Не только интерпретации и реакция кыргызского сегмента интернета на такие глобальные мемы, как ирано-израильский вооруженный конфликт (который, вероятно, представляет собой завершающий "горячий-кровавый-военный" акт гибридной войны), но также восприятие и отражение любой информации в кыргызском медиасегменте давно вызывают серьёзную озабоченность и требуют глубокого анализа.
Кыргызские СМИ и информационная безопасность давно стали объектами оперативного воздействия внешних сил с целью манипуляции сознанием населения. Давно наблюдаются попытки контроля восприятия информации населением через озвучивание позиции местными активистами. И ныне кыргызское медиаполе как часть национального информационного пространства находится под возрастающим воздействием внешних сил, стремящихся манипулировать общественным сознанием в новых условиях цифровизации. Эти процессы нередко преследуют цели наднациональных глобальных проектов, направленных на переформатирование культурных и духовных основ общества. Современные медиа, включая цифровые платформы (Telegram, YouTube, TikTok, Facebook), также становятся инструментами для продвижения идеологических нарративов. Манипуляции и оболванивание сознания людей, внедрение чуждых религиозных, культурных и разрушительных контекстов, нарративов, ритуалов осуществляются под прикрытием отстаивания этнической идентичности и защиты ценностей этнической культуры или прав этносов, общечеловеческих ценностей, морали и прав человека.
Кыргызское медиаполе становится не продолжением внешней политики каких-либо стран, а ареной соперничества и эксперимента наднациональных мировых проектов. Так называемая "мягкая сила" по степени реализации подобных глобальных проектов и намерений уже давно превосходит экономические, военные и прочие рычаги влияния. Именно отсутствие ясного понимания коммуникативной значимости и роли ТВ и т.п. в формировании массовых настроений в так называемые "перестроечные годы" сыграло основную роль в манипуляции массовым сознанием и его развращении, искажении. Развитие цифровых технологий, трансграничных телепередач, социальных сетей и мессенджеров поднимает этот фактор на новый уровень.
Если и появляются предложения по защите информационного поля страны, то они выдвигаются в контексте тех или иных глобальных проектов, радужных целей, но не реальных интересов местного населения. Не ради правды. Не ради духовного, душевного и психического здоровья кыргызского народа.
При этом самую большую опасность представляют не телеканалы и медиаплатформы каких-либо стран или империй, а скрытые механизмы и технологии манипуляции сознанием местного населения, одностороннее давление одной из сторон в этой сфере и отсутствие прозрачности в практической деятельности заинтересованных сторон. Регулярный государственный мониторинг воздействия внешнего информационного контента и его влияния на общественное мнение, так называемое "укрепление национального фундамента информационного пространства", ни в коем случае не должны осуществляться с целью обеспечения доминирования одного из мировых проектов или их подпроектов в КР.
Мы видим, что даже любая попытка создавать собственный контент в соцсетях и выступить в роли реального здравомыслящего субъекта собственной судьбы наталкивается на невидимое сопротивление скрытого влияния, вплоть до глубоко скрытого технического вмешательства в виде хакеров. Цифровые каналы и сети уже используются для жёсткого контроля, обработки сознания населения и информационного воздействия, где особенно уязвимыми становятся не только молодёжь, но даже дети. Детей используют для пропаганды религиозных и иных догматов, для внедрения и оживления мертвых религиозных ритуалов, искусственно оторванных от истинной морали и гуманизма. Трудовые мигранты также оказываются вовлечёнными в эти процессы. Использование детей в пропагандистских религиозных кампаниях, замаскированных под благотворительные или образовательные акции, представляет особую угрозу, усиливая уязвимость молодого поколения. Такие действия, часто координируемые внешними кураторами через местных активистов и недалеких людей, подрывают духовное и психическое здоровье общества, как отмечается в исследованиях о медиаманипуляциях.
Целенаправленными подрывными действиями на протяжении многих лет сознание населения и живое общение людей доведены до состояния полного невежества. Наглядно виден очень низкий уровень культуры общения и ответственности в социальных сетях, недостаточная профессиональная подготовка большинства кыргызстанских журналистов и блогеров. Кыргызскоязычный сегмент интернета заполнен низкокачественными сообщениями примитивного и развлекательного уровня, содержащими искажения традиционной и модернизированной кыргызской этнической культуры, деструктивные религиозные проповеди, чуждые религиозные ритуалы, заклинания, иностранные мемы и "ушаки". Всё это преподносится как полноценные информационные события. Идут процессы глубокой массовой обработки сознания населения, включая детей, осуществляется целенаправленная "мягкая трансляция" чужих приоритетов.
Как официальные, так и неофициальные российские контенты информации, также кыргызские и кыргызстанские информационные продукты, связанные с арабскими, турецкими, китайскими, западными и другими центрами влияния, несут в себе не только просветительскую, информационную, развлекательную и познавательную функции, но и целенаправленную идеологическую и манипулятивную нагрузку. При этом активно продвигаются и скрыто навязываются полярные крайности: религиозное мракобесие и открытый или завуалированный разврат сознания людей под видом защиты или отстаивания общечеловеческих ценностей и прав.
При таких условиях может ли государство обеспечить безопасность граждан от манипуляций? Может ли государство использовать "мягкую силу" - инструмент, с помощью которого страны продвигают свои интересы через культуру, образование, язык и медиа, национальные СМИ?
В реальной жизни мы видим, как за "общественное мнение" выдают информационные суррогаты, иррациональную фейковую активность проплаченных журналистов, блогеров и бурную деятельность в местном информационном поле сомнительных личностей и выдвиженцев. Затем это "общественное мнение" используется для продвижения очередных политических решений. Наблюдается апробация методов, попытки превращения страны в тоталитарное государство с потребительским обществом, где свободолюбивый непокорный дух нации и духовно-нравственные традиции (бесценные достояния человечества), ритуалы и духовные традиции этнической культуры будут полностью искажены и деформированы.
При всём этом не только существует потенциал создания независимого медиапродукта, способного конкурировать по качеству и глубине на международном уровне, но и имеются образцы, примеры таких медиапродуктов. Они тесно связаны с этносами КР и представителями модернизированного кыргызского общества, культуры. Однако они игнорируются, не понимаются и отвергаются. Ради чего? Ради неолиберального трансгуманистического, арабо-турецко-исламского, неокоммунистического и неонационал-социалистического и подобных мировых проектов?
Понятно, что ни одна страна не способна полностью оградить себя от внешнего информационного влияния таких глобальных проектов. Тогда как обезопасить личное существование человека и для этого повысить устойчивость собственного общества, укрепить национальный фундамент информационного пространства? Как создавать собственный качественный медиаконтент в КР?
Прежде всего, необходимы меры по укреплению национального информационного пространства. Следует ограничить манипулятивную деятельность, особенно с использованием детей, через строгий контроль за религиозной и идеологической агитацией, замаскированной под благотворительные, культурные или образовательные инициативы. Это требует законодательных и правоохранительных мер, как предложено в исследованиях по информационной безопасности. Также необходимо разрабатывать и создавать собственный информационный контент, основанный на реальных и документальных фактах. Если в Кыргызстане будет распространяться какая-либо информация или агитация, она должна основываться не на "сказках" местных активистов и агентов влияния, не на интерпретациях принципов этих мировых проектов или религиозных догм, а на фактах реальной жизни и деятельности субъектов-носителей этих мировых проектов. За каждым таким проектом стоят конкретные субъекты, народы, культуры.
Важно вести подлинную просветительскую и научно-образовательную работу через СМИ и цифровые каналы и обеспечить создание высококачественного национального медиаконтента. Примером могут служить успешные медиапроекты в Японии, Южной Корее и скандинавских странах, где национальная культура интегрируется в цифровые платформы, сохраняя аутентичность и привлекая глобальную аудиторию. В Кыргызстане это «процесс» якобы идет, но она пока является лишь мимикрией, маскировкой для работы представителей и агентов других проектов или ведется на уровне дилентантов в экзотической форме.
Очень важно государственная поддержка профессиональной подготовки журналистов и блогеров. Исследования подчеркивают, что повышение медиаграмотности населения, особенно молодёжи, снижает уязвимость к манипуляциям.
Государственный мониторинг информационного контента должен быть направлен не на продвижение одного из глобальных проектов, а на защиту духовного и психического здоровья населения. Это требует создания независимых экспертных советов, включающих истинных ученых гуманитариев и медиаэкспертов, для оценки влияния контента на общественное мнение. Как отмечают исследователи, медиа, формирующие коллективную память, играют ключевую роль в сохранении национальной идентичности. В Кыргызстане это означает поддержку контента, основанного на реальных фактах и культурных ценностях, а не на идеологических и религиозных догмах.
Основным критерием регулярного государственного мониторинга воздействия внешнего и внутреннего информационного контента на сознание людей и общественное мнение с целью "укрепления национального фундамента информационного пространства" должно стать духовное, душевное и психическое здоровье населения Кыргызской Республики в период после гибридной войны.
Как выше сказано, потенциал кыргызского медиаполя для создания конкурентоспособного контента существует, но требует системной поддержки. Примеры успешных медиапродуктов в лице ярких и талантливых представителей этноса игнорируются в пользу чуждых и глобальных нарративов. Для их продвижения необходимы инвестиции в национальные медиаплатформы, создание условий для конкуренции с международными проектами. Исследования о медиапространстве нашего региона показывают, что без системной государственной политики и профессионализации медиасферы устойчивое развитие национального информационного пространства невозможно.
Кыргызское медиаполе может стать инструментом «мягкой силы», продвигающей национальные интересы через культуру, язык, гуманитарные науки и образование. Это требует от государства активной роли в создании качественного контента, основанного на деятельности истинных субъектов этнокультурного духовного пространства, также суверенного государства, и защиты информационного пространства от манипуляций.
Следует тщательно изучать опыт развития в этой сфере, вообще опыт социального, культурного развития, таких передовых стран и народов как Япония, Корея, Китай, европейские народы и государства, США, а также реальные теоретические концепции, разработанные представителями этих стран и народов на основе их опыта развития. Безусловно, среди всех ведущих стран мира особый интерес для нас представляет опыт Японии. Современная Япония — несмотря на ограниченность природных ресурсов, территориальную компактность и регулярные природные катаклизмы — выступает своего рода «лабораторией будущего». Японское общество уже сегодня сталкивается с теми вызовами, которые в скором времени неизбежно встанут перед всем человечеством: экологическими, демографическими, технологическими и духовными. На относительно небольшом архипелаге с одной из самых высоких в мире плотностей населения сосредоточены многие типично глобальные проблемы: от стихийных бедствий и экономических кризисов до кризисов идентичности и духовного поиска в условиях стремительно меняющегося мира. Япония пережила разрушительные войны, ядерную катастрофу, частые землетрясения и цунами. Однако именно в этих экстремальных условиях сформировалась уникальная способность японского народа к адаптации, внутренней мобилизации и философскому осмыслению жизни. Этот опыт не является исключительно национальным достоянием — он имеет универсальное значение. Он поднимает фундаментальные вопросы:
— Как сохранить человеческое достоинство и внутреннее равновесие в условиях глобальной нестабильностии и технических, технологических новшеств (ИИ, так называемых инноваций в сфере коммуникативных средств и т.п.)? — Как строить гармоничные отношения — между личностями, обществами, культурами, государствами, с природной средой и даже с космосом?
Японский путь, соединяющий высокие технологии с уважением к традиции, коллективизм с личной ответственностью, может дать важные ориентиры для переосмысления будущего кыргызского народа и других народов в глобальном масштабе.
(Продолжение следует. Оно будет представлено в статье, посвященной анализу японской концепции Д. Икеды).
Эмиль Каниметов
