамой в сеп жуурканы порвались.

Тогда она рассчитывала на поддержку влиятельного в стране брата мужа в будущем, но после смены власти в стране, выйдя на свободу продолжая быть успешным, он даже не вспоминает о нашей семье, говорит перенесшая онкологическую операцию, остро нуждающаяся в материальном плане подруга.

У нас в традиции помогать родственникам, иногда даже переходя грани приличия. «Мы никогда не говорим, что у нас есть деньги, боимся. Особенно, если папины родственники узнают об этом, то обязательно они тут как тут заявляются, плачут кому срочно пальто, кому сапоги покупать надо, кому – зуб вставить и т.д.», часто мне в банке говорил совсем еще юный коллега, сын успешного и известного в стране человека, работавшего тогда в Белом Доме. Принцип кыргызского «алгандын бергени бар» между близкими родственниками обычно не срабатывает.

Соседка, которая никогда не была замужем, справляя 60-летний юбилей в узком кругу, рассказывала: «Я всю свою сознательную жизнь работала, старшую сестру ее муж украл, и ей не пришлось работать. Мама все время говорила, что надо ей помогать, она жашаялмет, много детей. Всю жизнь помогала, даже никогда два платья не имела, старалась второе отдавать ей. Дети выросли, пошли внуки , на юбилей сестре столько много золота подарили, что не только на каждый палец обеих рук, даже на все пальцы ног хватит, но ни сестра ни жезде одного колечка мне не предложили, а подарили только вчера пришедшей в семью своей келинке». Так шутила она, ныне уже покойная. На ее поминки приходила старшая сестра, о ком речь, с виду очень даже счастливая и успешная. Часто, относительно успешных детей в семье родители настраивают, чтобы они помогали нуждающимся братьям сестрам. Зачастую эта заданная программа действует на всю жизнь, одни в роли отдающих, другие-забирающих. В своих семьях такими успешными из детей возможно были и два беглых президента, жадность родни которых привела к краху правления властвовавших братьев. Помогать надо, но так чтобы счастье одних не оборачивалось несчастьем для других.

Родо-племенные связи кыргызов - абсурд

Часто в научной литературе и СМИ пишется о развитости родо-племенных связей среди кыргызов. Хотя родственные связи, как видим, не выходят дальше семьи. Никогда за всю мою сознательную жизнь меня никуда не отбирали, никогда не приглашали по признаку принадлежности роду черик, никому никогда дела до этого не было. Как писал один уважаемый автор во «мнениях» в АКИпресс, такими убогими, связанными родо-племенными узами возможно нас хотят всегда видеть сильные страны, определяющие судьбу мира. Не без вмешательства сильных стран молодые люди стали отращивать бороды по пояс, а девушки кутаться в черные и другие платки, без учета эстетики, в этом есть интерес извне, такими некрасивыми они нас хотят видеть. На основе какой статистики нас клеймят не известно, если люди сами не знают толком о своем роде и племени. Возможно родоплеменное деление было актуально в эпоху междоусобных войн для малочисленного населения. Буквально где-то 10-20 лет назад в СМИ было очень много информации, что кыргызам надо в школах давать уроки полового воспитания в области интима, даже учебники были выпущены, смешно, но факт, откуда у них такая статистика. Никогда ни мои одноклассники, ни одногруппники, ни коллеги толком не знали какому роду и племени они принадлежат, для многих это как-то не существенно, оставаясь объектом интересов санжырачы. Как и во всем мире отбор на работу у нас идет исходя из деловых качеств. Ныне бизнес не признает ни близких родственников, ни земляков, понимают, иначе конкуренция и законы рынка погубят их. Возможно, о своем родо-племенном происхождении и я имела бы смутное представление, если бы дедушка в детстве на пальцах не обьяснил территории проживания атбашинских родов: весь правый берег главной реки – монолдор, левый до Чеч - Добо – черик, дальше – сарбагыш. Отец и мать, ни учителя, ни начальники с работы никогда не говорили об этом, им это не нужно было. Кыргызы, как и все представители мировой цивилизации во взаимоотношениях выбирают более прогрессивное, «алыскы туугандан, жакынкы кошуна артык» гласит народная мудрость, люди, как и во всем мире объединяются по интересам. Землячество, как и родо-племенной признак ничего ощутимого не приносит, везде люди разные «беш кол тен эмес», везде есть и хорошие и плохие. Как пишет наш поэт Шайлообек Дуйшеев каждый успешный его земляк покорял пик своих достижений самостоятельно. «Агындылар» - его личная заслуга, талант, профессионализм без вмешательства земляков, Эшимканов сам создавал газету, Салымбеков открывал Дордой. Воздействие родоплеменных связей ничтожно и приближается к нулю.

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Добавить статью
Комментарии (1)