Добавить свою статью
8 Апреля 2024
О будущем Центральной Азии и Кыргызстана в условиях распадающегося мира или концепте образующихся панрегионов

«Ключевой тренд Средней Азии – из отдельного макрорегиона

она ретиво скатывается к безысходной позиции «отстойника проблем»

А.Школьников

О том, что мир вступил в решающую эпоху распада в последние годы автором писалось в ряде статей, где приводились аналитические и теоретические выкладки различных авторов по этим процессам. В основном российских, которые в свою очередь опираются на многочисленные исследования по этим вопросам на других ведущих авторов-исследователей, в том числе западных.

В них также приводились попутные рекомендации по кардинальному пересмотру основных векторов внутренней и внешней политики Кыргызстана в привязке к этим процессам. В частности, этим вопросам была посвящена недавняя статья «О многополярном мире и мире панрегионов в контексте проблем внешней и внутренней политики Кыргызстана», где рассматривались весьма интересные взгляды известного российского аналитика-геостратега А.Школьникова.

Этому автору принадлежит и другая не менее интересная статья «Геостратегический взгляд на будущее Средней Азии» от сентября 2022 года, которая также написана в логике его теории панрегионов и дает некоторую гипотетическую картину недалекого будущего нашего региона. С этой картиной можно соглашаться или не соглашаться, но ее нужно изучать на предмет ее состоятельности и обоснованности, и делать соответствующие выводы.

Поэтому в рамках данной статьи попробуем рассмотреть ее более подробно, руководствуясь известной поговоркой «со стороны виднее», и приведем ключевые цитаты и выдержки из нее.

«…Данный регион представляет большой интерес, так как раньше он входил в состав нашей страны, а сейчас, находясь в подбрюшье России, является идеальным местом для удара по ней и, естественно, источником неисчислимых проблем. Вновь обратившись к этим тревожным вопросам, остановлюсь в этот раз на территориях современных Узбекистана, Туркмении, Киргизии, Таджикистана и южной части Казахстана

Наибольший интерес для нас представляет, конечно, Казахстан, который, по оценкам большинства геополитических сценариев, практически обречен стать в ближайшие годы в том или ином формате частью Русского мира в качестве одной из территорий Ближнего круга. Будущее же остальных среднеазиатских земель во многом определяется интересами больших игроков и наличием рядом с ними «черной геополитической дыры» – Афганистана. И, к несчастью, наиболее вероятная перспектива для данного региона – превращение в Дикие земли с последующим формированием единого с Афганистаном пространства на принципах и законах последнего. Это, предположительно, будет так называемый Чагатайский улус…

В современном мире, из-за возросшей роли информационной, технологической и культурной связанности, прежнее понятие макрорегиона потеряло значимость, так как установление политических границ и наращивание коммуникаций с метрополией без особых проблем преодолевает естественные границы и устанавливается практически независимо от них. Так, согласимся, давно уже стало условностью разделение на регионы внутри Европы. Другим вариантом перекраивания границ макрорегионов стало «усыхание» – отказ от развития естественной сухопутной внутренней связанности инфраструктуры. Последнее происходит за счет замещения, переориентации на создание морских транспортных путей вдоль побережья, через море – Латинская Америка, Африка, Ближний Восток.

То есть понятие макрорегиона перестало играть важную, определяющую роль в описаниях и размышлениях о судьбах населения и стран. Положение упростилось ещё больше, чем это случилось с эксклавами, – предрасположенность осталась, предопределенность исчезла полностью. Границы и коммуникации будущих панрегионов, как до этого и глобального мира в целом, будут проходить поверх привычных границ, перекраивая макрорегионы и превращая их, по сути, в исторические, утратившие актуальность названия областей.

Интересным примером угасающего, исчезающего макрорегиона является Средняя Азия, правопреемница гигантского исторического макрорегиона Великой степи. Последний включал в себя исторические районы проживания кочевых народов евразийской степи, ареал распространения которых колебался в зависимости от климата, а также непосредственно связанные с ним земледельческие и городские культуры наподобие территорий Ферганской долины или берегов Амударьи, Сырдарьи, Волги.

За последние века у населения макрорегиона кардинальным образом сменилась форма хозяйствования, эволюционировали социально-экономические отношения, а также – из-за экспансии и расширения влияния соседей – значительно уменьшилась территория:

• южные районы европейской части России, Урала, Сибири и Дальнего Востока интегрированы в Россию (привязаны к другому центру, иной по происхождению культуре);

• Монголия отсечена и в культурном плане превратилась в анклав, чуждый другим остаткам Великой Степи;

• Внутренняя Монголия и другие регионы северного Китая плотно интегрированы в Китай;

• уйгурские территории целенаправленно и планомерно перевариваются Китаем и наращивают внутреннюю связанность;

• северный Казахстан временно вернулся в Среднюю Азию политически, но текущая политика властей подталкивает его к аттрактору Оренбургского генерал-губернаторства в составе России.

Ключевой тренд Средней Азии – из отдельного макрорегиона она ретиво скатывается к безысходной позиции «отстойника проблем», Диких земель / Территории свободной охоты между панрегионами и региональными державами – Россией, Китаем, Большой Индией (включая Пакистан) и Ираном. Соседи, понятно, заберут и отторгнут всё, что им нужно, сбросят лишнее и поделят бывший квазиединый регион на очень условные зоны влияния. Никто сегодня не заинтересован в захвате и интеграции всего макрорегиона – необходимое для этого противостояние и борьба с конкурентами не окупятся, договориться же пока сложно, а интегрировать и приводить данные территории в порядок – дорого.

Если бы в Средней Азии уже была страна, сопоставимая по политическим, военным, экономическим ресурсам и технологиям, а также, разумеется, по смыслам/проектности с современными Ираном или Турцией, у макрорегиона, несомненно, было бы будущее. В настоящий же момент, например, Узбекистан, по мнению многих – самая развитая (за исключением Казахстана) из четверки рассматриваемых государств – даже трети от нужного не имеет, и речь здесь идет отнюдь не о численности населения, а о комплексе важнейших других государствообразующих параметров (армия, ВПК, экономика, смыслы, пассионарность, элиты и др.).

К текущим проблемам нужно добавить интересы и влияние внешних игроков, которые жаждут осложнить жизнь соседям в Средней Азии, а также и фактор Афганистана. Хотя исторически большая его часть не была составной частью Великой степи, теперь он отторгается и выталкивается туда как очаг проблем и нестабильности макрорегионами Ирана и Большой Индии (включая Пакистан) …

Таким образом, есть резон считать, что если для геополитики 20-го века и более раннего периода понятием макрорегиона обозначалась важная природно-географическая общность, естественная с точки зрения как неприятельской экспансии, так и возможностей её ограничения территорией, то значительно возросшая в мире связанность привела к уменьшению, а то и к исчезновению многих границ между макрорегионами, превратив их тем самым не более чем в элемент истории. Современная Средняя Азия как преемница Великой степи является хорошим примером угасания и утраты значимости геополитического образования подобного типа.

Если бы в Средней Азии уже существовала региональная держава, сопоставимая с Ираном или Турцией, то в перспективе нескольких лет у данного макрорегиона были бы неплохие шансы развития, но ничего подобного в реальности нет. Поэтому, с очень большой вероятностью, здесь вступит в действие инерционный сценарий – переход в Дикие земли, из которых близкие, соседские силы, не заботясь о происходящем, будут просто выкачивать всё нужное, а дальние силы будут стремиться к устройству социально-экономического взрыва, чтобы навредить своим противникам.

В период холодной войны и последующие 30 лет однополярного мира привычным делом стала относительная стабильность внешнеполитических границ: страны могли распадаться, объединяться, колонии – объявлять независимость, но при этом границы между соседями не менялись с точностью до демаркации. Знакомые по картам очертания республик Средней Азии стали наследием распада СССР, когда международную значимость вдруг обрели мало кому интересные внутренние административные границы между «колхозами» разных народностей.

Для народов Средней Азии (за исключением таджиков) до сих пор характерно родоплеменное деление, не столь, правда, явное и сильно выраженное, как для этих же народов на территории Афганистана, но значимость его по-прежнему весьма высока. К тому же за последние тридцать лет построения независимости местные общества очень прытко архаизировались. Общенациональные идентичности, не говоря уже о политических, до сих пор здесь для многих значат меньше, чем племенные, что создает комфортную почву и для национальных конфликтов в настоящем, и для попыток искусственного этногенеза в будущем.

Если же внешним силам будет выгодно, вклиниваясь в гуманитарную повестку и раздувая различия, провозгласить отдельные племенные союзы родственными народами, то лет через 20-30, принимая во внимание демографию, пестрота этнической карты вообще вырастет в разы…

В настоящее время существуют две очевидные национальные проблемы, ставшие следствием советской национально-территориальной политики: это Каракалпакская республика (называю, как привычно звучит по-русски) в Узбекистане и Горно-Бадахшанская область в Таджикистане. Логично и вполне понятно желание центральных властей в условиях ухудшения общемировой ситуации и обострения кризисных явлений в регионе снизить риски утраты целостности. В то же время эти власти не пытаются договориться или хотя бы откупиться от местных элит, что вызывает незатухающее противодействие и сопротивление.

По мере ухудшения ситуации местные клановые / племенные элиты и элиты внутри титульных наций во всех странах региона неизбежно столкнутся с подобным ущемлением и нарушением прежних договоренностей, выхода из этой ситуации у центральных властей нет и не предвидится. Индикатором роста напряженности станет активизация исламского фактора, который неизбежно начнет переводить напряженность и конфликты с локального на общерегиональный уровень. Если после этого проблему «подвесить», то может проявиться эффект домино – нестабильность перекинется на всю Среднюю Азию. Социально-экономическое положение в регионе ухудшается на глазах, запрос на справедливость очень высок, а претензии к властям справедливы, чрезвычайно серьезны и везде практически одинаковы.

Еще одной проблемой региона, особенно в Ферганской долине, является чересполосица, лоскутное смешение поселений разных народностей, не проигнорированная в советское время, а оформленная путем официального признания многочисленных эксклавов. Если бы Киргизия и Таджикистан имели бОльшую историю государственности, то к настоящему моменту вопросы были бы решены в результате военных действий, переселения / обмена населением, утратой эксклавов или прорубания к ним коридоров. В мире полно мест, где часть народа живет в соседнем государстве, но чистых эксклавов при этом мало, такие образования очень недолговечны и всегда представляют собой залог грядущих войн и конфликтов.

Из-за наличия в Ферганской долине крупных таджикских эксклавов, окруженных киргизскими землями, с отсутствием строгого контроля за доступом к воде, оттоком киргизов, высокой рождаемостью таджиков и т.д. создаются естественные предпосылки к военным действиям. Стоит только одной из сторон достигнуть значимого преимущества и/или иллюзии легкой победы, конфликт непременно разгорится. Добавим к этому постоянные переделы и борьбу за маршруты наркотрафика, а также интересы внешних игроков (США, Британии, Фининтерна, Турции и др.), их попытки дестабилизации в регионе – и вопросов, почему тут регулярно происходят обострения, больше не возникает.

Печально, но внутреннее напряжение в республиках будет только нарастать, запрос на силу и маленькую победоносную войну – усиливаться, дыхание социально-экономической катастрофы и отвлечение внимания России и Китая от региона создадут иллюзию возможности военного блицкрига. К тому же, если даже при абсолютном падении обеспечить своему населению относительный уровень жизни лучше, чем у соседей, всегда можно будет заявлять о более высоком качестве управления. Помимо попыток сделать хорошо своим, вовсю будет процветать и стремление испортить жизнь соседям, чтобы выглядеть как можно лучше на их фоне.

Начавшийся праздник непослушания всё ширится, подталкивая руководство и элиты стран к самому простому и очевидному решению внутренних проблем – сплочению и героической победе над внешним врагом. Количество потенциальных территориальных конфликтов в мире и так велико, но в Средней Азии все осложняется еще и эксклавами.

И, да, даже без учета исламистского фактора и стремления внешних сил поджечь регион война между Киргизией и Таджикистаном, к сожалению, видимо, всего лишь вопрос времени, а Россия, Китай и Иран могут лишь тушить всполохи, не более…

Таким образом, очевидно, что в Средней Азии существуют три серьезнейших проблемы, способных, даже без попыток подрыва ситуации внешними силами, со временем привести ситуацию к вооруженным конфликтам и гражданским войнам разной интенсивности: это наличие автономий, родоплеменная структура большей части населения и эксклавы. Эти факторы накладываются на явную неравномерность распределения ресурсов (вода, энергия, полезные ископаемые, земли, транспортные пути и др.) и создают великолепную экономическую основу для конфликтов и вмешательства третьих сил.

Даже без внешнего вмешательства, из-за незавершенных процессов по формированию наций, наличия сильных родоплеменных связей, большой прослойки в местном населении салафитов и ваххабитов, существования множества эксклавов, а также необходимости централизации власти и ресурсов, можно ожидать значительного количества гражданских конфликтов и противостояний.

Маркером всерьез начавшегося ухудшения будет рост активности Турции, Британии и исламистов. Как только их влияние на ситуацию станет недвусмысленно очевидным – лучше уехать из Средней Азии хотя бы на пару недель. Где и как рванет – не важно, запылает везде…

В отличие от большинства отколовшихся от РФ тридцать лет назад республик и территорий, у стран Средней Азии (Узбекистана, Киргизии, Таджикистана, Туркмении и южных пустынных районов Казахстана) практически нет перспектив войти в состав России / других сильных игроков или создать сильные государства. 15-20 лет спокойствия, отсутствия злонамеренного интереса внешних игроков и попыток взорвать регион, чтобы досадить России, Китаю и Ирану, – и у Узбекистана, к примеру, вполне были бы шансы стать региональной державой, включившей в свою сферу влияния и окрестные земли. Только вот логика намерений совсем не совпадает с логикой обстоятельств.

Будущее региона – Дикие земли, единое пространство с Афганистаном на принципах и правилах последнего. Внешние силы, разумеется, не откажутся от контроля над отдельными анклавами, месторождениями и транспортными маршрутами, но к оставшимся территориям и населению интерес будет утерян.

Национально-территориальное наследие СССР, недосформированность наций плюс исламский фактор делают перспективы стабильности на данной территории малореалистичными. Уровень деградации и погружения в архаику зашел настолько далеко, что вернуть их к культуре, к тому же – с многократно возросшим населением, не представляется возможным в перспективе ближайших нескольких десятилетий.

И, да, вне зависимости от места начала пожар распространится по всему региону быстро, как только почувствуете запах дыма – бегите, это будет очень быстрый верховой пожар…».

Таковы, в сокращенном изложении, основные мысли А.Школьникова на будущее региона Центральной Азии в контексте выдвигаемой и продвигаемой им уже много лет концепции распада современного мира на панрегионы.

Безусловно, мысли интересные и в чем-то обоснованные, но, представляющиеся, весьма спорными и не учитывающими ряд факторов, а потому ограниченными и ущербными. Тем не менее, они дают богатую пищу для размышлений в контексте текущих геополитических процессов в регионе и интересов внешних игроков, разыгрывающих свою игру в нашем регионе.

Очевидно, что их необходимо принимать во внимание правящим элитам стран региона, в том числе и Кыргызстана, при формировании и проведении внешней и внутренней политики с целью нейтрализации негативных трендов, о которых говорится в рассматриваемой статье.

И, особенно, в контексте практической реализации предложений и рекомендаций, содержащихся в ряде предыдущих авторских статей по современным геополитическим вызовам или «тектоническим процессам глобальной трансформации» о которых в них пишется. Только в этом случае, как представляется, можно будет избежать негативных сценариев, о которых предупреждает российский автор. «Предупрежден, значит вооружен».

В заключение следует отметить, что недавнюю ужасную трагедию в московском Крокус сити нужно рассматривать в логике рассматриваемой статьи, а точнее, «афганизации» населения нашего региона, которое уже используется третьими силами как против интересов стран нашего региона, так и против России, которая теперь будет вынуждена принимать соответствующие меры. Однако не надо забывать, что только наших соотечественников там проживает сегодня свыше миллиона, не говоря уже о мигрантах из других стран Центральной Азии.

Исмаил Даиров

08.04.2024

Фото прикрепленное к статье
Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции.
Как разместить свой материал во «Мнениях»? Очень просто
Добавить

Другие статьи автора

23-05-2024
О религиозных корнях противостояния Запада и Востока
481

13-05-2024
Кыргызстан – лидер глобального проекта «Небесные горы и новый мир»
990

06-05-2024
О докладах Римского клуба, деньгах и проекте «Небесные горы»
854

02-05-2024
От Homo nervous к Homo sapiens – о соотношении ума и разума в человеке
1026

30-04-2024
Грядущий дефицит водных ресурсов грозит социальными, экономическими и геополитическими потрясениями
915

25-04-2024
От индустриализации к цифровизации – от общества потребления к обществу смыслов, основанных на сути-истине
880

19-04-2024
Проект «Небесные горы и новый мир» - путь выхода из кризиса этно-религиозного сознания, вызванного борьбой мировых проектов
1181

18-04-2024
«Небесные горы и новый мир» – глобальный проект Кыргызстана в борьбе мировых проектов.
1090

16-04-2024
«Шестеро и седьмой» - израильско-иранская «квазивойна»… затрагивает ли она соседние регионы, в том числе и наш?
1043

15-04-2024
«Шестеро и седьмой» - о возможном влиянии Кыргызстана на борьбу шести мировых проектов
1038

Еще статьи

Комментарии
Комментарии будут опубликованы после проверки модератором
Для добавления комментария необходимо быть нашим подписчиком

×