В одной из предыдущих своих статей («Демократия не была только продуктом европейской цивилизации») мы вели речь о развитии демократии на Востоке, что он не был олицетворением деспотизма и авторитаризма, как это считалось ранее. Нынешняя демократия есть результат взаимодействия западной и восточной цивилизации. Если говорить о правовых аспектах ограничения власти, то наиболее показательными будут примеры Вавилона (через Кодекс Хаммурапи) и Карфагена (через его уникальную систему сдержек и противовесов). Этот древний опыт таит в себе много интересного.

1. Вавилон. Ограничение власти через закон (Кодекс Хаммурапи).

Хотя Хаммурапи был абсолютным монархом, царем, его Кодекс XVIII в. до н. э. стал революционным шагом в ограничении произвола властей.

Законы были «опубликованы», т. е. высечены на каменной стеле и выставлены на площади. Это означало, что царь или чиновник больше не могли менять правила игры «на ходу». Как известно, такая же практика была присуща и для античных законов Афин и Рима, законы которых выставлялись на публичное обозрение.

Закон защищал «маленького человека». В его прологе Хаммурапи заявляет, что его цель состоит в том, «чтобы сильный не притеснял слабого». Законы регулировали процентные ставки по долгам, защищали права воинов на их земельные наделы и даже ограничивали ответственность по долгам (например, рабство за долги не могло длиться более 3 лет).

В законе содержались положения, свидетельствующие о судебной автономии в Вавилоне. Несмотря на власть царя, в городах продолжали действовать общинные суды и советы старейшин. Они решали повседневные споры, и царь редко вмешивался в их дела, если не было апелляции.

2. Карфаген как Республика «сдержек и противовесов».

Карфаген был примером того, как торговая олигархия создала систему, чтобы ни один человек не мог стать тираном (царем).

В республике существовало разделение властей — два суффета (ежегодно сменяемые) обладали исполнительной властью, но не имели права командовать армией (это делали отдельные стратеги). Это предотвращало возможность военного переворота.

Совет Старейшин (Шашим) являлся высшим органом власти, состоящий из сотен аристократов.

«Совет Ста четырех» (Комитет 104-х) являлся специальным органом, который контролировал действия военачальников и суффетов. Он напоминал «святую инквизицию» для чиновников, следя за тем, чтобы никто не захватил слишком много власти.

Если суффеты и Совет Старейшин не могли договориться по какому-то вопросу, он выносился на Народное собрание. Там любой гражданин имел право выступить и предложить свое решение. Это было очень близко к демократическим процедурам, хотя реально случалось нечасто.

3. Сравнение с поздними реформами.

Интересно, что в поздний период Карфагена (уже при знаменитом Ганнибале) произошли демократические реформы. Ганнибал, избранный суффетом, чтобы искоренить повальную коррупцию, ограничил срок полномочий судей «Совета Ста четырех» одним годом и ввел прямую отчетность перед народом. Это была попытка сделать Карфаген настоящей демократией, но поражение в войне с Римом остановило этот процесс.

Сказанное подводит нас к самому интересному парадоксу истории. Жесткая монархия с четким законом (Вавилон) обычно была более устойчивой в краткосрочной перспективе и при внешних угрозах, в то время как гибкая республика (Карфаген) лучше адаптировалась к экономическому росту, но страдала от внутренних распрей.

Вот как эти две системы вели себя «в деле»:

1. Вавилон. Устойчивость через Порядок.

Система Хаммурапи строилась на предсказуемости.

Когда каждый знает свое место и наказание за проступок четко прописано, государство работает как часы. Это позволило Вавилону пережить смену династий — завоеватели (касситы, мидийцы, персы) часто оставляли законы Хаммурапи в силе, потому что они идеально работали для управления обществом.

Но был и минус. Система полностью зависела от личности царя. Если на троне оказывался слабый правитель, то бюрократия начинала «съедать» государство изнутри, т.к. у народа не было легальных рычагов влияния на власть.

2. Карфаген. Устойчивость через Баланс.

Система Карфагена строилась на конкуренции.

Постоянная борьба партий (например, «аграрной» партии землевладельцев и «торговой» партии Баркидов) не давала власти застаиваться. Это порождало невероятную энергию. Карфаген стал богатейшим городом Средиземноморья именно благодаря инициативе своих граждан, а не приказам сверху.

Минусом было то, что в моменты смертельной опасности (как во время Пунических войн с Римом) внутренняя грызня становилась фатальной. Пока Ганнибал стоял у ворот Рима, его политические противники в Совете Карфагена отказывали ему в подкреплениях, боясь, что его победа сделает его слишком влиятельным внутри города.

Что же в итоге «победило»?

История распорядилась мудро.

Вавилонский принцип (верховенство закона) лег в основу Римского права, которое до сих пор является фундаментом юридических систем большинства стран мира.

Карфагенский принцип (разделение властей и сдержки) возродился в эпоху Просвещения и лег в основу современных конституций (США, Франции и др.).

Если посмотреть на это как на эволюцию управления, то Вавилон создал «код» (закон), а Карфаген — «архитектуру» (институты). Одно без другого в современном мире существовать не может.

Затронув самый корень политической истории убеждаемся, что переход от восточных моделей к западным (античным и средневековым) — это путь от «закона для подданных» к «правам граждан».

В связи с чем посмотрим, как идеи Вавилона и Карфагена трансформировались в других великих политических системах.

1. Античная Греция (Афины): Прямое участие.

В отличие от Карфагена, где правила элита (олигархия), Афины пошли по пути радикальной демократии.

Многие должности в Афинах занимались по жребию. Греки считали, что выборы — это признак олигархии (выберут самого богатого или красноречивого), а жребий дает шанс каждому гражданину.

Если кто-то становился слишком влиятельным (как потенциальный тиран), народ мог проголосовать за его изгнание на 10 лет (остракизм). Это была экстремальная форма «сдержек и противовесов», которой не было на Востоке.

2. Средневековые города-республики (Венеция, Новгород).

Спустя тысячелетия идеи Карфагена возродились в торговых республиках Средневековья.

В Венеции довели систему сдержек до абсолюта. Процедура избрания Дожа (главы республики) была настолько сложной, с множеством этапов жеребьевки и голосования, что подкупить всех было физически невозможно.

Магдебургское право.

В Европе и части Восточной Европы города начали получать грамоты на самоуправление. Город становился «государством в государстве» со своим судом и законами, независимыми от феодала. Это прямое наследие идеи Вавилона о том, что закон должен быть зафиксирован и неизменен.

3. Смена парадигмы:

Гражданин или Подданный?

Главное различие, которое проявилось в этом сравнении:

Почему это важно сегодня?

История восточных городов-государств учит нас, что демократия не появляется на пустом месте. Она начинается с безопасности собственности (Вавилон) и ограничения лидера (Карфаген).

В современном мире мы видим отголоски обеих систем. Например, когда мы обсуждаем реформы управления или судебной системы, мы по сути решаем ту же задачу, что и древние: как сделать так, чтобы закон был «крепче камня», а власть не концентрировалась в одних руках.

Зайнидин Курманов