В ближайшее время в столице Казахстана пройдут сразу два важных события: Региональный экологический саммит и заседание Совета глав государств Международного фонда спасения Арала — МФСА. Кыргызстан будет там. И у нас есть что сказать.
Прежде чем говорить о том, что должно произойти в Астане, давайте вспомним, как всё начиналось — и почему спустя тридцать лет мы снова вынуждены поднимать одни и те же вопросы.
После распада СССР пять государств Центральной Азии унаследовали единую советскую водную систему. Аральское море к тому времени фактически погибало — результат масштабных ирригационных проектов советской эпохи, которые потребляли воду не считая. Страны региона объединились, чтобы хоть как-то смягчить последствия этой катастрофы, и в 1993 году создали Международный фонд спасения Арала.
Идея была правильной. Но в реализации возникла одна принципиальная проблема, которая не решена до сих пор.
Кыргызстан — страна, где берут начало главные реки Центральной Азии. Через нашу реку Нарын формируется более 80% стока Сырдарьи. Наши горы и ледники — это естественные водонапорные башни, которые питают водой поля Узбекистана, Казахстана и Туркменистана. Миллионы людей в регионе едят хлеб, который вырос на воде из кыргызских рек.
Что же получал Кыргызстан взамен? В советское время действовал разумный обмен: мы накапливаем воду и отпускаем её в нужное время для орошения соседних полей — нам поставляют уголь и газ для обогрева наших домов. Справедливо.
После 1991 года этот обмен сломался. Соседи перешли на рыночные цены на энергоносители — что понятно и законно. Но воду из наших водохранилищ они по-прежнему получали бесплатно. При этом расходы на содержание и эксплуатацию гидротехнических сооружений — плотин, каналов, регулирующих узлов — целиком легли на бюджет Кыргызской Республики. То есть на плечи наших граждан.
Что оставалось делать? Токтогульская ГЭС — главная водная артерия страны — была вынуждена перейти с ирригационного режима на энергетический. Это означало, что вместо накопления воды к лету для орошения соседних полей мы начали вырабатывать электроэнергию зимой для собственных нужд. Соседи обиделись. Но альтернативы у нас не было.
А что делал в это время МФСА? Привлекал международное финансирование и реализовывал программы помощи странам Аральского бассейна. Три такие программы были приняты и выполнялись. Результат для Кыргызстана: 80–90% финансирования уходило в страны нижнего течения. Ни один гидроэнергетический проект, который кыргызская сторона предлагала в рамках Фонда, так и не был реализован. Ни один за все эти годы.
На средства МФСА нельзя было ни ледники сохранить, ни новые водохранилища построить, ни старую инфраструктуру отремонтировать. Фонд был создан формально для всего региона — но реально работал в интересах тех, кто воду потребляет, а не тех, кто её производит.
С 2009 года Кыргызстан настойчиво добивался реформы МФСА. Мы поднимали этот вопрос на уровне глав государств, предлагали конкретные изменения: учитывать гидроэнергетику, обеспечить прозрачность финансирования, создать справедливый механизм компенсации для стран верховья. Ответом было молчание или вежливый отказ.
В 2016 году, после многолетних безрезультатных усилий, Кыргызстан был вынужден заморозить своё участие в деятельности МФСА. Это было тяжёлое решение. Но оставаться в структуре, которая системно игнорирует твои интересы, — значит давать ей легитимность, которой она не заслуживает.
С 2021 года наши эксперты участвуют в рабочей группе по реформированию Фонда. Четыре года работы — и никакого реального движения вперёд.
И вот — саммит в Астане. Снова красивые слова о сотрудничестве, экологии, климате. Я не против красивых слов. Но за ними должно стоять что-то реальное.
Пока шли эти бесконечные дискуссии, Кыргызстан не ждал. Мы выстраивали двусторонние договорённости, которые работают. С Казахстаном по рекам Чу и Талас с 2000 года действует соглашение: обе стороны вносят долевой вклад в содержание водохозяйственных сооружений пропорционально тому, сколько воды каждая из них получает. Справедливо и прозрачно. С Узбекистаном аналогичная схема действует по Орто-Токойскому водохранилищу.
В 2024 году в Вене Кыргызстан, Казахстан и Узбекистан подписали соглашение о совместном строительстве и эксплуатации Камбаратинской ГЭС-1 — будущей крупнейшей гидроэлектростанции нашей страны. Три государства стали равноправными партнёрами в проекте. Это не продажа воды — это совместное вложение и совместное получение выгод. Нормальные рыночные отношения между соседями.
Именно эти прецеденты должны стать моделью для нового регионального сотрудничества по воде. Не устаревшие советские схемы, не благотворительность одних в пользу других, а честное партнёрство.
Есть ещё один вопрос, который нельзя замалчивать. Соглашение между Казахстаном, Кыргызстаном, Таджикистаном и Узбекистаном об использовании водно-энергетических ресурсов бассейна реки Нарын-Сырдарья было подписано в Бишкеке в 1998 году. Оно прямо предусматривает компенсацию Кыргызстану за водорегулирование. Это действующее международное соглашение. Оно не выполняется с 2006 года. Это нужно признать и исправить.
Наконец — климат. Наши ледники потеряли 20–27% своего объёма с 1960-х годов. Это катастрофа для водного баланса всего региона. И это не наша вина — глобальное потепление создаём не мы. Но последствия ощущаем первыми. Международные климатические фонды существуют именно для таких случаев. Задача саммита в Астане — добиться, чтобы эти деньги реально доходили до тех, кто в них нуждается.
Итак, что Кыргызстан ждёт от Астаны?
Первое — честный разговор о реформе МФСА. Если партнёры готовы к реальным изменениям — включению энергетики в мандат Фонда, прозрачности финансирования, учёту интересов стран верховья — мы готовы вернуться как полноправный участник. Если нет — давайте хотя бы признаем, что МФСА в нынешнем виде не является инструментом для всего региона.
Второе — возобновление реального, а не бумажного сотрудничества по Соглашению 1998 года. Букву закона нужно соблюдать.
Третье — масштабирование успешных двусторонних моделей. То, что работает между Кыргызстаном и Казахстаном по рекам Чу и Талас, должно стать стандартом для всего региона.
Вода — наше главное природное богатство. Не нефть, не золото, а вода. В условиях изменения климата она будет дорожать с каждым годом — и в прямом, и в переносном смысле. Мы не просим привилегий. Мы просим справедливости. И это — законное требование страны, которая кормит водой весь регион.
Кыргызстан в Астане скажет своё слово. Надеюсь, что его наконец услышат.
Аликбек Джекшенкулов,
доктор политических наук, профессор,
Чрезвычайный и Полномочный Посол,
экс-министр иностранных дел Кыргызской Республики
