Роман Ч.Айтматова «Плаха» написан в 1980-90 годы, когда страну сотрясал системный кризис. Фактически произошла тогда мощнейшая социальная революция в последствии приведшая к величайшей катастрофе XX века – крушению мировой сверхдержавы – Советского Союза. Айтматов был тогда не просто писателем, но и прямым и непосредственным участником этих исторических процессов в качестве члена Президентского Совета М.С.Горбачева.
В одном из своих интервью Ч.Айтматов на вопрос: «Но Вы все-таки не случайно выбрали на роль главного героя христианина, а не мусульманина? Ответил: «Разумеется, не случайно. Христианская религия дает очень сильный посыл фигурой Иисуса Христа. Исламская религия, в которую я включен своим происхождением, подобной фигуры не имеет. Мухаммед – не мученик. Случались у него тяжкие, мучительные дни, но чтобы за идею распяли и чтобы он это простил людям навсегда – такого нет. Иисус Христос дает мне повод сказать современному человеку нечто сокровенное. Следует добавить, что в христианской религии человек устремлен к богу, наивысшая цель человеческой жизни – соединиться с создателем, однако при этом за человеком все-таки остается свобода выбора, и конкретный путь к спасению души он выбирает самостоятельно (курсив мой – Ж.С.).
Время было крутое, революционное и великому писателю и мыслителю было по душе крушение на его глазах ненавистного тоталитаризма, хлынул свежий воздух свободы, отмирало все отжившее и реакционное. Он видел, что существующие религии как и другие формы общественного сознания оказались в кризисе, подлежат возрождению в форме, отвечающей новым нуждам человечества.
Главный герой романа Авдий Каллистаров, который еще учится в духовном учебном заведении говорит как бы устами Ч.Айтматова: «Дело вовсе не во мне, а в том, что традиционные религии на сегодняшний день безнадежно устарели, нельзя всерьез говорить о религии, которая рассчитана была на родовое сознание пробуждающихся низов. Сами понимаете, если история сможет выдвинуть новую центральную фигуру на всемирном горизонте верований – фигуру Бога-современника с новыми Божественными идеями, соответствующими нынешним потребностям мира, тогда еще можно надеяться, что вероучение будет чего-то стоить. Вот причина моего ухода».
Ч.Айтматов отражает особое внимание христианству и потому, что оно из всех монотеистических религий в прошлом бывало серьезной созидательной силой. Христианство, например, распространило недопустимую ранее мысль, что все люди равны перед Господом, и таким образом повлияло на политические системы, социальные иерархии и даже отношения полов. В Нагорной исповеди Иисус пошел еще дальше – заявив, что кроткие и гонимые любимы Господом превыше всех, он перевернул пирамиду власти с ног на голову и обеспечил идейную поддержку многим поколениям революционеров. В романе это отражается в следующем диалоге Христоса и Понтия Пилата.
Понтий Пилат: Признай, что ты лжепрозорливец, лжепророк, не уверяй, что ты царь Иудейский, чтоб чернь отхлынула от тебя, чтобы не соблазнять их напрасным и преступным ожиданием. Никакого Царства справедливости быть не может. Справедливо всегда то, что есть. Есть в мире император Тиверий, и он и есть незыблемый оплот мироустройства. А Царство справедливости, речами о котором ты подбиваешь легкомысленных роптать, - пустое дело! Подумай! И не морочь голову ни себе, ни другим. Но ты соблазн посеял своим учением, и этим сильно озабочен ваш первосвященник, поэтому раскрой свой обман. А сам удались в Сирию или в другие страны, и я, как римский прокуратор, попробую тебе помочь. Соглашайся, пока не поздно. Что ты опять молчишь?
Христос: Я думаю о том, наместник римский, что оба мы столь различны, что вряд ли поймем друг друга. Зачем же я буду кривить душой и отрекаться от ученья Господа таким образом, чтобы тебе и кесарю было выгодно, а истина страдала?
- Не темни, что выгодно для Рима – то превыше всего.
- Превыше всего истина, а истина одна. Двух истин не бывает».
Помимо социальных и нравственных реформ, христианство инспирировало важные экономические и технологические новации. Католическая церковь создала в средневековой Европе наиболее изощренную административную систему, первой начала использовать архивы, графики, каталоги и другие способы обработки данных. Ватикан был чем-то вроде европейской Кремниевой долины XII века. Церковь учредила первые в Европе экономические корпорации – монастыри, - которые в течение тысячи лет возглавляли европейскую экономику и внедряли передовые управленческие и сельскохозяйственные методы.
И, самое главное, христианство дало человечеству великих духовных лидеров и реформаторов. Их искания в корне отличаются от религий, так как религии, которые стремятся укреплять мировой порядок, а духовность стремится из него вырваться. Зачастую духовные искатели видят свою миссию в том, чтобы подвергать сомнению верования и установления господствующих религий. Так, протестантский бунт против католической церкви был поднят не атеистами-гедонистами, а набожным монахом-аскетом Мартином Лютером, который хотел ответов на краеугольные вопросы жизни и отказался удовлетвориться лишь церковными обрядами, ритуалами и сделками.
Во времена Лютера Церковь предлагала своим адептам на редкость соблазнительные сделки. Если вы грешили и боялись вечного проклятия, единственное, что от вас требовалось, - развязать кошель и купить индульгенцию. В начале XVI века Церковь нанимала профессиональных «продавцов Божьей милости», которые бродили по городам и весям Евромы и торговали индульгенциями. По прейскуранту. Нужен входной билет в рай? Выкладывайте десять золотых. Хотите воссоединиться там с вашими покойными дедушкой и бабушкой? Нет проблем, но это обойдется уже в тридцать золотых.
Суть лютеранской реформации сводится к спасению души возможно только через веру в Христа и Божью благодать, а не через добрые дела, церковные обряды или покупку индульгенций. Это движение отказалось от роли церкви как посредника, признало Библию единственным авторитетом, заменило латынь на национальные языки в богослужениях и отменило монашество и продажу церковных должностей.
Таким образом в христианстве существует две основные позиции относительно «свободы выбора» в вопросе спасения: протестанство, подчеркивающее возможность человека достичь спасения только через свой личный выбор и кальвинизм, сфокусированный на предопределении Богом, где спасение зависит от суверенной воли Бога, а не от человеческих усилий.
, Жан Кальвин (1509-1564гг) укрепившая лютеровские идеалы эпохи Возрождения, оказал глубочайшее влияние на зарождавшийся дух современного Запада. К концу XVI в. кальвинизм стал международной религией, которая преобразила общество и заставила людей поверить, что при желании можно добиться чего угодно. В 1645 г. кальвинизм разжег в Англии пуританскую революцию под предводительством Оливера Кромвела и стал толчком к колонизации Новой Англии (начиная с 1620 г.)
Выдающийся английский историк А.Тойнби писал: Согласно моей интерпретации западной истории, западная религиозная революция XVII века была наиболее великим и наиболее значимым разрывом в последовательности западной истории со времени обращения Римской империи к христианству в IV веке.
Религиозное изменение в ходе XVII столетия было неправомерно интерпретировано как просто негативное событие, а именно – отступление от христианства. Не нашло признания то обстоятельство, что человеческая природа не приемлет религиозный вакуум и что, следовательно, когда в обществе убывает влияние религии предков, она рано или поздно должна быть заменена одной или несколькими религиями.
С моей точки зрения, вакуум, созданный на Западе отступлением христианства в XVII столетии, был заполнен подъемом идеологии гуманизма. Это означает, что отныне человек стал центром вселенной и стоит над Богом, как писал Ницше «Бог умер». Отсюда и берет свои истоки такая важнейшая ветвь гуманизма – либерализм. Его альтернативы – социализм и фашизм. Таким образом Христианство в своем протестантском варианте является колыбелью либерального капитализма (курсив мой-Ж.С.).
Либеральный капитализм, вооруженный нарративом «покупатель всегда прав» убедил человечество, что равновесие хуже хаоса и что алчность – отличное качество, поскольку ускоряет рост. Таким образом новое время разожгло в людях тлевшее ранее желание наживаться и разрушило порядки, державшие ненасытность в узде.
Вопиющее неравенство между богатыми и бедными, колониализм и бесконечные войны, роскошь и разложение правящих классов, – вот далеко не полный перечень свирепствующего сегодня потребительства чтобы удовлетворить потребности жизни благополучного американца, потребуется еще несколько планет. Но она у всех одна. Человеческая алчность повлечет за собой экономический крах, политические волнения, падение уровня жизни и поставит под угрозу само существование человеческой цивилизации.
Следующее требование либерального капитализма «Избиратель знает лучше, ему виднее» и в конечном счете венцом этого выступают выборы.
Выборы – существенное, но не единственное достоинство государственной системы. Важнее, чтобы о власти судили на основании критериев, связанных с конституционными законами. Если несмотря на ограниченность демократии правительство стабильно наращивает предоставленных необходимых свобод, его не следует относить к диктатурам. Даже предлагая ограниченный политический выбор, такие страны как Сингапур, Малайзия, Иордания и Марокко, предоставляют лучшие условия для жизни, свободы и счастья своих граждан, нежели многие диктатуры на планете.
Либеральный капитализм утверждает, что «красота в глазах смотрящего». Так ли это? Как справедливо пишет А.Кончаловский, европейское искусство было разрушено постмодернизмом, который с середины XX века пытался избавиться от традиций, забыть их. Всмотритесь на пресловутый «Квадрат» Малевича», который не соответствует ни одному из высоких критериев, необходимых для создания произведения искусства. Он не сообщает чувств, а вызывает только интеллектуальное любопытство. Квадрат выкуплен и включен в Музейный фонд России. Рыночная стоимость «Квадрата», признанного «памятником государственного значения» (!), может, по оценкам экспертов, доходить до двадцати миллионов долларов.
Есть ли в «Черном квадрате» мастерство? Есть ли талант? Есть ли ощущение прекрасного? Нет. Есть мастерский рекламный трюк. Есть желание «взорвать», вызвать скандал, шокировать зрителя. С этой точки зрения Малевич такой же «художник», как Герострат – архитектор, а Чикатило, извините – хирург.
Не могу удержаться и не вспомнить моего любимца по части надувания кретинов Энди Уорхолла. Он как-то позвонил в свою мастерскую и поручил фотографу нанести на шелк определенное изображение, после чего он приехал и на готовый холст…помочился. Ткань со следами урины Уорхолла была продана в Нью-Йорке за 10 млн.долларов! «Ценители искусства» знают, какое участие Уорхолл принял в создании этого «шедевра», но перекупают его, буквально вырывая друг у друга из рук»!
Это все происходит от того, что Запад отказался от христианства, от национальных традиционных ценностей. В результате свирепствует здесь идеология трансгендерства, ЛГБТ. Миллионы женщин в Америке, вышедших из дехристианизированных школ и колледжей, не собираются ни выходить замуж, ни рожать детей. Особенно хорошо нынешнюю ситуацию в Соединенных Штатах характеризует тот факт, что бывшая первая леди Америки, супруга президента США Хиллари Клинтон в день Святого Патрика, то есть в праздник католиков, отказалась пройти с торжественным шествием по Нью-Йорку, что когда-то считалось обязанностью всех высших политиков, зато приняла участие в параде геев в том же Нью-Йорке, шествуя вместе «с королевами пленэра и мужчинами в цепях».
Христианство первым из мировых религий оседлал научно-технический прогресс, что привело к вытеснению традиционных религий технологиями, порождению технорелигий. В 1850 году более 90 процентов жителей Земли были крестьянами, в деревушках на берегах Ганга, Нила и Янцзы никто не слышал о паровых котлах, железных дорогах и телеграфе. Но судьба этих крестьян уже была определена в Манчестере и Бирмингеме кучкой протестантских инженеров, политиков и финансистов, запустивших промышленную революцию. Паровые котлы, железные дороги и телеграф активизировали производство продуктов питания, текстиля, транспортных средств и вооружений, обеспечив индустриальным странам перевес над традиционными аграрными обществами на долгие 500 лет.
Марксизм и христианство имеют много общего и не случайно коммунизм считали христианской ересью.
Известный еврейский философ Ю.Харари пишет: «Почему Маркс и Ленин преуспели там, где религиозные лидеры потерпели неудачу? Не потому, что социалистический гуманизм философски изощреннее исламской и христианской теологии – просто Маркс и Ленин досконально изучали технологическую и экономическую реальность своего времени, а не копались в старинных манускриптах и пророческих снах.
Однажды Ленина попросили охарактеризовать коммунизм одной фразой. «Коммунизм есть советская власть, - сказал он, плюс электрификация всей страны». Социалисты создали для дивного нового мира дивную. новую религию. Они пообещали спасение через развитие техники и народного хозяйства, явив таким образом миру первую технорелигию и поменяв основу идеологического дискурса. До Маркса люди определяли себя и размежевывались с другими на основании представлений о Боге, а не о способах производства.
После Маркса разногласия во взглядах на технические средства и экономическую систему стали более важными и разделяющими, чем дискуссии о душе и загробной жизни.
Социализм очень современный 100 лет назад, не смог идти в ногу с новейшими технологиями. Леонид Брежнев и Фидель Кастро продолжали держаться за идеи, сформулированные Марксом и Лениным в эпоху паровых двигателей и недооценили потенциал компьютеров и биотехнологий. Либералы же, напротив, сумели приспособиться к информационной эпохе. Это частично отвечает на вопрос, почему хрущевское предсказание 1956 года не исполнилось, почему либеральные капиталисты похоронили марксистов, а не наоборот. Если бы Маркс на время вернулся к жизни, он, скорее всего, посоветовал бы своим стойким последователям уделять больше времени изучению интернета и человеческого генома, чем чтению «Капитала».
Ислам находится в куда худшем положении, чем социализм. Он пока не смирился даже с промышленной революцией, поэтому неудивительно, что ему нечего сказать о генной инженерии и искусственном интеллекте. Ислам и другие традиционные религии остаются в обществах важными игроками. Однако их роль сейчас в основном сводится к реагированию.
Потенциал многих из них слишком мал, чтобы подняться до уровня национальной идеологией, но в бытовой сфере весьма активны. Например, в нашей республике, существуют 93 различных религиозных сект и групп, которые естественно не способствуют консолидации нации, а скорее разъединяет ее. Предлгаемые ими духовные ценности, начиная от одежды до разных семейных ритуалов, противоречат кыргызскому национальному образу жизни. Так, одобряемые ими, допущение браков между близкими родственниками, т.е. так называемые кузенные браки может привести генно-демографической катастрофе.
Данная моя статья – это лишь мое вступительное слово (введение) к анализу гениального романа Ч.Айтматова, который охватывает не столько вопросы религии, сколько острейшие проблемы современной философии и проблемы земной цивилизации. Конечно, я буду заниматься над этой темой, но в моем преклонном возрасте вряд ли добьюсь многого. Дело наших философов, теологов, особенно молодых дойти до сути, до корней этого несравненно бесподобного произведения.
