Январь 1975 года. Исполнилось ровно 4 года, как я работаю первым секретарем Сокулукского райкома партии. Дела идут в гору. Район становится лучшим в республике. За высокие показатели в сельском хозяйстве я награжден орденом Ленина. Мне скоро 39 лет. Пребываю в приподнятом настроении.
И вдруг раздался длинный и тревожный звонок. Звонил из Фрунзе весьма интеллигентный и хорошо знакомый мне человек Медербек Абдыкулов – заместитель министра народного образования республики. Он достиг головокружительной карьеры в годы правления страной Исхаком Раззаковым. Работая первым секретарем ЦК комсомола, сразу повышается на должность секретаря ЦК Компартии Киргизии по идеологии, а затем избирается первым секретарем Ошского обком партии. Тогда эта область занимала половину всей республики. Сейчас же там имеем 3 области: Ошская, Жалал-Абадская и Баткенская. Все считали, что М. Абдыкулов – это будущий руководитель республики. И вдруг резкий поворот судьбы. Его освобождают от обязанностей первого секретаря Ошского обком партии без огласки причин и снижают до уровня заместителя министра. Но и на этом посту он проработал добросовестно много лет, до своего ухода на пенсию.
Утренний звонок Абдыкулова меня ошеломил и окончательно расстроил. Оказалось, что ночью 5 января 1975 года на главной трассе Рыбачье – Фрунзе, недалеко от столицы, произошла страшная авария автомашины «Волга», где находились великий хирург Иса Ахунбаев, его жена, дочь и зять. Все они погибли. Такая страшная весть ударила меня как молния. К тому времени я был хорошо знаком с Исой Коноевичем и даже не раз бывал с ним дома у того же Медербека Абдыкулова. Несмотря на большую разницу в возрасте в 28 лет, он уважал меня как молодого ученого, партийного руководителя и исполнителя любимых им народных песен. Я же его просто обожал. Ведь он был исключительно известным человеком не только в республике, но и во всем Советском Союзе. Он кончал медицинский факультет Среднеазиатского государственного университета (САГУ) в Ташкенте. И в 1935 году, когда ему было всего лишь 27 лет, был назначен Народным комиссаром здравоохранения Киргизской ССР. Был членом ЦК Компартии Киргизии, депутатом Верховного Совета СССР трех созывов и депутатом Верховного Совета Киргизской ССР двух созывов. В 1948 году стал ректором Кыргызского государственного медицинского института и был избран членом-корреспондентом Академии медицинских наук СССР. Я впервые увидел Ису Коноевича в 1952 году, когда учился в Кыргызском сельскохозяйственном институте. В то время хлопчатник был не только культурой, дающей «белое золото», но и бичом для подрастающего поколения. Нас, студентов, ежегодно во вред учебному процессу, отправляли на юг республики для сбора хлопка-сырца сроком на 1,5-2 месяца. И когда мы садились в товарные поезда, ректор мединститута Ахунбаев лично сам провожал своих питомцев со столичного железнодорожного вокзала. Такой молодой, культурно одетый и приятный человек. Все студенты восхищались им.
В суровые годы Великой Отечественной войны (1943) во Фрунзе был открыт Киргизский филиал Академии наук СССР. Его председателем был назначен выдающийся ученый с мировым именем Константин Иванович Скрябин. По существу, именно он заложил фундамент будущей Академии наук Кыргызстана. Его заслуги были высоко оценены при жизни: его имя было присвоено Кыргызскому сельскохозяйственному институту, где я учился студентом, а затем стал и ректором этого единственного аграрного вуза в республике. И что примечательно, именно мне из всех ректоров удалось установить в 1982 году величавый памятник Константину Ивановичу Скрябину перед главным корпусом. А в 1983 году Кыргызский сельскохозяйственный институт имени К.И. Скрябина был награжден орденом «Знак Почета» в связи с его 50-летием и за заслуги в подготовке высококвалифицированных специалистов для сельского хозяйства. Орден был вручен вузу самим первым секретарем ЦК Компартии Киргизии Турдакуном Усубалиевым.
В 1952 году академик Скрябин передает научную эстафету кыргызскому ученому И.К. Ахунбаеву, и он становится председателем президиума Киргизского филиала Академии наук СССР (Кирфан). При непосредственной инициативе Исхака Раззакова в 1954 году во Фрунзе организуется Академия наук Киргизской ССР и ее первым президентом становится Иса Коноевич Ахунбаев. Открытие Академии наук стало историческим событием для республики и она сыграла неоценимую роль в развитии экономики и творческого, в том числе научного потенциала нашей страны. Многие производства промышленности, сельского хозяйства и других отраслей народного хозяйства начали вестись на научной основе, что обеспечивало высокую производительность труда и повышение жизненного уровня населения. В республике выросла целая плеяда крупных ученых по всем направлениям экономики и общественной жизни.
С учетом достижений Академии наук Киргизской ССР, в 1996 году была организована Кыргызская аграрная академия, где удалось интегрировать сельскохозяйственную науку непосредственно с производством и на этой основе добиться высоких результатов в агропромышленном комплексе. Ваш покорный слуга был утвержден президентом Кыргызской аграрной академии. Такая удачная форма объединения науки, высшего образования и производства нашло широкую поддержку со стороны международных Научных центров и Всемирного банка. Начали укрепляться прямые связи кыргызских ученых со своими зарубежными коллегами, что позволило войти в мировое исследовательское пространство. Однако в пору своего рассвета указом президента Кыргызской Республики Аскара Акаева в 2002 году Кыргызская аграрная академия была ликвидирована совершенно необоснованно, по политическим соображениям. Тем самым был нанесен сокрушительный удар по прогрессивному направлению совместного развития науки, высшей школы и производства. Вместе с тем идеи и фундамент, заложенные Исой Ахунбаевым в Академии наук Киргизской ССР в 50-х годах и в начале 60-х, продолжают жить и развиваться и в XXI веке. Благодаря усилиям президента Кыргызской Республики Садыра Жапарова Национальная академия наук в настоящее время функционирует при Президенте Кыргызской Республики, что гарантирует устойчивое развитие высшего научного центра страны. Значительно повышена заработная научных сотрудников и всемерно укрепляется кадровая и материально-техническая база академии. В 2024 году торжественно отметили 70-летний юбилей Национальной академии наук, где особо подчеркивалась роль первого президента Академии наук Исы Коноевича Ахунбаева в ее становлении и дальнейшем развитии. Не случайно, высшая награда Национальной академии наук республики за выдающиеся научные открытия называется Ахунбаевской.
Не могу не вспомнить чисто человеческие качества Исы Ахунбаева. В начале 70-х годов И. Ахунбаев был награжден орденом Октябрьской революции – вторым по старшинству (после ордена Ленина) орденом СССР, учрежденным в октябре 1967 года в честь 50-летия Великой Октябрьской социалистической революции 1917 года. По этому поводу наш общий товарищ Медербек Абдыкулов пригласил к себе домой в гости Ахунбаева и меня. Иса Коноевич обрадовался нашей встрече и улыбаясь, сказал:
– Жамин, хотя ты первый секретарь райкома партии я все же попрошу тебя спеть нам свои душевные песни.
– С удовольствием, - ответил я.
Настолько он был прост и обыкновенен, что я быстро привык к нему. Мы поздравили его с высокой наградой Родины и поднимали тосты, пили армянский коньяк высшего качества. Он часто курил и много шутил. Я даже начал забывать, что он великий гражданин своей страны, выдающийся академик-хирург, впервые в Кыргызстане осуществивший операцию на сердце. Потому что у него не было даже элемента чванливости и высокомерия. В дружественной компании он ничем не отличался от других и тем самым создавая самую благоприятную атмосферу.
Пошел разговор и о Т. Усубалиеве. На широчайшей груди Ахунбаева сверкал орден Октябрьской революции. И в этой связи он говорил: «Некоторые недоброжелатели распространяют сплетни о том, что первый секретарь ЦК плохо относится ко мне. Ничего подобного. Во-первых, я ушел с поста президента Академии наук в 1960 году, когда республикой руководил Исхак Раззаков. А во-вторых, именно Турдакун Усубалиев наградил меня этим высоким орденом за мои скромные заслуги в должности заведующего обычной кафедрой, которых очень много в наших вузах, но орден получил только я. Спасибо ему».
Другой пример. В те годы мой однокашник по сельхозинституту, председатель Нарынского облисполкома Карыбек Тыналиев попал в аварию и серьезно повредил свое бедро. В тяжелом состоянии его привезли прямо в клинику Ахунбаева и он там интенсивно лечился. Узнав об этом, я приехал с Сокулука. В то время в лечебных учреждениях республики были очень строгие правила в отношении посещения больных. Это сейчас можно в любое время, в любой одежде и без всякого халата пройти к больным. Тогда просто никого не пропускали без разрешения лечащих врачей. Меня тоже не пропустили к Тыналиеву, хотя я представился как первый секретарь райкома партии. «Ну и что же?» - ответила суровая дежурная. Тогда я попросил ее доложить обо мне самому Ахунбаеву. С трудом согласилась. Я был поражен, когда Иса Коноевич подошел сам. Мне даже стало неудобно. Вспомнились крылатые слова: «Если Магомет не идет к горе, то гора идет к Магомету». Иса Коноевич вместе со мной зашел в палату, где лежал К. Тыналиев и думаю, что это несомненно положительно сказалось на быстрейшем выздоровлении больного. Вот таким был Ахунбаев.
Но вернемся к трагическим событиям 1975 года. М. Абдыкулов сообщил мне по телефону о гибели семьи Ахунбаевых и сказал: «Приезжай быстро и вместе с тобой пойдем к ним в квартиру выразить соболезнования. Там будет только узкий круг людей из самих близких». «Удобно ли будет мне ехать туда?» - спросил я. А он говорит: «Так Иса не только уважал тебя, Жамин, а любил как сына». Действительно, его старший сын Мустафа был моим сверстником, 1935 года рождения (а я 1936 года) и работал главным режиссером Оперного театра. Настоящий профессионал своего дела. Из всех детей Исы Коноевича, пожалуй, Мустафа был прообразом своего отца. Волевой, принципиальный, трудолюбивый, очень способный и порядочный. Он кончал Московскую государственную консерваторию имени Чайковского, работал даже режиссером Большого театра СССР и Кремлевского дворца съездов. Вернувшись на Родину, он стал народным артистом Кыргызской Республики. Это он поставил монументальное полотно-оперу «Манас», ставшей явлением культурной жизни республики. Он осуществил постановку шедевров мирового оперного искусства. Скончался Мустафа в 2017 году в возрасте 82 лет.
…Когда мы вошли в квартиру по улице Киевской и бульвару Дзержинского с просторными комнатами, то я ужаснулся и чуть не потерял сознание. В большой комнате справа от коридора лежали Иса Ахунбаев и его супруга Бибихан Исмаиловна, а в противоположной комнате – его дочь и зять, ну совершенно молодые люди. Да и самому Ахунбаеву было всего лишь 66 лет. Выразив свои глубокие соболезнования детям и близким, мы покинули квартиру. Выйдя на свежий и холодный воздух января, я еле пришел в себя. Это была жуткая картина и страшная трагедия.
На следующий день официальное прощание с покойным состоялось в здании Кыргызского государственного медицинского института, где Иса Коноевич проработал ректором, а затем – заведующим своей любимой хирургической кафедрой до конца своей жизни. И благодаря своим выдающимся трудам стал отцом отечественной медицины. Возле мединститута собрались не сотни, а тысячи простых людей. Причем чуть ли не всех национальностей, проживающих в республике. Мы с Абдыкуловым не смогли пройти внутрь помещения из-за того, что главный вход был буквально перекрыт людьми. Пришлось ждать выноса тел и пройти пешком по тогдашней улице 40 лет Октября (нынешняя ул. Ахунбаева) до улицы Белинского (нынешний проспект Манаса). Затем только сели в автобусы и поехали на Ала-Арчинское кладбище. Одновременно хоронить четырех человек было жутко. В общем похороны превратились в общенациональный траур. Море людей провожало Ису Ахунбаева в последний путь.
На практике нашей республики таких похорон было не так уж и много. Четко помню многолюдные похороны в 1973 году «Утренней Звезды» кыргызского народа, народной артистки СССР Бюбюсары Бейшеналиевой в возрасте 46 лет, когда при всех рыдал даже Чингиз Айтматов. Общенациональным трауром стала и смерть председателя Совета Министров Киргизской ССР незабвенного Султана Ибраимова, когда на его похороны в 1980 году вышел чуть ли не весь город Фрунзе.
И конечно же, похороны в 2008 году великого сына кыргызского народа, писателя всех времен и народов Чингиза Айтматова оставили глубокий след в душе каждого жителя республики. Внезапная смерть подлинного инженера человеческих душ стало поистине всенародным горем.
Я часто задаюсь вопросом, почему весь народ так сильно любил Ахунбаева. Ответ прост: он плоть от плоти был народным врачевателем. Он никому не отказывал в лечении, работал днем и ночью. Или говоря крестьянским языком, пахал да пахал, причем глубоко. Был человеком, доступным всем. Он не кичился своим высоким положением министра, президента Академии, депутата Верховного Совета СССР и Киргизской ССР. Он просто жил и честно служил своему народу. И поэтому, хотя и прошло целых полвека с той январской трагедии 1975 года, люди помнят его и исключительно тепло вспоминают. Именно на таких людях, как Ахунбаев, держится Земля. Мы никогда не забудем Ису Коноевича еще и потому что он был не только верным сыном своего народа, но и совестью всей нации.
Жамин Акималиев,
академик Национальной академии наук Кыргызской Республики
