Он рано встал, заплывшими глазами взглянул на часы, было шесть утра. В животе у него как обычно бурчало. Холодный черный чай и сендвич купленный в продуктовом камке, сделали его завтрак. Конечно с таким настроением, ему особо не хотелось садиться за письменный стол, но обещание отцу стать писателем не давала ему покоя.

И тут в комнату его общаги, где вместе с ним жили такие же театралы, зашла комендантша. Улыбаясь, она подошла к окну, где стояла электрическая плита, за окном была зима.

- Самат, а ты знаешь, что этот год объявлен годом поддержки культуры. И теперь на тебя должны обратить внимание, теперь ты будешь хорошо жить.

Он поднял голову из-за стола и что-то просипел, и снова уткнулся головой в свои записи. Она бросила на него не довольный взгляд и удалилась из комнаты.

После ее визита, ему расхотелось писать, надежда, которой он себя успокаивал, что его записи получат свет, исчезла. Полгода труда, биография народного писателя страны, переделанная Саматом из сухих фактов, в беллетристику теперь не имела смысла. Он был уверен, что заказчики, откажутся от его работы, скажут, что государство обеспечит тираж.

На улице медленно кружась, падал снег, в комнату ворвались его сожители. Высокий, худощавый в плаще работал в театре, второй коренастый в легкой спортивной куртке подрабатывал художником. Оба веселые, поддатые, в руках высокого был пакет.

- Самат, нам сегодня дали зарплату, а еще вот этот пакет. Сказал который в плаще и вытащил из сумки хлеб, пакет с борсоками и чучук (колбаса из мяса конины).

Второй начал ходить по комнате и вслух рассуждать, они сказали, что будут принимать проекты, на темы связанные с национальной культурой, думаю, надо предложит конкурс для писателей, чтобы подержать наших авторов.

- Перестань, отрезал его высокий, все равно там все уже схвачено, нам вот, только чучуки достались, они уже все поделили.

На улице продолжал падать снег, в стране наступал новый год...