Куда делся ИГИЛ в Сирии и Ираке? На фоне других новостей с Ближнего Востока, его почти и не слышно. Но…
Весна 2025 года ознаменовалась тревожной тенденцией в Северо-Восточном Афганистане: афганский филиал «Исламского государства» — так называемый Вилаят Хорасан — наоборот активизировал свою деятельность, вербуя боевиков из числа бывших талибов и усиливая цифровую пропаганду, ориентированную на мусульманскую молодёжь в Центральной Азии.
Фраза, популярная в афганских аналитических кругах — «Талибан уходит, ИГИЛ приходит» — передаёт суть нового этапа дестабилизации. По данным местных источников, примерно до 20% боевиков Талибана были исключены из группировки — официально из-за дисциплинарных нарушений и коррупции, но по факту — из-за нехватки финансирования и смены внутренних приоритетов. Это создало питательную почву для «второй волны» вербовки ИГИЛ, особенно в провинциях Кунар, Нангархар, Нуристан, Лагман, Фарьяб, Джаузджан и Сари-Пуль, где сокращённые боевики остались без средств и структуры.
Наиболее активной зоной считается район Вардудж в Бадахшане, где зафиксированы перевербовочные центры, использующие как экономические стимулы, так и идеологическую обработку.
Современный ИГИЛ — уже не та жестко централизованная структура 2014 года. Это уже гибридная террористическая сеть, совмещающая как локальную боевую активность, так и онлайн-пропаганду, гибкие каналы финансирования, идеологическую работу через цифровое пространство. На чёрном рынке в Афганистане идёт активная продажа современного американского оружия и ИГИЛ Вилаятуль Хорасан активно использует криптовалюту и финансовые платформы даркнета для своего оснащения.
Но именно цифровая составляющая ИГИЛ ВХ становится основной долгосрочной угрозой: онлайн-радикализация молодёжи, игровые чаты, даркнет-платформы, псевдоисламские инфографики, сгенерированные ИИ ролики на таджикском, узбекском и других языках Центральной Азии, созданные ИИ псевдо фатвы — всё это сегодня уже начинает составлять арсенал ИГИЛ в интернете.
Главная угроза сегодня — не столько физическое присутствие, сколько вирусная цифровая идеология, которая может изменять ориентиры и ценности молодёжи. ИГИЛ-Хорасан, используя ИИ, возможно, будет таргетировать прежде всего обездоленных подростков и студентов в Кыргызстане, Таджикистане, Узбекистане. Не обойдет вниманием молодёжь с религиозным интересом, но без доступа к традиционному богословию. Особую цель составляют трудовые мигранты. Тысячи молодых мужчин из ЦА региона живут и работают в условиях маргинализации в России, Турции, Европе. Именно они становятся легкой мишенью для новых вербовщиков.
Среди наиболее тревожных трендов — разработка ИГИЛ роликов, фабрик ботов, ложных фатв на разных языках через ИИ-платформы, где религиозные тексты подаются с «богословской аргументацией».
В этой информационной войне за умы молодежи важно создание креативного и правдивого контента: государственные и негосударственные акторы должны поддерживать мусульманских блогеров, теологов и психологов, ведущих разъяснительную работу на основе традиционной для ЦА ханафитской правовой школы.
Так как ИГИЛ больше не требует халифата с флагами и армией. Он может существовать как вирус в головах, смартфонах и чатах молодёжи, ищущей ответы. Именно здесь и проходит сегодня настоящая линия фронта. Победа в этой войне — это не только силовые операции, запрет, но и информационная, идеологическая и просветительская, образовательная защита.
Источники и ссылки:
1. UN Security Council Report on IS-K Activities (2025)
2. Long War Journal – Mapping the Islamic State Khorasan
3. Ahmadzai, H. (2024). Digital Jihadism in Central Asia: The Role of Social Media. Central Asia Security Studies Review
4. Информационные бюллетени Минобороны Афганистана (в т.ч. по районам Бадахшана, март-апрель 2025)
