Добавить свою статью
4 Мая 2020
Беззащитная Конституция
Острую дискуссию на Конституционном совещании после Апрельской революции 2010 г. вызвало положение о целесообразности введения института конституционного судопроизводства. На то были веские основания. Конституционный суд в слегка закамуфлированной форме стал руководствоваться не правом, а директивами президентов, что неизбежно привело не только к его деструктивной роли в жизни кыргызского государства, но и нанес невосполнимый моральный и материальный ущерб Кыргызской Республике. Тому пример признание конституционными передачу искомых кыргызских земель (на участке Узенги-Кууш и др.) другому государству; подтверждение права президента КР А. Акаева участвовать на третий срок в выборах 2000 г.; признание соответствующим Конституции преступного соглашения по Кумтору 2009 г., и так далее.

После долгих споров было принято компромиссное решение о создании Конституционной палаты при Верховном суде Кыргызской Республики (далее КП).

Сегодняшнее состояние конституционного судопроизводства показывает, что опасения противников Конституционного суда были не напрасными. Мы вновь стали свидетелями того, как КП сползла с позиции права на рельсы толкования норм Конституции и постепенно превратилась из органа правосудия в орудие решений вопросов политической конъектуры. Надежда на профессионализм и морально-личностные качества судей оказались напрасными.

Как следствие, Конституция Кыргызской Республики (далее Конституция) вновь оказалась беззащитной. Тому доказательство нижеизложенные примеры.

18 апреля 2018 года в Конституционную палату республики обратился с ходатайством Токтакунов Н.А. о признании статьи 12 Закона Кыргызской Республики «О гарантиях деятельности президента Кыргызской Республики» противоречащей части 3 статьи 16 Конституции. Заявитель в своем обращении отмечал, что указанная часть Конституции, провозглашающая равенство всех перед законом и судом, является нормой, гарантирующей единое применение норм законодательства ко всем гражданам, вне зависимости от занимаемой должности или положения в обществе. Поэтому установление экс-президенту Кыргызской Республики правового иммунитета является нарушением конституционного принципа равенства всех перед законом и судом.

Несмотря на явную очевидность правоты Токтакунова Н.А., коллегия КП признала статью 12 вышеуказанного закона соответствующей Конституции. Поэтому мне была интересна аргументация этого решения, что подвигло меня ознакомиться с полным текстом определения коллегии КП. Увы, ничего нового в их определении не нашел. Все, как и прежде. Сработал принцип: «если нельзя, но очень хочется, то можно». Отсутствие правового аргумента не стало препятствием.

Почему в своем решении коллегия КП руководствовалась не правом, а политической конъюнктурой, нетрудно догадаться. Найти путь решения в рамках правового аргумента было нереально, поэтому наличие ошибок в их выводах были слишком явны. Например: «..субъекты права при равных условиях должны находиться в равном положении, если же условия не являются равными, законодатель вправе устанавливать для них различный правовой статус…».

Читая подобные выводы, поражаешься их алогичности. Что это означает? Субъекты права, по определению, не могут иметь равные условия, соответственно, не могут находиться в равном положении. Таким образом, коллегия КП дает законодателям право устанавливать различный правовой статус различным категориям граждан страны вне поля Конституции. То есть теперь парламент вправе устанавливать экс-членам правительства, экс-депутатам, экс-судьям, и так далее, любой правовой статус, в том числе, как обладание иммунитетом.

Наверное, коллегия КП не хотела бы таких последствий. Но так получилось. И с этим ничего не поделаешь. Необходимость придания статуса неприкосновенности экс-президенту требовала жертвы. Тут уже было не до логики и не до права. Надо было каким-то образом дать право законодателям расширенное толкование конституционной нормы, чтобы перейти к следующему этапу, - обоснования правомерности предоставления парламентом правового иммунитета экс-президенту, хотя вышеизложенного вывода было уже более, чем достаточно. Для этого коллегия КП продолжает свое толкование о том, что «Исходя из смысла и содержания Конституции Кыргызской Республики, отступление из принципа равенства возможно в связи необходимостью предоставления правового иммунитета отдельным должностным лицам, обладающим конституционно-правовым статусом и выполняющим государственно значимые функции».

С этим трудно не согласиться. Абсолютного права не бывает. Только при этом коллегии КП не стоило проявлять забывчивость, а дополнить сказанное тем, что не закон, а Конституция, установившая порядок и нормы, вправе установить изъятие из общего порядка отдельных субъектов и наделить их исключительными правами и привилегиями и, тем самым, установить, что данные лица являются особо значимыми для государства и общества. Следуя указанному принципу, Конституция установила исчерпывающий перечень лиц, которые могут обладать неприкосновенностью. В их числе, президент страны, депутаты Жогорку Кенеша, судьи. А то, что в перечень лиц, обладающих неприкосновенностью, не вошел экс-президент, то это было не упущение, а необходимость.

Кто такой экс-президент? Это лицо, которое прекратило исполнять полномочия президента страны. С окончанием срока его полномочий гарантии и защиты, определенные Конституцией для президента, заменяются на общегражданские права и обязанности. Президент обладает колоссальными полномочиями. При этом, как любой человек, подвержен искушениям, которые, безусловно, оказывают влияние на те или иные его решения. В целях предупреждения негативных последствий для страны от возможных неправомерных решений, действий со стороны президента, в мировой практике вводится принцип неотвратимости ответственности путем исключения возможности неприкосновенности после окончания срока полномочий. Согласно этому принципу, президент, совершивший деяние, содержащее в себе признаки состава преступления, предусмотренного Уголовным кодексом, должен нести ответственность. Только наличие неотвратимости ответственности мог сдерживать президента от преступного деяния. Вот поэтому в Конституции не была предусмотрена неприкосновенность экс-президента.

Но логика, мировая практика, юридические доводы не могли устраивать тех, кто желал придать экс-президенту иммунитет. Соответственно, коллегии КП надо было найти дополнительный довод. Для этого, после долгих, длинных рассуждений коллегия КП делает следующий вывод: «В условиях демократического государства, имеющего свойство легитимной смены власти путем выборов, а также учитывая ограничение, вытекающее из части 2 статьи 61 Конституции Кыргызской Республики, в виде запрета на избрание одного и того же лица президентом дважды, правовой иммунитет экс-президента является важнейшим правостимулирующим средством, побуждающим положительную мотивацию к соответствующему поведению, способному обеспечить эффективное и независимое от внешних факторов выполнение возложенных на него функций во время исполнения обязанностей президента, и имеет ретроспективное значение».

Если отбросить демагогию и словоблудие, то смысл вывода таков. Ввиду того, что президент избирается только один раз, то в качестве правостимулирующего средства от неправомерных поступков, необходимо предусмотреть экс-президенту иммунитет: такое решение позволит побудить положительную мотивацию! Вот таким апофеозом завершает свое определение коллегия КП.

Недолго стране пришлось ждать последствия такого толкования, что мы и видим на примере экс-президента А.Атамбаева. Опасность определения коллегии КП заключается не только в том, что сохранилось искушение в надежде на иммунитет, но и в том, что открылся, своеобразно говоря, “ящик Пандоры”. Например, у членов правительства полномочия немалые, а у премьер-министра полномочия превосходят президентские в разы. Они даже не избираются на пять лет, и одному всевышнему известно, как долго они просидят в своих креслах. Между тем, одним росчерком пера они решают судьбу целых отраслей, ворочают миллиардными госсредствами, подписывают международные соглашения, кредитные в том числе. Получается, согласно выводам коллегии КП, они тоже нуждаются в положительной мотивации, как и депутаты, судьи.

Как финальный аккорд, КП заключает: “... правовой иммунитет необходимо рассматривать как правомерное исключение из принципа равенства всех перед законом и судом в области юридической ответственности, зафиксированное в специальных нормах, для усиления правовой защиты ограниченного круга лиц, что позволит им эффективно и должным образом исполнять государственно и общественно значимые функции.

Вот так, приехали! Наши чиновники, подпадающие под ограниченный круг лиц, оказывается, могут нормально функционировать только при наличии правового иммунитета! Можно только развести руками от этой несуразности определения коллегии Конституционной палаты.

***

Нынешний Конституционный закон Кыргызской Республики «О выборах Президента Кыргызской Республики и депутатов Жогорку Кенеша Кыргызской Республики» лишил права народ непосредственно избирать своих депутатов. 5 февраля 2019г. я обратился в КП с ходатайством о признании неконституционным и противоречащим Конституции часть 4 статьи 30 конституционного закона Кыргызской Республики «О выборах Президента Кыргызской Республики и депутатов Жогорку Кенеша Кыргызской Республики» (далее закон «О выборах») следующего содержания: «На выборах депутатов Жогорку Кенеша в избирательном бюллетене указываются наименования политических партий в очередности, определенной жеребьевкой». Это значит, что субъектом избрания законодатели установили политическую партию, тогда как Конституция субъектом избрания в парламент установила депутата Жогорку Кенеша [абзац второй части 2 статьи 2].

Безусловно, было сомнение в положительном исходе ходатайства - вряд ли, действующая власть могла упустить возможность продолжать самим формировать подручный состав парламента. И все же, тлела надежда. Ведь члены КП тоже избиратели и у них так же, как и у всех граждан страны, отобрали право избрания депутатов. Но, увы...

Было любопытно, какое же определение вынесет коллегия КП, поскольку в правом поле доказать правоту законодателей было непросто.

На заседание коллегии Конституционной палаты по моему ходатайству кроме ответчика - Жогорку Кенеш Кыргызской Республики, почему-то были приглашены представители президента, правительства, Минюста, ЦИК. Сперва я подумал, что они были приглашены как эксперты. Но когда им дали слово и они начали выступать как ответчики, то стала ясна цель их приглашения. Это было забавно, так как каждому из них пришлось, по сути, повторять одно и то же, будто им писал один человек. Еще забавнее было слышать вывод коллегии КП, когда содержание определения было то же самое, что читали представители указанных институтов. Удивительная синхронность и совпадение их мыслей! Рассуждали о чем угодно: о демократии, о свободе выбора, о праве граждан, о партии, о пропорциональной системе, приводились многостраничные конституционные положения, нормы международного права. При этом, ни один из них не удосужился дать хоть какое-то вразумительное пояснение предмету рассмотрения, коим было содержание избирательного бюллетеня.

Что такое избирательная система? Это перевод голоса избирателя в мандат. Кого в Жогорку Кенеш избирает народ? Депутата. Каким документом он выражает свою волю? Избирательным бюллетенем. Что такое избирательный бюллетень? Письменное свидетельство волеизъявления избирателя. Что должно быть указано в бюллетени? Субъект избрания. Кого Конституция определила субъектом избрания? Депутата Жогорку Кенеша.

С последним коллегия КП категорически не согласна: «Конституционная палата Верховного суда Кыргызской Республики неоднократно выражала свою позицию относительно конституционно правовой сущности данной избирательной системы, в частности, в Решении от 22 сентября 2014 года было указано, что основными субъектами избирательного процесса являются не отдельные кандидаты, а политические партии, списки кандидатов которых и конкурируют между собой в борьбе за голоса избирателей…»

Отсюда следует одно: для коллегии Конституционной палаты Конституция - не указ. Мало ли, что Конституция считает субъектом избирания депутата. Коллегия КП с этим не согласна, и отныне в Кыргызской Республике субъектом избрания должны считать политическую партию! Так члены коллегии КП решили, и их решение обжалованию не подлежит!

Я не знаю, каким образом коллегия КП в 2014 году пришла к такому сногшибательному антиконституционному выводу, но в нашем случае она попыталась обосновать свой вывод таким способом: «Не указание в избирательном бюллетене персональных данных кандидатов в депутаты при действующей модели избирательной системы не образует непреодолимого разрыва между волеизъявлением избирателя в момент голосования и зарегистрированным списком кандидатов, так как вне зависимости от того, указан в бюллетени кандидат или нет, избиратель голосует в целом за список кандидатов, выдвинутый политической партией, что не препятствует реализации конституционного права граждан избирать и быть избранными в Жогорку Кенеш Кыргызской Республики».

Удивительный алогизм. Оказывается, важно не то, что в избирательном бюллетене не указаны персональные данные кандидатов, а важно то, что список кандидатов где-то зарегистрирован. А то, что в момент голосования избиратель не видит зарегистрированный список кандидатов, не ознакомился с ними в газете «Эркин-Тоо», в помещении для голосования, то это, по мнению коллегии КП, не образует непреодолимый разрыв между волеизъявлением избирателя и списком кандидатов. Если избиратель не видит зарегистрированный список кандидатов, то по версии коллегии КП, можем чувствовать о его наличии. Ага, в этот момент, наверное, срабатывает подсознание, и все избиратели становятся телепатами: его внутреннее подсознание без проблем подскажет, каких кандидатов предлагает ему политическая партия в закрытом списке и за кого надо голосовать!

Кстати, коллегия КП не всегда отсылает нас на гипотетические способности мозга. В определении есть немало правильных ссылок на нормы Конституции. Например, «Определяя способы и условия реализации гражданами гарантированного им Конституцией Кыргызской Республики права участвовать в управлении государством как непосредственно, так и через своих представителей, включая право избирать и быть избранным в представительные органы, законодатель, в силу требований Конституции Кыргызской Республики, не вправе допускать необоснованных ограничений и искажения самой сути этих прав с тем, чтобы они не утратили свое реальное содержание.» Трудно с этим не согласиться. Если Конституцией установлено, что граждане страны избирают депутата, то нельзя допускать необоснованное ограничение и принуждать избирателей голосовать за политическую партию. Голосуя за политическую партию, избиратель однозначно теряет реальное содержание своего конституционного права, - избирать депутата. Только вот непонятно, почему коллегия КП не следует приведенной им же нормы Конституции и пытается доказать иное?

В своем определении коллегия КП не единожды апеллирует на международные нормы права. Это хорошо. При таком подходе, можно было бы обратить внимание и на международную практику, которая основана на международном праве. Тогда коллегия КП сперва подумала бы прежде, чем утверждать, что «Пропорциональная система представляет собой способ формирования выборных органов государственной власти через партийное представительство, где мандаты распределяются пропорционально числу набранных партиями голосов».

Согласно свободной энциклопедии (Википедия), «пропорциональная избирательная система, как одна из разновидностей избирательной системы, определяет только порядок определения результатов выборов, при котором депутатские мандаты распределяются между списками кандидатов пропорционально голосам, поданным за списки кандидатов».

Как видим, между определениями о пропорциональной системе коллегии Конституционной палаты и Википедии есть существенная разница. Если коллегия КП считает, что государственная власть формируется через партийное представительство, то мировая практика так же, как и наша Конституция, считает, что государственная власть формируется через представительство народа, так как власть принадлежит народу, а не партии.

Если коллегия КП считает, что мандаты распределяются пропорционально числу набранных партиями голосов, то в международной практике депутатские мандаты распределяются между списками кандидатов пропорционально голосам, поданным за списки кандидатов. То есть в мире, где выборы проходят по пропорциональной системе, голосуют за список кандидатов, указанных в избирательном бюллетене, а не за политическую партию, и тем самым легитимируют избранного субъекта в списке кандидатов.

Также, если бы обратили бы внимание на международную практику, то могли бы увидеть, что пропорциональная система имеет много модификаций, что существуют различные разновидности пропорциональной системы:

- в зависимости от способа распределения мест (Метод д'Ондта, Метод Сент-Лагю);

- в зависимости от наличия процентного барьера;

- в зависимости от избирательных округов (выборы по единому многомандатному избирательному округу или выборы по множеству многомандатных избирательных округов;

- в зависимости от использования закрытых (жестких) или открытых (мягких) списков кандидатов. При голосовании по закрытым спискам избиратель вправе отдать свой голос только за тот или иной список кандидатов в целом. Открытые списки позволяют избирателю проголосовать не только за определенный список кандидатов, но и за одного или нескольких кандидатов внутри этого списка.

Следуя политической конъектуре, а не конституционному праву, коллегия Конституционной палаты поставила страну в тяжелое положение. Лишение права народа на избрание депутатов в Жогорку Кенеш - это серьёзный удар по народовластию, по демократии и, соответственно, Конституции.

Признавая субъектом избрания политическую партию, а также то, что формирование государственной власти осуществляется через представительство партий, а не народа, тогда как Конституция установила субъектом избрания депутата, коллегия КП, по сути, не только превысила свои полномочия, толкуя норму Конституции, но и поставила под сомнение легитимность тех, кто, не получив голоса избирателей, считают себя депутатами.

Решения Конституционной палаты должны основываться строго по Конституции. Это аксиома. Вышеизложенные примеры доказывают, как политика может проникнуть в ткань толкования Конституции. Поэтому, толкование норм Конституции, в надежде на то, что принятые акты обжалованию не подлежат, - это не просто превышение полномочий, это путь в никуда.

Грустно от осознания беззащитности Конституции, ее беспомощности перед “ненасытным хотением властей”, которые за короткую новую историю страны успели поменять, внести изменения, дополнения двенадцать раз, и которую в очередной раз собираются менять.

Кадырбеков Ишенбай

Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции.
Как разместить свой материал во «Мнениях»? Очень просто
Добавить

Другие статьи автора

23-03-2019
Украденное право избирателей
3648

20-02-2019
Все могут короли
5482

01-02-2019
О государственных гарантиях высшим должностным лицам в законопроекте депутата М.Бакирова
3050

14-10-2018
Некорректная правда
1065

04-12-2017
Сможет ли С.Жээнбеков стать отцом нации?
3100

02-11-2017
Господа депутаты, члены правительства
2178

04-12-2016
Бесполезный законопроект
2560

23-08-2016
Что произошло в мартовские дни 2005?: Революция, государственный переворот, узурпация власти, или как Бакиев провозгласил себя премьер-министром и исполняющим обязанность президента
2729

Еще статьи

Комментарии
Комментарии будут опубликованы после проверки модератором
Для добавления комментария необходимо быть нашим подписчиком

×