Продолжая свои эссе о развивающихся странах, хочу сказать о том, что такая мысль у меня пришла после бурного обсуждения одной конституционной поправки, которую продвигал мой визави. Пытаясь имплементировать одну норму в наше избирательное законодательство, он убеждал нас в том, что эту норму (не помню уже о чем) он взял, используя опыт международного права. Норма была очень смешная и я заливался смехом, предчувствуя обман. Тогда, он раскрыл учебник конституционного права зарубежных стран и показал, что статья была взята из конституции Верхней Вольты, что находится в Африке. Причем, пример этой страны приводился как негативный, который нельзя использовать в практике конституционного строительства. Несмотря на настойчивость, эта норма была отклонена большинством экспертов. Поэтому продолжу развертывать эту тему.
Конституция традиционно воспринимается юристами как свод строгих правил: разделение властей, права граждан, обязанности государства. Но в некоторых уголках планеты основные законы больше похожи на манифесты национальной идеи или философские трактаты. Особенно этим славятся развивающиеся страны, которые в попытке найти свой уникальный путь или защититься от хаоса прошлого создают поистине удивительные юридические прецеденты.
Природа как истец: опыт Эквадора
Самым радикальным экспериментом можно считать Конституцию Эквадора 2008 года. Эта страна первой в мире наделила природу (Pacha Mama) собственными правами.
Суть: Теперь реки, леса и экосистемы имеют законное право на существование и восстановление. Любой гражданин может подать иск от имени реки, если ей угрожает опасность, даже если лично его интересы не затронуты.
Эффект: Это перестало быть просто декларацией. В 2011 году река Вилькабамба выиграла суд у властей, которые засоряли её русло при строительстве дороги. Это стало победой экологии над хозяйственной деятельностью. Однако у медали есть и обратная сторона: теперь любой нефтяной или горнодобывающий проект увязает в исках от имени деревьев и гор. Защита природы превратилась в мощный тормоз для экономики, создав вечный конфликт между выживанием экосистем и бюджетными доходами страны.
Тайна национального счастья: Бутан
Гималайское королевство Бутан подарило миру концепцию Валового национального счастья (ВНС), которая закреплена в конституции как цель государства. Этот показатель важнее ВВП.
Особенность: Чтобы граждане были счастливы, государство должно сохранять природу. Конституция предписывает, что лесной покров страны никогда не должен опускаться ниже 60%.
Реальность: Бутан действительно стал единственным в мире государством с отрицательным углеродным следом и иконой экологического сознания. Но «счастье по приказу» дало сбой. Молодое поколение, глядя на внешний мир через интернет, не всегда находит радость в традиционном укладе. Безработица среди молодежи растет, и многие покидают «заповедное королевство» ради обычной работы в Австралии или Индии.
Депутат-робот: антиперебежнический закон Индии
В Индии, чтобы остановить политическую коррупцию 60-х годов (когда правительства покупали и продавали за ночь), в конституцию внесли Десятое приложение — закон против перебежчиков.
Если депутат голосует против линии своей партии или переходит в другую, он автоматически лишается мандата.
В итоге была достигнута политическая стабильность. Правительства Индии теперь спокойно работают полные пятилетние сроки. Однако ценой стала внутренняя демократия. Депутаты превратились в «роботов», не имеющих права голоса, если он расходится с мнением лидера партии. Мнение регионов и избирателей больше не может быть выражено через свободное волеизъявление парламентария.
11 языков мира: ЮАР
После падения апартеида Южной Африке было жизненно необходимо объединить нацию и дать чувство равенства всем этническим группам.
Решение: Конституция признала официальными сразу 11 языков, обязав государство развивать их на равных.
Практика: Социальный эффект был достигнут — никто не чувствует себя ущемленным. Но администрирование такой системы оказалось кошмаром. Выпуск учебников, судопроизводство и официальные мероприятия на 11 языках стоят огромных денег. В реальности английский всё равно доминирует в бизнесе и политике, что создает новый разрыв между англоговорящей элитой и глубинкой.
Почему они это делают?
Подобные законодательные чудачества — это не глупость, а выживание. Чаще всего это:
1. Постколониальная реакция: Попытка доказать, что у страны есть свой путь.
2. Защита ресурсов: Единственный способ остановить корпорации от уничтожения природы.
3. Предохранители от диктатуры и хаоса: Жесткие и странные правила рождаются из боли прошлых ошибок.
Несмотря на все трудности (торможение экономики, бюрократия, отток молодежи), эти страны стали юридическими лабораториями мира. Опыт Эквадора по защите прав рек сегодня изучают в Испании и Нидерландах, а бутанское «счастье» пытаются измерить западные экономисты. Возможно, за этими экспериментами — будущее всего мирового права.
Ильяс Курманов, доктор политологии
