После серии саммитов на высшем уровне в формате «Центральная Азия+», прошедших в 2025 году, встреча лидеров Центральной Азии и США, состоявшаяся 6-го ноября в Вашингтоне, уже не представляла особого интереса. Основные векторы и направления сотрудничества между странами региона и ведущими геополитическими игроками уже были определены на предыдущих встречах и вопрос стоял лишь в вариациях обсуждений и перспектив на этих встречах с точки зрения интересов и приоритетов как этих игроков, так и стран региона.
Напомним, что в апреле в Самарканде состоялся саммит Центральная Азия+ЕС, итоги которого рассматривались в авторской статье «Саммит ЕС-Центральная Азия – климат или инвестиции – что важнее?». В июне в Астане саммит Центральная Азия+Китай, итоги которого рассматривались в статье «О чем говорили лидеры государств на саммите «Китай – Центральная Азия». В октябре в Душанбе Центральная Азия+Россия, который состоялся после исторического саммита ШОС в конце августа в Тяньцзине, итоги которого рассматривались в сентябрьском цикле статей.
И вот наконец состоялся вашингтонский саммит Центральная Азия+США, который созывался в спешном порядке по инициативе хозяина Белого дома и складывалось впечатление, что он пытался заскочить в последний вагон уходящего поезда…
Об итогах этого саммита можно найти уже достаточно информации в Сети и, повторимся, он не представлял особого интереса, поскольку все было сказано уже до него. Все те же дежурные высокопарные любезности, отполированные дипломатическими формулировками о «важности», «необходимости», «целесообразности» сотрудничества по тем или иным направлениям отвечающим интересам и приоритетам как стран региона, так и тем, кто представляет +. А также очередными инициативами, исходящими как со стороны стран региона в рамках обозначенных векторов и направлений, так и со стороны стран +.
Мировое сообщество уже привыкло к громогласным заявлениям и обещаниям эксцентричного хозяина Белого дома, но, как говорится, «обещать, не значит жениться» …
Отличительной особенностью, которой запомнилась прошедшая встреча, так это небывало витиеватым уровнем комплиментов в адрес хозяина Белого дома со стороны отдельных участников встречи, что можно отнести к особенностям стиля руководства и специфичности их восточной ментальности.
Удивила и инициатива президента Казахстана К.Токаева о присоединении к «авраамическим соглашениям», но ему как руководителю с огромным дипломатическим опытом и международным опытом работы, как говорится, виднее…
В упоминавшейся статье по самаркандскому саммиту ЦА-ЕС уже определялись магистральные векторы и направления сотрудничества между странами региона и ведущими геополитическими игроками.
«Европейский союз подготовил для стран Центральной Азии пакет инвестиций на 12 млрд евро в рамках программы Global Gateway («Глобальные ворота») и перечислила четыре приоритетных направления для сотрудничества: Транскаспийский транспортный коридор, критически важное сырье, «зеленая» энергетика и цифровая связь.»
Именно эти направления сотрудничества лежали в основе рассмотрения всех последующих саммитов, но в различной степени приоритетности в зависимости от интересов «плюсовых» геополитических игроков.
Как уже отмечалось ранее, Д.Трамп вышел из Парижского соглашения, соответственно, для него вопросы «зеленой» энергетики уже не представляют интереса и этим самым он уже ставит развитие своей экономики вне общемировых трендов, особенно, акцентированных в китайском векторе развития, строящего сегодня у себя «экологическую цивилизацию» и достигший впечатляющих успехов.
На вашингтонской встрече американская сторона проявила интерес в основном к двум направлениям из вышеобозначенных – развития транспортной инфраструктуры, которая есть продолжение уже начатой им инициативы на Кавказе, получившей название «маршрут Трампа» и критически важным минеральным ресурсам.
Однако для автора этих строк по профессиональным причинам гораздо интереснее были вопросы эколого-климатические, и он уже не питал иллюзий на этот счет, поскольку Д.Трамп уже достаточно четко обозначил свое отношение к этим вопросам. Особенно, в своем разгромном выступлении на последней сессии Генеральной Ассамблеи ООН в Нью-Йорке в сентябре этого года.
Эти вопросы представляют жизненно важный интерес для стран нашего региона, о чем автор этих строк постоянно пишет в своих статьях на протяжении последних более чем 20 лет. И на что опять обращалось внимание в вышеупомянутой статье по итогам самаркандского саммита. Напомним ключевые положения из нее.
«Однако для автора этих строк гораздо интереснее было как лидеры ЕС и Центральной Азии оценивают эколого-климатические проблемы, которые есть следствие экономических интересов и находятся в вечной конкуренции или даже антагонизме другу к другу, о чем он постоянно пишет на протяжении всей своей профессиональной карьеры, подводя итоги участия во многих международных конференциях, форумах и саммитах.
На них высокими должностными лицами всегда говорились правильные и выглаженные фразы о «важности», «необходимости», «ответственности перед будущими поколениями» и т.п., но проходило время фразы оставались фразами, а экологические и климатические проблемы не решались и усугублялись, а если и решались, то только по остаточному принципу.
В этом отношении не явились исключением и прошедшие встречи в Самарканде, где также говорилось об Аральской катастрофе, проблемах изменения климата, таянии ледников, важности решения всего комплекса вопросов, связанных с этими проблемами, но говорилось в каком-то урезанном, дежурном и сокращенном виде.
Чувствовалось, что спичрайтеры, готовившие речи для своих патронов выжимают нужные формулировки, не понимая сути существующих проблем, имеющих глубокие и системные корни, и для них приоритетнее именно экономические вопросы и привлечения инвестиций, нежели эколого-климатические. Как это все знакомо…
И опять-таки чаша весов между экономическими интересами и эколого-климатическими проблемами склонилась в пользу первых, хотя прошедший саммит был посвящён именно климатическим вопросам.
Следует напомнить, что на климатическом саммите ООН в 2023 году в Нью-Йорке президенты Казахстана и Узбекистана уже говорили о трендах повышения температуры в нашем регионе двукратно превышающим общемировые тренды, их заявления уже анализировались в статье от сентября 2023 года «О чем говорили президенты Центральной Азии на саммитах ООН в Нью-Йорке».
Как уже ранее неоднократно подчеркивалось, после такого заявления все государственные органы и международные организации нашего региона должны были бы обеспокоиться и принимать срочные меры по нейтрализации столь кричащего тренда в виде соответствующих программ и проектов по адаптации с приоритетным финансированием от международного сообщества и внутренних источников финансирования.
Однако, на прошедшем саммите только президент Казахстана К.Токаев опять напомнил об этом тренде, но напомнил как-то дежурно и вяло без четких акцентов и конкретных мер необходимых для борьбы с этим трендом в странах Центральной Азии. Интересно отметить, что это важнейшее положение отметила в своем выступлении, и Урсула фон дер Ляйен, но присовокупив к нему и … Европу, но в европейском регионе как известно нет дефицита водных ресурсов.
О чем это свидетельствует?!
Это свидетельствует о том, что спичрайтеры президентов, работая над проектами речей, все-таки не понимают сути и последствий этой важнейшей проблемы – ускоренное повышение температуры ведет не только к ускоренному таянию ледников и сокращению водных ресурсов, но и сказывается на продуктивности богарных и орошаемых земель и пастбищ, а значит на продуктивности сельскохозяйственной продукции в целом.»
Эти вопросы получили более-менее системное развитие на июньском саммите «Центральная Азия - Китай», где лидеры более предметно говорили об этих вопросах. В вышеупомянутой статье по итогам саммита также привлекалось внимание к этим вопросам.
В частности, в выступлении президента Узбекистана Ш.Мирзиеева говорилось:
«Один из серьезных вызовов устойчивому развитию всех наших стран – это последствия климатических изменений.
Убежден, что широкое внедрение передового китайского опыта в регионе позволит снизить риски и значительно повысить эффективность мер в сфере «зеленой» повестки и охраны окружающей среды.
В этой связи важно ускорить принятие и как можно скорее приступить к реализации Программы «зеленого» развития до 2030 года.
Предлагаем также учредить Экологический альянс в нашем формате для диалога и партнерства в сфере борьбы с опустыниванием, восстановления деградированных земель, повышения биоэкологической устойчивости в засушливых и пустынных зонах.
Отмечу, что, используя китайский опыт и методологию, мы можем реализовать пилотные проекты в регионе, включающие комплексное озеленение и создание питомников, развитие биоинженерии, станций биомониторинга, а также социально-образовательные программы.»
Безусловно, очень правильная постановка проблем, но здесь возникает вопрос – за счет чего планируется реализовывать упоминаемые масштабные проекты?.. напечатанными зелеными или красными бумажками, которыми нас обещают снабдить наши партнеры из США и ЕС, или цифровой валютой…, которая активно внедряется в последние годы ведущими геополитическими игроками, причем в долг, за который нам или, точнее, нашим детям и внукам придется расплачиваться нашими реальными активами – природными и минеральными ресурсами.
Ответ на этот сакраментальный вопрос очевиден, чтобы практически сдвинуть решение всего комплекса упоминавшихся проблем, копившихся десятилетиями, нужны не красивые дипломатические фразы на многочисленных совещаниях, саммитах и форумах с обещаниями осыпать нас кредитными бумажками различных цветов или нулей.
Нужен натуральный природный актив, цену которого хорошо знают жители Центральной Азии, причем издревле. Этот актив называется – вода, которой в условиях повышения температуры в нашем регионе становится все меньше и меньше, а населения становится все больше и больше.
Но тут возникает другой вопрос – а где можно взять этот жизненно важный актив в условиях все нарастающего водного дефицита?
В статье «Климат и вода – основа безопасности и сотрудничества в Центральной Азии», опубликованной накануне апрельского саммита ЦА-ЕС в марте с.г. автором уже привлекалось внимание к «заявлению секретаря Совета Безопасности страны М.Иманкулова о том, что Кыргызстан заинтересован в спасении Арала и необходимости вернуться к идее поворота сибирских рек, известной еще с советских времен», которое вызвало повышенный интерес не только своей актуальностью в связи со все увеличивающимся влиянием изменения климата на регион Центральной Азии.
Хотя уже очевидно, что Аральское море спасти не удалось за более чем 30-летнюю дипломатическую говорильню на различных саммитах и форумах, за исключением казахстанской части малого Арала, благодаря компетентной и дальновидной политике отдельных государственных деятелей и чиновников-государственников, не бюрократов, этой страны.
Однако проблема рационального использования водных ресурсов не решена в принципе, она усугубляется в условиях изменения климата и роста температуры, повторимся и почеркнем, почти в два раза превышающем общемировые тренды.
И вот здесь опять возникает другой сакраментальный вопрос – что важнее и приоритетнее для региона и, прежде всего, для населения стран Центральной Азии – привлечение инвестиций для реализации проектов, представляющих интерес для внешних игроков или же решение повседневных проблем населения, живущих в условиях все нарастающего стресса и давления на природные экосистемы, вызванных изменением климата и сокращением водных ресурсов?
Приведем другую выдержку из вышеуказанной статьи.
«Ключ к решению климатических проблем нашей страны и региона в целом, включая и проблему Арала, лежит в деятельности Международного фонда спасения Арала (МФСА), в котором мы «заморозили» свое участие с 2016 года, о чем также писалось во многих статьях по этому вопросу за последние более чем 10 лет.
И хотелось бы напомнить, что на последнем саммите МФСА в сентябре 2023 года президент Казахстана К. Токаев, принимая председательство от президента Таджикистана Э.Рахмона после окончания своего срока председательствования в 2026 году, выразил готовность передать право очередного председательствования нашей стране, т.е. президенту Кыргызстана С.Жапарову.
Прошло уже полтора года с его предложения и Исполком МФСА в Астане активно работает с донорским сообществом и странами региона, привлекая финансовые ресурсы под различные региональные проекты, которые из-за упомянутого решения о «заморозке» идут мимо нашей страны и сказываются на общей атмосфере сотрудничества между Кыргызстаном и другими странами региона.
А проблемы изменения климата и эффективного использования водных ресурсов, которые действительно нуждаются в совместном, компетентном и профессиональном решении, тем временем усугубляются…»
В ряде статей последних лет автором уже подчеркивалось, что вопросы экологии и климата уже давно перешли в разряд глобальных и если Кыргызстан сможет сформулировать системное видение этих вопросов и путей их решения на региональном и глобальном уровнях, то он сможет выдвинуться в число ведущих игроков на этом поле, а не быть статистом в фарватере интересов внешнеполитических игроков – региональных и глобальных.
Именно МФСА представляется хорошей платформой для продвижения интересов как Кыргызстана, так и других стран региона, в условиях давления внешнеполитических игроков со своими порой антагонистическими геополитическими и геоэкономическими интересами.
И именно МФСА представляется той платформой для реализации идеи еще советских времен о переброске части стока сибирских рек в регион Центральной Азии, но уже с применением современных трубопроводных технологий.
Имея опыт реализации таких крупных трубопроводных проектов как «Северный поток», «Турецкий поток», «Сила Сибири» и др., по которым качаются энергоресурсы, Россия вполне могла бы реализовать проект перекачки водных ресурсов по трубопроводам на взаимовыгодных условиях и с целью снятия напряженности в регионе, связанной с нарастающим дефицитом водных ресурсов.
В экспертном сообществе уже давно ведутся дискуссии по этому вопросу, но общая позиция сводится к тому, что необходимо вернуться к идее переброски части стока сибирских рек в регион, нужна лишь политическая инициатива и воля на самом высоком уровне. Проектная документация по реализации этой идеи уже была почти готова к середине 80-х годов, но из-за недальновидной политики автора перестройки она была приостановлена.
В развитие вышеупомянутого заявления секретаря Совета Безопасности Президент Кыргызстана С.Жапаров мог бы инициировать возобновление этого грандиозного проекта в качестве председателя МФСА, если «разморозится» в этой региональной структуре и примет председательство в ней начиная с 2027 года. Эту идею он мог бы продвигать также среди своих коллег по формату «Центральная Азия+», в рамках ЕАЭС и ШОС, где в настоящее время он выполняет функции председателя.
Однако, очевидно, что ключевым игроком в реализации этого проекта выступает президент России В.Путин и именно от него зависит политическая воля поручить научным и проектно-изыскательским институтам России начать работу по возобновлению этого проекта, замороженного в 1986 году.
И если лидеры России и Центральной Азии смогут договориться по этому вопросу, то, представляется, что этот проект по своей значимости войдет в один ряд с такими глобальными инициативами – китайским «Один пояс – один путь», сопряжения ЕАЭС с китайской инициативой, и упоминавшимися начавшимися в этом году инициативами ЕС и США – «Глобальные ворота» и «Маршрут Трампа» соответственно.
Более того, по своей политической, экономической, экологической и социальной значимости этот проект может не только войти в один ряд с ними, но и превзойти их, обеспечивая синергию с ними. Жители Центральной Азии очень хорошо знают цену воде: «Вода – это жизнь» или «Капля воды – дороже крупицы золота» гласят пословицы народов нашего региона.
В случае реализации этого проекта он может получить условное название «инициатива Путина-Жапарова» или, допустим, «Сибирский поток». Вода в своем круговоротном цикле, как известно, падает с небес и стекает с гор, и тогда народы Центральной Азии и глобального Юга действительно смогут определить и оценить мировых лидеров, реально ниспосланных с небес...
Следует отметить, что эта идея тесно связана с проектом по реализации строительства Камбараты-1 и Верхненарныского каскада ГЭС, также пока временно замороженного. Более подробно об этих вопросах написано в статье «ВЭК – основа «зеленой» энергетики Кыргызстана и интеграции Центральной Азии» от 2023 года, где содержится начальный и достаточно подробный алгоритм реализации этой идеи.
Подводя итог сказанному, хотелось бы отметить, что в настоящее время президент Кыргызстана С.Жапаров выполняет функции председателя ОДКБ и в конце ноября будет принимать на очередном саммите глав государств этой организации, включая и президента России В.Путина. Кроме того, он же в настоящее время выполняет функции председателя ШОС.
Вопросы экологической, климатической и продовольственной безопасности образуют логически взаимосвязанный между собой блок. Поэтому на предстоящем саммите ОДКБ в Бишкеке можно будет начать неформальное обсуждение этих вопросов, а в рамках подготовительного процесса к саммиту ШОС в следующем году продолжить обсуждение этих вопросов с вовлечением компетентных и уполномоченных органов всех заинтересованных сторон в реализации данного проекта.
Кроме того, следует напомнить, что в следующем году в Казахстане будет проводиться региональный саммит по климату и саммит МФСА, где также будут встречаться главы государств Центральной Азии, и наш президент мог бы использовать и эти встречи для продолжения обсуждения этих вопросов.
Однако, повторимся и подчеркнем, если мы наконец «разморозимся» в МФСА и наш президент возьмет на себя полномочия председателя этой региональной структуры, то начиная с 2027 года, он сможет более системно и последовательно продвигать все вопросы, связанные с этим крупным инфраструктурным проектом со всеми вытекающими отсюда последствиями для Кыргызстана и его международного авторитета и престижа.
10.11.2025
