Добавить свою статью
5 Января 2021
Члены нашей семьи в основном «декабристы»!

Это я говорю о том, что они родились в декабре, зимой. 7 декабря нашей матери, Нагиме Айтматовой, исполнилось бы 116 лет, у отца был известен только год рождения, поэтому его день рождения мы объединили с маминым и ему исполнилось бы 117 лет.

12 декабря старшему брату, Чингизу Торекуловичу - 92 года, а 15 декабря моей старшей сестре, Люцие Айтматовой, исполнилось бы 86 лет. А вот второй брат, Ильгиз Торекулович, родился 8 февраля 1931 года, тоже зимой. Говорят же у кыргызов, что дети, рожденные зимой, вырастают стойкими и выносливыми.

Ильгизу Торекуловичу в начале 2021 года исполнится 90 лет.

Почти век! Размышляя об этом, я вспоминаю их жизненный путь и удивляюсь множеству испытаний, которые выпали на долю их судьбы по мере изменения жизни общества. Ниже речь о моих братьях Айтматовых – Чингизе Торекуловиче и Ильгизе Торекуловиче.

О маме

2004 год, декабрь. Наш старший брат Чингиз Торекулович в то время работал послом Кыргызской Республики в Бельгии, с семьей проживал в Брюсселе. Однажды ему позвонил Ильгиз и сказал: «…Ночью мне приснилась мама, она была простой и заботливой, какой она всегда была с нами. В этом году, 7 декабря, ей исполнилось бы 100…». Чингиз прислал в тот же день на имя Ильгиза факс, в котором просил прочесть его воспоминание о маме на мероприятии, которое будет посвящено ее памяти:

“... Прежде всего, хочу сказать, что премного благодарен брату своему Ильгизу за его чуткость и душевность. Это он позвонил мне в Брюссель и напомнил о столетии нашей мамы.

И невольно припоминаю наши детские годы, хотя сам уже аксакал. В те страшные дни кровавой тирании сталинских репрессий нас спасла от погибели, вырастила и воспитала наша мать Нагима. А нас было четверо детишек. Мне, самому старшему, в 1937 году было 9 лет, Ильгизу – 6, Люсе – 3. Роза была еще грудным младенцем, когда мы оказались изгоями и преследуемыми.

Поклон матери нашей, каким мужеством, мудростью и преданностью своему родительскому долгу обладала она! Все лучшее в нашей жизни и судьбах наших, включая наше образование, достигнуто было благодаря ее труду и мужеству. Это был очень добрый и отзывчивый человек. И если в нас взращены зерна этих прекрасных качеств, то за это мы должны благодарить маму. Спасибо, мама, тебе за все!

Многое, очень многое мы не сказали о нашей маме Нагиме Айтматовой. Может быть, когда-нибудь заставлю себя сесть за книгу о нашей семье, нашей матери. Вот тогда и восполню все пробелы.

Я мог бы очень много еще сказать, ведь это наша жизнь полностью отображает то, что было, есть и остается в нашей памяти…

Чингиз Айтматов”

1937 год. Их не приняли учиться в школу Дуйшена

Я думаю, из повести «Первый учитель» читатели знают историю первой школы, которую открыл учитель Дуйшен на краю нашего села, на возвышенности. Между школой и селом протекала маленькая речка, через которую был построен мост.

В конце августа 1937 года наша семья (мама и четверо детей) приехала из Москвы в село Шекер. Мама повела детей записать в школу. Но директор школы не принял их учиться, как детей «врага народа». В 2008 году после приезда из Бельгии Чингиз Торекулович вспоминал: «…Утром наши двоюродные братья Баизбек и Жапарбек рано вставали, собирались и шли в школу. Мы с моим братом тоже собирались, брали учебники и тоже шли с ними в школу. Но дойдя до моста, мы оставались на берегу. Играли, дожидались, пока выйдут братья и шли с ними обратно, как будто бы из школы. Однажды, когда мы играли на берегу, проезжал один аксакал верхом на коне. Мы с ним поздоровались, как положено у кыргызов первыми здороваться со старшими. Он ответил нам приветствием и спросил:

- Вы чьи дети? – мы назвали свою фамилию. Он спросил:

- А почему вы не в школе? - мы, с трудом, чтобы не заплакать, сказали:

- Нас не приняли.

- А вы хотите учиться? - спросил он. Мы не могли ответить, нас душили слезы, только закивали головами: мол, да, да, мы хотим учиться!

- Не переживайте, будете учиться! - сказал он и поехал дальше.

Тогда был закон о всеобуче, согласно которому все дети села должны были учиться в школе. Опираясь на этот закон, тот аксакал пригрозил директору и заставил взять мальчиков в школу.

Война и тяжелые послевоенные годы

В 2006 году, когда мы отмечали 75-летие Ильгиза, зашла речь о том, что я написала свои воспоминания. Тут Чингиз спросил у меня: «А ты написала про то, как я побил его за сапоги?» И рассказал следующую историю.

«1945 год. Война закончилась. Мы решили продолжить учебу в школе. А в школу идти далеко. Она на другом берегу реки Талас. В холодное время года вброд невозможно было перейти, поэтому надо было идти через мост, который находился ниже по течению реки, напротив села Жайылган. Это было довольно-таки далеко.

Осенью мы получили зерно, заработанное в колхозе за трудодни. Мама часть зерна продала на базаре Жамбула (ныне г. Тараз) и купила нам одежду на зиму, в том числе сапоги. Вручая их, она сказала: «Ребята, сапоги носите аккуратно, берегите, потому что до следующего урожая не смогу вам купить обувь». Мы договорились, что осенью, пока тепло, до моста будем носить сапоги наперевес через плечо, а потом ополоснем ноги в воде и в школу пойдем в сапогах. Так и делали. Но однажды, подойдя к мосту, я увидел, что Ильгиз уже был в сапогах. «Ты почему их надел рано, мы же маме обещали бережно носить?!» - строго спросил я. А он говорит: «Мне надоело носить их на плече, да и холодно уже». «Настоящий холод будет зимой, что тогда будешь носить?» – сказал я и ударил его несколько раз. Вот так я один раз в жизни побил своего брата. Прошу прощения».

В 1946 году после 8-го класса Чингиз поступил в зооветеринарный техникум в г. Жамбул, после окончания которого в 1948 году поступил учиться в сельскохозяйственный институт в г. Фрунзе. Учился он хорошо, получал повышенную стипендию им. Сталина и оба учебных заведения окончил с отличием.

1939 год. Село Шекер. Наша семья живет в доме Досалы жезде и тетушки Карагыз (младшая сестра отца). Их сын – Жапарбек (1930 года рождения), младше Чингиза, но старше Ильгиза. Они целыми днями играют вместе. Досалы жезде, видимо, решил заняться их трудовым воспитанием. Привел мальчиков на огород, поставил у трех грядок картошки, дал каждому по кетменю и объявил соревнование по окучиванию картошки. При этом подробно объяснил, как надо тщательно рыхлить почву, уничтожать сорняки и окучивать каждый куст. Он объявил команду «марш», а сам пошел на другой участок огорода и занялся своей работой. Первым окучивание своей грядки закончил Чингиз, вторым – Жапарбек. Чингиз начал читать какую-то книжку, а Жапарбек продолжил обучение игре на комузе (впоследствии он был одним из лучших комузистов нашего аила, сочинял слова и мелодии песен и исполнял их своим красивым баритоном. Даже одно время работал в театре оперы и балета, исполнял арии, которые пел К. Чодронов). Ильгиз же отстал от них, но продолжал тщательно выполнять окучивание. Тут подошел жезде и стал проверять качество работы каждого. Оказалось, что старшие не уничтожили сорняки, а попросту прикрыли их землей. Жезде заставил их переделать работу и в конце объявил результат соревнования.

– Первое место занял Ильгиз! Из вас троих только он может стать настоящим «большевиком» (член коммунистической партии большевиков СССР)!

Что делать, у каждого времени свои ценности. Это была награда за первое место. По сей день Ильгиз Торекулович с улыбкой вспоминает об этом соревновании.

1942 год, село Жийде. Идет Великая Отечественная война… После долгих поисков работы мама начала работать бухгалтером колхоза Жийде. Чингизу пришлось оставить учебу в школе и в 14-летнем возрасте работать в Шекерском сельском совете секретарем. Он остался жить в Шекере. Хорошо, что Досалы жезде приучил ребят работать на земле. Когда мы жили в Жийде, Ильгиз был главным огородником нашей семьи, а в 12-летнем возрасте параллельно с учебой в школе он работал почтальоном колхоза Жийде. Работа была нелегкая, почта и школа находились в районном центре – селе Покровка, это на противоположном берегу реки Талас. В теплое время года можно было переходить через реку вброд, а в холодное время необходимо было переходить через мост, который находился напротив села Жайылган. В годы войны служба почтальона имела очень важное значение, она связывала сельчан с фронтом. Ильгиз выполнял эту работу прилежно: собирал письма, отвозил на почту, получал фронтовые письма-треугольники, разносил их, и один раз в месяц получал на почте денежные пособия для потерявших кормильцев и передавал их в сельсовет. Осенью, когда похолодало и вброд переходить через реку уже было нельзя, колхоз Ильгизу выделил коня. Это была худющая, старая кляча. Утром он отвозил на почту письма сельчан, адресованные на фронт, оставлял лошадку во дворе почты и шел на уроки в школу. А после уроков шел опять на почту, получал корреспонденцию для Жийде, садился на коня и ехал домой. Однажды, когда он подъехал к броду, он увидел человека ужасного облика. Тот еле передвигал ногами и что-то угрожающе выкрикивал в его адрес. В то время можно было встретить сбежавших и укрывшихся в горах от армии дезертиров. Видимо он был голоден и вышел, чтобы что-нибудь добыть покушать. Накормить пришельца было нечем, так как кукурузную лепешку, которую мама положила ему в сумку, он съел еще днем в школе. А во внутреннем кармане телогрейки у Ильгиза были деньги, полученные в тот день и, которые он должен был сдать в сельский совет. Ильгиз испугался, что бандит отберет деньги, поэтому быстро свернул в сторону брода, в надежде, что дезертиру вброд не перейти, у него не хватит сил. Поняв, маневр Ильгиза дезертир стал бросать в него камнями. Один камень попал в лошадку, едва передвигающую ногами. И тут, неизвестно что случилось, она вдруг понеслась галопом через реку. Однако, выйдя из воды, она сделала несколько шагов, упала и через несколько минут испустила дух...

Таких опасных случаев ему пришлось пережить в юности неоднократно. В 15-летнем возрасте за эту работу он был награжден медалью «За доблестный труд в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.” 1946 год. Ильгиз закончил 7 класс и решил поступить в автодорожный техникум, чтобы скорее приобрести какую-то специальность и начать зарабатывать. Надо отметить, что в Покровской школе был сильный состав учителей: в основном ссыльные из центральной России и депортированные во время войны с Кавказа. Ильгиз часто вспоминает учителя математики Мамчуева Магомета Азретовича (карачаевец по национальности, депортированный с Кавказа). Он был строгим учителем. Магомет Азретович и заложил прочный фундамент знаний по математике и геометрии. Когда Ильгиз пришел в школу за своими документами, Мамчуев отказал ему, а потребовал, чтобы он пригласил маму. Магомет Азретович, беседуя с мамой, настоял на том, чтобы Ильгиз закончил среднюю школу и после этого поступил в вуз.

– Вашим детям обязательно надо получить высшее образование, у них хорошие способности к наукам. Это с одной стороны. С другой – в положении вашей семьи им легче будет жить, как специалистам с высшим образованием, –так он убедил маму.

В 1949 году Ильгиз окончил школу с золотой медалью, но медаль ему не дали, причину не объяснили. Он поступил учиться в Московский геологоразведочный институт (МГРИ).

Образование моих братьев

В это время Чингиз уже учился на третьем курсе Киргизского сельхозинститута. Был отличником и получал повышенную стипендию им. Сталина. Заработав на погрузке товаров на железнодорожном вокзале и сэкономив на стипендии, Чингиз купил теплую куртку и послал ее посылкой Ильгизу в Москву, чтобы он не замерз в условиях суровой российской зимы. Помню, когда приехал на зимние каникулы к нам в Покровку, Чингиз с улыбкой рассказывал:

–У куртки было много карманов: внутренние, нагрудные, боковые. Я в каждый карман положил по 10 рублей.

– А зачем так? Надо было выслать деньги почтой, – говорили мы с Люсей.

– Представляете, он случайно руку засунет в один карман, а там деньги. И каждый раз будет удивляться, и каждый раз ему будет приятно.

Хорошо окончив МГРИ и получив диплом, Ильгиз был распределен на работу на урановый рудник в Кыргызстан. Для дальнейшего продолжения учебы поступил в аспирантуру в Институт горного дела Академии наук в г. Москва, успешно защитил диссертацию и получил степень кандидата наук. После защиты ему сразу же предложили поработать на строящейся плотине в то время крупной Ассуанской ГЭС в Египте. Однако Ильгиз считал, что он обязан вернуться в родные края и развивать там горное дело. Помимо этого, у него там были родные и близкие. Хотелось быть с ними рядом.

Ильгиз Торекулович вспоминает еще один драматичный случай. Об этом он сам рассказывает так: «В 1957 году, когда учился в аспирантуре в Москве, летом я собрался ехать в Донбасс, для проведения экспериментальных исследований в шахте и сбора материала для диссертации. Покидая аспирантское общежитие, я увидел письмо, адресованное мне от мамы. Я опаздывал на поезд, поэтому прочитал его уже в купе вагона. Это было неожиданное, тяжелое для меня письмо. Мама сообщала, что получила ответ из военной прокуратуры Москвы на запрос о судьбе отца. Через 20 лет после ареста было сообщено, что муж Айтматовой Нагимы умер в 1938 году, место смерти неизвестно, причина смерти неизвестна, что он реабилитирован, в связи с отсутствием состава преступления… Мне было очень тяжело на душе, я начал задыхаться, в глазах потемнело, и я выскочил в тамбур. Перед глазами отец, бегущий по перрону вслед за поездом, на котором мы уезжали в Талас… Меня охватило какое-то тягостное чувство одиночества. Горестно размышляя о судьбе отца, о нашей семье, я не заметил, как на одном из полустанков в наш вагон села одна бабушка. Я не знаю, сколько времени она смотрела на меня. И вдруг она спросила:

– Сынок, из тюрьмы что ли вышел?

Мне трудно было разговаривать, да и не хотелось беседовать, и я кратко ответил:

– Нет.

Но она не отставала от меня:

– Я же вижу по лицу, ты такой огорченный… Видно, что-то случилось. В жизни всякое бывает, но коль уж вышел, нужно терпеть пережитое. Ты еще молод, все впереди… Ты будешь счастливым.

Я только кивал головой и слушал ее советы. Мне стало легче, как будто бы близкий мне человек выразил сочувствие.

Вскоре я отправил маме ответное письмо, которое сохранилось в мамином архиве и сейчас находится в Шекерском музее. В нем я описал свои переживания, в связи с известием о смерти отца: «… Мне было очень тяжело, когда из твоего письма я узнал сообщение о папе. И хотя уже прошло 20 лет, я почему-то всегда думал, что он еще жив и должен жить. Я никогда не верил в то, что наш отец мог стать врагом народа, как его называли те подлецы, которые превратили 1937 год в год уничтожения замечательных людей нашего времени… Нельзя забыть заслуги таких людей, как наш отец, перед нашей республикой, ибо им досталось самое трудное время становления новой Киргизии. Это всегда надо иметь ввиду, ибо наши горе-историки постарались об этом умолчать и, более того, перевернули действительные вещи вниз головой. Хотя это может быть следствием диктата того времени. Мама, тебе, конечно, было трудно, гораздо труднее, чем кому-либо из нас. Но благодаря твоей устойчивости, большому мужеству мы вышли в люди. И ты можешь быть спокойна и горда, как человек, выполнивший свой материнский и гражданский долг перед семьей и обществом…».

Во второй половине письма Ильгиз делится с мамой своими впечатлениями об уровне горнодобывающей промышленности в Донбассе: «Поражает очень крупный масштаб работ угольной промышленности… Я невольно сравниваю промышленность нашей республики с промышленностью Донбасса. Мы выглядим слишком скромно и мелко в сравнении с Донбассом. И в то же время у нас много природных возможностей, которые остаются нетронутыми, мы ими не умеем пользоваться, если нам их кто-нибудь не возьмет у природы и не положит в руки. Нам нужно быстро, много и многому учиться, чтобы самостоятельно брать от природы, чем она нас наградила…».

Успехи и достижения моих братьев

Я мало останавливаюсь на творчестве и достижениях моего старшего брата Чингиза Торекуловича. Думаю, что читатели достаточно наслышаны и знакомы с его трудами. Далее я подробнее остановлюсь на содержании научных трудов Ильгиза Торекуловича. Он в 1985 году успешно защитил докторскую диссертацию на тему: «Геомеханика рудных месторождений Средней Азии». Последующая активная работа в области механики горных пород дала Ильгизу Торекуловичу возможность сделать ряд изобретений, связанных с вопросами безопасного ведения горных работ, управления горным давлением, предотвращения горных ударов и многое другое. Сам он суть изобретений объясняет нам так: «Горы сложены самыми разными породами, физическое состояние которых при разработке месторождений нарушается и часто возникает опасность динамического разрушения. В равновесном состоянии эти породы не представляют опасности взрыва. Но если на них воздействовать путем проходки горных выработок (шахт, штолен, штреков и др.), может произойти горный удар, т.е. геодинамический взрыв. Нами разработаны приборы, с помощью которых можно измерять напряженность пород и предсказывать, где произойдет горный удар, регулировать опасность. А это дает возможность обезопасить труд людей, работающих в шахтах». Этот прибор, разработанный учеными во главе с Ильгизом Торекуловичем, а также и другие результаты их исследований, были широко распространены в республиках СССР и за границей. За эти научные исследования И.Т. Айтматову в 1984 году была присуждена Государственная премия Киргизской ССР. В 1989 году за цикл научных разработок в составе ведущих ученых геомехаников СССР, за создание и внедрение методов управления горным давлением при подземной разработке рудных месторождений ему была присуждена Государственная премия СССР в области науки и техники. Для советских людей это была самая высокая награда. Изучая поведение горного массива при ведении горнодобывающих работ в Кыргызстане, в соседних азиатских республиках, в Сибири, на Урале, в Карелии, Ильгиз Торекулович вместе со своим учеником Кушбакали Тажибаевым в 1998 году сделали научное открытие - «Явление скачкообразного освобождения остаточных напряжений в горных породах». Оно дало новый взгляд на проблему оценки и прогноза очагов горных ударов и наведенных землетрясений, возникающих под воздействием техногенных процессов. Открытие подтверждено дипломом Международной Ассоциации авторов научных открытий и Российской Академией естественных наук. В Кыргызстане это было второе открытие за всю историю научных исследований. Мы мало обращаем внимания на научные труды, которые приносят большую пользу нашему народному хозяйству.

Отцы и дети

Заканчивая свои воспоминания, я хочу сказать о некоторых моментах деятельности отца - Торекула Айтматова. Он после окончания Коммунистическогоу университета трудящихся востока, работая на различных должностях, параллельно участвовал в создании первых печатных изданий (республиканских газет, журналов) в Кыргызстане. Был автором многих статей, опубликованных в них, и переводчиком статей на русский язык. Также он сделал большой вклад в развитие народного просвещения (тогда 95% населения было безграмотным).

В 26-летнем возрасте отец был назначен министром промышленности и председателем Совнархоза Киргизской АССР. Время его работы пришлось на ту пору, когда в стране была объявлена первая пятилетка и полным ходом шла индустриализация. Кыргызстан – горная страна, поэтому ему пришлось быть и первопроходцем в развитии горнодобывающей промышленности.

Отец погиб совсем в молодом возрасте, но смог стать примером для своих сыновей. Видимо, судьба, что его сыновья были задействованы в тех же направлениях жизни страны, основы которых закладывал Торекул, развивая в нашей молодой республике не только промышленность, но и первые печатные издания. Я иногда думаю, может быть гены и его непростая судьба сыграли значительную роль в судьбе его сыновей. Несмотря на то, что Чингиз Торекулович и Ильгиз Торекулович учились в самых обыкновенных сельских школах, они получили там хороший фундамент знаний. Ну и, конечно, постоянный труд, целенаправленность позволили достичь хороших результатов в их деятельности. И Чингиз, и Ильгиз достойно сохранили имя отца и посвятили себя, как и он, служению народу и своей отчизне. И это не может не вызывать чувство гордости за них.

Еще я хотела остановиться на общем характере деятельности моих братьев. Известно, что много поколений советских людей, формировались на гуманистических идеях произведений Чингиза Торекуловича. Они были направлены на решение извечной проблемы: «Как человеку человеком быть?». Ну а деятельность Ильгиза Торекуловича, несмотря на то, что она была связана с промышленностью, с техникой, тоже имела гуманистическое содержание, и была направлена на решение проблем безопасности шахтеров и проходчиков, работающих в карьерах и шахтах.

Ильгизу Торекуловичу 8 февраля 2021 года исполняется 90 лет. Он – доктор технических наук, академик Национальной Академии наук Кыргызской Республики, специалист в области комплексных исследований природных, природно-техногенных катастроф в горных районах. Лауреат Государственных премий в области науки и техники СССР и Кыргызской Республики. Международным биографическим центром (Великобритания) имя Ильгиза Торекуловича Айтматова внесено в список 2000 выдающихся людей ХХ века.

Фото прикрепленное к статьеФото прикрепленное к статьеФото прикрепленное к статье
Стилистика и грамматика авторов сохранена.
Мнение авторов может не совпадать с позицией редакции.
Как разместить свой материал во «Мнениях»? Очень просто
Добавить
Комментарии
Комментарии будут опубликованы после проверки модератором
Для добавления комментария необходимо быть нашим подписчиком

×